"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— Ты не против спуститься в шахту? Давно там не были, и есть вопросы. Может, твоя интуиция рогны что-то подскажет? На всякий случай возьми изумруд.
Залезли в спецкостюмы со шлемами, и провалились в клети на глубину. Желудок будто подступил к горлу, вокруг свистело и гудело, наконец ноги подогнулись от удара, а тело снова налилось тяжестью — приехали.
— Однако, — сипло выговорила Селина (слышал ее через шлемофон). — Только за это рабочим надо платить надбавку.
— Глубина четыре километра, — сказал главный инженер. — Приходится использовать скоростные подъемники.
Двери — сначала клети, а потом в штрек — отодвинулись, и все вышли. Инженер поглядел на дисплей в рукаве костюма:
— Как будто все в порядке, — сказал он. — Можно откинуть шлемы.
Что Илья с удовольствием сделал, и помог справиться Селине. Та поморщилась от резкого неприятного запаха.
— Я думала, внизу будет жарко, — сказала она. — А на деле даже холодно.
— Работает охлаждение, — инженер указал на заиндевелые трубы. — Без него будет градусов семьдесят. Под нами рабочий уровень, там как раз столько.
В самом деле, пол дрожал, доносились глухие удары и скрежет.
— Дробят и измельчают породу, — объяснил главный геолог. — На этой глубине она сильно обогащена платиной, хотя самородков почти нет. Где-то на полкилометра мы еще пробьемся, а там… В последнее время нас кое-что беспокоит.
— Селина, — спросил Илья, — видишь что-то необычное на энергетическом плане?
Та скривилась: — Что я должна видеть? Светится какая-то паутина — наверное, кабели. Внизу более яркие пятна, видимо электромоторы. Как будто различаю оттенки излучений от горных пород. Но какие связаны с платиной, это надо учиться распознавать. А что вас собственно беспокоит?
Геолог тоже сверился с дисплеем на рукаве: — Поглядите в ту сторону.
— На восток? — Селина повернула голову. — Вообще ничего не вижу. Какая-то неприятная желтая дымка, в других направлениях такой нет.
Геолог вздохнул: — Приборы регистрируют сотрясения горных пород в том направлении, под нашим водохранилищем. Глухие и довольно упорядоченные, так что непохоже на слабые землетрясения. Стали их фиксировать, когда пошли на пятый километр глубины. Но разведка обычными методами ничего не дает.
— Давайте погляжу с поверхности, — сказала Селина. — Здесь эта дымка мешает.
В раздевалке она с явным облегчением стащила спецкостюм.
— Не по мне эта подземная жизнь, и как только Кайлит выдерживает?
Облетели окрестности на глайдере: леса стояли багряно-желтые, а над ними уже сияли снега. Кое-где Селина указывала приземлиться. Постояла на берегу водохранилища.
— Здесь в глубине словно непроницаемый купол, — наконец сказала она. — Что-то неестественное, однако я не очень разбираюсь в излучениях земных недр.
В кабинете главного геолога стали разглядывать трехмерную карту окрестностей Хель-гейт.
— Здесь и здесь, — указал геолог, — нейтринная съемка зафиксировала некие подземные полости. Возможно, пещеры, но в глаза бросается линейное расположение.
Илья задумался: — Как будто ведут в сторону Горного. Подозрительно… — он глянул на Селину и замолчал.
Обсуждение продолжили наедине с Селиной.
— Это не наши старые знакомые, хэ-ути, опять объявились? — поморщился Илья. — Тот бледный упырь сказал, что хотят забрать добытую платину и оборудование. Не они ли пробрались под наше водохранилище? Я только теперь подумал, что оно стало смахивать на Узун-кель. Но если только это, пусть берут и проваливают ко всем чертям.
Селина вздохнула: — Надо бы посоветоваться с Кайлитом…
Однако сделать это так и не собрались, а там настало время переезжать в Магадан, в резиденцию губернатора. Напоследок Селина постояла в спальне Элизы (они не решились занять ее, устроив свою в другой комнате).
— Волшебное ощущение все еще медлит, — сказала она. — Так и кажется, что Элиза иногда бывает здесь. Жаль, что ты не повидал ее…
Резиденция была на склоне холма, ниже тянулась красивая набережная. Илья хмыкнул, указывая на нее: — За сто лет наконец-то построили.
