Студент в СССР 2 (СИ)

— А что такое?
— Что? Ты её охмурял, Караджич. Нагло, беззастенчиво, прямо около деканата.
Я хмыкнул. Знала бы дорогая Зиночка, как я её еще не так давно активно «охмурял». В разных позах и разными способами. Но боюсь, что эта наивная девочка ни о чем таком еще не догадывается. Да и ладно. Всему свое время. Или вовсе не будет запретного у нее. Не всем дано.
— Вечно ты придумываешь, Зиночка.
Не нравится, когда я её так называю. Носик вздернула вверх и оскорбленно удалилась. Ёшкин кот, среди каких детей я на самом деле живу! А ведь уже особо и не замечаю. Это прошлой осенью прямо в глаза бросалось здешнее ребячество. Но тогда я так торопился захватить все это новое и давно забытое старое, что почти не обращал внимания на мелочи. Сейчас же и вовсе некогда. Или так помолодел душой?
Но пора на пару. Предстоит нудная лекция по истории КПСС. Вот что мне точно не надо. Но ссориться с Сальниковым себе дороже! Он общается с высшим составом института и вхож в райком партии. Внезапно на перерыве между парами меня перехватывает Липневский и горячо шепчет:
— Караджич, черт возьми, ты-то откуда эту дамочку знаешь?
— Какую?
— Дурачком только не прикидывайся. Я видел вас вместе в вестибюле. Ты в курсе, кто она? Ты ведь вел себя с ней… Как с давно знакомым человеком.
Понимаю, что прятаться поздно, и выдыхаю:
— Встречались как-то.
— Блин, Сергей, как ты умудряешься кадрить таких классных дамочек?
Вопрос был уже не со стороны преподавателя, а мужика. Лишь пожимаю плечами и в свою очередь спрашиваю:
— К вам она зачем приехала?
Липневский взъерошил волосы:
— Не знаю кто она точно, но именно эта дамочка будет рулить всем нашим будущим хозяйством.
— Не понял.
Препод улыбнулся, хоть в чем-то меня подловил.
— Ты что, не слышал о грядущей в следующем году научной конференции? Да сюда финны едут специально для нее конференц-зал строить! Целый квартал деревяшек в центре города срочно сносят. Прибудут мировые светила науки и прочие знаменитости. Гостиницу новую уже в темпе вальса строят. Дороги прокладывают, фасады ремонтируют. Юбилей города решили праздновать широко.
«Неужели вышло?»
— Я че-то заучился, Андрей Викторович, да в Гостинке постоянно. Видимо, что-то упустил.
— Может быть.
Липневский смотрит на меня с явным подозрением, но спросить напрямую боится. Все они в курсе, что я о чем-то шептался с Первым. На тот уровень никому лезть зазря не хочется.
— Маргарита Львовна каким местом ко всему этому?
— Курирует. Правда, я сам не понял от кого именно. От Совета Министров, что ли, — задумчиво пробормотал завкафедрой. — Мы будем её консультировать в научном плане.
— Понятно.
Липневский засмеялся. Да так, что на нас начали обращать внимание.
— Понятно ему! Не хочу знать, каким местом ты, Караджич, ко всей этой ситуации. Но…ну ты, блин, даешь!
Я нарочито тяжело вздыхаю:
— На пару пора, Андрей Викторович.
— Она у меня стоит, так что идем вместе, не опоздаешь. И ты мне еще кое-что пояснишь. Учти, что добровольно.
С Марго мы встретились вечером в ресторане «Юбилейный». Самый новый и современный в городе, с зимним садом, пафосным банкетным залом и крышей под «Рейхстаг». Большой зал на втором этаже был устроен таким образом, что столы стояли относительно далеко друг от друга. Маргарита выбрала столик ближе к углу, одиноко лежащий в полутьме.
«Молодец, не теряет нюх!»
— Привет, солнце. Тебе идет эта краска!
Марго многообещающе улыбнулась.
— Ты уверен, что это не настоящий мой цвет?
Дьявол, она же делает эпиляцию! Это у здешних дам можно узнать их настоящую масть. Светлана, например, везде истинная блондинка. Что меня, кстати, здорово возбуждает. Света даже поначалу здорово смущалась, но я быстро научил ценить в себе все.
— Я уже нам все заказала. Это же поморский город, так что у нас будет нынче рыбное меню. Ты не против?
— Нет, я с детства люблю рыбу.
 
— Вот как? — женщина с интересом посмотрела на меня. — Я ведь многого о тебе не знаю.
— Тебе зачем? И мне как-то…неудобно гулять на твои.
— Ну да, а раньше ты брал от меня со спокойной совестью, — вот ведь в глазах, какие бестии прыгают! — Не ссы! Это командировочные, я и так им постоянно их экономлю. А уж сколько в масштабе страны выходит. Могу весь отель и ресторан заказать на месяц. Это то, что за день экономится.
— Не сомневаюсь.
Нам уже несли закуски. Семгу, копченый палтус и знаменитый салат из кальмаров. Почему-то именно в этом ресторане его делали необычайно вкусно. Жаль, что «Юбиль» в будущем превратят в банальный супермаркет. И такого шикарного ресторана больше в городе не будет. 
— Я заказала нам коньяк. Как ни странно, но у них есть хороший сорт. А вино мне не внушает доверия.
— Пусть будет так.
«Хоть расслаблюсь маленько!»
— Не смотри так плотоядно, продолжения не будет. Номер хоть и хороший, но в совковой гостинице. Тебя туда не пустят без паспорта со штампом. Надо бы снять квартиру, я буду бывать у вас часто.
— Неужели из-за меня?
— Ну ты наглец! По первой? — мы выпили. Коньяк и в самом деле был хорош. — Ну ты одна из причин. Наши решили, что стоит помочь тебе раскрутить здешнюю историю. Не спрашивай кто.
— Хотят, чтобы я здесь так и сидел безвылазно?
— Сечешь поляну. Молодец, возьми с полки… Божечки ж ты мой, я такую семгу никогда не едала. Даже в будущем!
— Так это настоящая, а не дрянь норвежская.
— Ты прав. Тогда закажу еще икру. Гуляют все! Ого, здесь еще и живая музыка будет?
— Так ресторан престижный.
Принесли горячее. Треска с палтусом под сметаной, овощи на пару. Маргарита с аппетитом кушала и нахваливала.
— Слушай, с таким меню и в будущем в каком-нибудь элитном ресторане не стыдно. Надо будет познакомиться с директором заведения и его шефом.
— Тебе зачем?
— Так местный колорит! Ты знаешь какие люди сюда летом приедут? Сам Ильич собирается. Хочет на Соловецкие острова на круизном лайнере скататься. И Никсона за собой тащит.
Я преисполнился перспективой и под ложечкой засосало. Это же будет полный писец! Надо сваливать в какую-нибудь дальнюю экспедицию.
— Твою же …
— Что, уже страшно? А мне вот с ними общаться приходится на постоянной основе. Впору за вредность молоко давать.
— Ты стерва у нас отчаянная!
Маргарита хитро улыбнулась:
— А я думала, что это ты обезбашенный. На охрану Центра наезжать.
Я положил рюмку на стол и уставился на женщину:
— Что-то серьезное?
— Да нет, разрулили. Какие-то конкретные ребята за тебя встряли.
— Ну да, есть такие.
— Умеешь ты, Караджич, везде находить себе друзей и …врагов.
— У меня отберут корочки?
— С чего бы это? Не боись, Ярослав все разрулил и меняет систему. Эти старые волкодавы не очень годятся для наших истинных целей. Новую смену воспитывают. Но с той поры кое-кто из местной диаспоры на тебя имеет зуб.
— Учтем.
— Что-то мы грустно сидим. Пойдем танцевать!
Песня была дурацкой, из «советского репертуара». Не умели у нас в «энергичные танцы». Но у местных лабухов, видимо, был согласованный с вышестоящими конторами репертуар. То есть на пару заводных и популярных у народа вещей приходилось несколько «мелодий популярных композиторов». Обычное дело — дележка хлебной поляны. В моем будущем известная всем ржавая бабка подмяла своей железобетонной задницей всю эстраду. В итоге и мы должны мучиться.
Спас «медляк». Классная была песня, нечто новое и за душу схватывающее. И Марго так прижималась ко мне, что у меня реально пошла эрекция. Хорошо хоть надел в ресторан новый костюм с длинным пиджаком. Хотелось выглядеть солидным. Я повернул голову и заметил ехидную физиономию лица одной из южных национальностей. Он даже лихо подмигнул мне.