Невдалеке от резиденции стояло здание совета автономии, где Илья бывал уже не раз. Теперь ему предстояло занимать кабинет на четвертом этаже, с широким видом на бухту Нагаева. Впрочем, из спальни на втором этаже резиденции тоже открывался хороший вид. Утром, глядя на розовую гладь замерзшего моря, Селина вздохнула:
— Теперь придется летать в Усть-Неру. Зато магаданский лицей и университет под боком. Надеюсь, ты дашь мне губернаторский ховер, чтобы летать в другие места?
— Конечно. А ты все еще преподаешь рогноведение?
— Милый, я куда больше в курсе твоих дел, чем ты моих. Я давно веду основы метаистории, в лицеях базовый курс, а теперь в университете предложили вести продвинутый. Явно подлизываются к жене губернатора.
— А что такое метаистория? Я вроде слышал когда-то, но забыл.
— Естественно, — насмешливо улыбнулась Селина. — Если коротко, учение об истории человечества в свете влияния на нее иных, смежных миров. Богословы давно спорят о роли божественного промысла в истории, а в основе нашего курса — «Роза мира» Даниила Андреева, с последующими дополнениями и научными комментариями. Лишь немного о рогнах. И конечно, я не осмеливаюсь упоминать о даймонах и Саде. Говорю только, что есть и другие прекрасные миры.
— Ты молодец, — вздохнул Илья. — А меня, боюсь, текучка заела. Тебе куда надо, кроме Магадана?
— Хорошо бы провести по неделе в Сусумане и Зырянке. Договорилась бы там о курсе интенсивного погружения.
— Нет проблем. Я как раз собираюсь объехать основные промышленные центры, чтобы изучить ситуацию. Так что позже обсудим график. А как другие места?
— Увы, в Сибирь и европейскую Россию не наездишься. Но мы на связи.
— Пока не погрузился в дела, хочу навестить одно место, — сказал Илья. — Поедем?
— Семестр пока не начался, так что время у меня есть. А куда?
— Скоро увидишь. Только боюсь, там уже ничего не осталось.
Пилотировать ховер не было необходимости, но сзади все равно сидел охранник. Опустились на окраине, среди заброшенных построек.
— Надо же, — оглянулся Илья, — а здесь ничего не изменилось. Только вон там был пустырь, а сейчас жилые дома. Давай выйдем.
Вышли, и Селина почти сразу начала растирать щеки. — Ну и что здесь такого?
Илья указал на занесенную снегом дверь: — Мой старый гараж. Надо же, не снесли.
Он обернулся к охраннику: — Захватили лопату? Давайте сюда.
Но раскидывать снег ему не позволили, охранник управился сам. Потом Илья с натугой оттянул защитную панель и взялся за круглую рукоять.
— Что это? — спросила Селина.
— Примитивный цифровой замок. Электричество часто отключали, и я просто ввел дату своего рождения — число, месяц и год.
Он пощелкал рукоятью, а потом стал тянуть за дверную скобу. Со страшным скрежетом дверь отворилась.
— Хорошо, что скоба приварена, — Илья вытер со лба пот и, пригнувшись, вошел внутрь. — Надо же, и свет есть.
Тусклый желтоватый свет озарил захламленное помещение. Селина вошла и огляделась.
— У тебя даже кровать есть. Любовниц приводил?
— Да нет, просто дома бывало неуютно, вот и ночевал тут. А потом… жил с одной женщиной, но тоже не очень складывалось. Так что снова сюда.
— Надо же! — покачала головой Селина. — Мультимиллиардер, а жил в гараже.
— Да я не жалуюсь. Сама говорила про колесо фортуны — то вознесет, то опустит.
— Да, ты пока на вершине, Илья. Даже я как-то зацепилась.
Илья вытащил трансид:
— Гляну, нет ли долгов?.. Ах да, надо смотреть Илью Пинегина. Но у меня губернаторский допуск, так что информацию должны предоставить.
— Долгов накопилась куча, — наконец сказал он. — И есть извещение, что гараж собираются сносить. Но потом другое, что место строительства перенесли. Так что гараж пока за мной, точнее за Ильей Пинегиным. Ладно, оплачу задолженности, а потом наведаюсь, смажу петли.