Ведьма по наследству

– А ваш отец?
– Они с мамой не состояли в официальном браке, так что прав на меня у него не было. Да он и не пытался их отстоять. Отец от меня отказался. Сказал, что я убийца. Мы никогда не встречались. Я даже имени его не знаю. Впрочем, и не хочу знать. Вот и вся история моей семьи.
Если я считала, что на этом вопросы закончатся, то жестоко ошиблась.
– А ваши способности? – выпрямляясь, поинтересовался он.
– А что с ними не так? – удивилась я.
– В вашем деле нет информации о них. Ни уровня дара, ни каких-то отличительных признаков. Интересно, почему?
– Тут два варианта, – с улыбкой ответила я. – Либо они столь незначительны, что совершенно не заслуживают внимания…
– Либо? – поторопил инквизитор, когда пауза затянулась.
– Либо у вас не тот уровень доступа, чтобы о них знать. А теперь давайте вернемся к документам, господин Рид. У меня действительно очень много дел.
К счастью, на этом странные разговоры и непонятные вопросы прекратились. Инквизитор занялся разбором документов, причем не очень старательно. Ну а я работой. Ее ведь никто не отменял.
Где-то в районе обеда господин Рид поблагодарил меня за сотрудничество и покинул лавку, пообещав позже рассказать о том, как продвигается расследование. Точнее, оба расследования.
Ближе к часу дня явилась подменявшая меня Регина. Дав ей указания, я быстро схватила пальто, большой полосатый шарф и направилась к выходу.
Хоть лавка и наше двухэтажное жилище располагались в одном здании, но они не соединялись между собой. Чтобы вернуться домой, мне следовало пройти по улице, свернуть за угол и уже оттуда попасть в квартиру.
– Касечка, обедать будешь? – приветливо предложила бабуля, выезжая навстречу мне на своей каталке.
– Ба, у тебя совесть есть? – воскликнула я, снимая пальто и вешая на крючок.
– Нет, конечно, я же ведьма. Пусть и старая, но самая настоящая. Откуда у меня совесть? – обиженно проговорила она.
Только вот я давно знала все ее фразочки и способы свалить ответственность на меня.
– Кто писал анонимку? – уставясь ей прямо в глаза, спросила я максимально строгим тоном и для пущего эффекта сдвинула брови.
– Какую анонимку? – с невинным видом уточнила она и потянулась за трубкой.
Однако курить не стала, просто положила на колени.
– Ту самую, бабуль, ту самую.
Развязав шарф, я бросила его на тумбочку, и он лишь чудом не свалился на пол.
– Я ничего не делала. Сидела дома, ждала тебя и готовила обед.
– Я знаю, что именно ты этого не делала. На то ты и ведьма, чтобы творить пакости чужими руками. Спрашиваю еще раз: кто писал анонимку?
– Анонимка потому так и называется, что не подписана, – сообщила мне очевидное бабушка и повернулась, чтобы ехать на кухню. – Так что не понимаю суть твоих претензий, дорогая внучка.
Я направилась следом, с трудом удерживаясь от того, чтобы не накричать на старушку. Ссорами делу не поможешь, надо договариваться. С ведьмой по-другому никак.
– Суть претензий, как ты говоришь, довольно проста, – терпеливо пояснила я. – Кто-то из твоих подружек, оказавшись под давлением, или став жертвой шантажа и угроз, написал на меня анонимку в инквизицию.
– Какой ужас, – покачала головой ба, наливая мне в тарелку порцию вкусного тыквенного супа с пряностями. Самое то в прохладный осенний денек.
– Бабуль, не доиграла, – заметила я, устраиваясь за круглым столом. – В тоне не хватило жалости.
– А чего мне тебя жалеть? – удивилась она, нарезая ароматный круглый хлеб на ломти. – Ты молодая, красивая ведьма в самом расцвете сил. Пусть другие жалеют, что им такая красота не достанется. Так что там с анонимкой?
Я специально тянула время, не торопясь с ответом. Сначала намазала хлеб рыбным паштетом, съела две ложки оранжевого супа и только потом сказала:
– Ничего. Хорошая получилась анонимка, качественная. Проверку нам в лавку организовала.
– Значит, он приезжал, – широко улыбнулась бабуля, даже не пытаясь делать вид, будто расстроена.
– Приезжал. И вопросы интересные задавал, – многозначительно добавила я и откусила еще кусок от бутерброда.
 
– На то он и инквизитор, чтобы вопросы задавать.
– О нашем прошлом. О моем деде, отце, о маме. А еще об особенностях моего дара и почему они не указаны в деле.
Впрочем, и это не испугало бабулю.
– А чему ты удивляешься? Это даже хорошо. Мальчик хочет узнать тебя поближе, потому и интересуется.
– Тоже мне мальчик! – фыркнула я и задумчиво добавила: – Защитные амулеты на него странно отреагировали.
– Это как?
– Заискрили и тревожно завибрировали. На господина Таймза они реагировали не так.
– Ха, – отозвалась бабуля, – так Роджер Таймз был очень слабым инквизитором. И, честно признаться, жутко бестолковым. Наверное, поэтому амулеты и не реагировали. Видимо, Гейл Рид очень силен, вот защита и ведет себя агрессивно. Ты мне лучше расскажи, как вы пообщались.
– Никак, – пожала я плечами, доедая суп.
И тут наконец-то бабушкино спокойствие дало сбой.
– Кассандра Холт! – возмущенно выкрикнула она и хлопнула ладонью по столу. – Только не говори, что ты не воспользовалась ситуацией!
Я лишь улыбнулась.
– Бабуль, я работала. Мне некогда было заниматься глупостями.
– Это не глупости. А будущее. Такой хороший мальчик, а ты…
– Ба, откуда тебе знать, хороший он или нет. В первую очередь господин Рид – инквизитор.
– Не будь снобом. И вообще я все узнала.
Повернувшись, бабуля взяла с кухонного стола свой небольшой планшет. Открыла его и продемонстрировала статью, которую даже добавила в закладки.
– Вот смотри. Гейл Рид, тридцать два года. Потомственный инквизитор. Высший балл по всем предметам. Диплом с отличием. Десять лет службы в столице. Ты посмотри на список наград и достижений. Тут целых три страницы. И вообще он три года являлся правой рукой самого Роя Эртана.
– Ба, такой нездоровый интерес к синеглазому инквизитору до добра не доведет, – заметила я, вставая, чтобы налить себе ароматный чай. – К тому же он женат на ведьме из рода Мейсон.
– Тоже мне испугала, – фыркнула она и неожиданно заявила: – Я знала Дебору Мейсон еще до рождения твоей матери. Хорошая была ведьма, молчаливая, правда. Вся в себе, но интересная. Жаль, конечно, что ее предали и обвинили в покушении на королевскую семью.
– А потом и казнили, – напомнила я, делая осторожный глоток. Пусть напиток и оказался горячим, но просто божественно пах медом, ягодами и летом. – И это еще раз доказывает, что ведьмам не стоит доверять инквизиторам. Это плохо заканчивается. Кроме того, если Рид настолько знаменит и занимает столь высокое положение, что он забыл в нашем захолустье?
– Вот и спроси у него при следующей встрече. Прекрасная тема для разговора, – с широкой улыбкой предложила бабуля.
Меня ее заявление заставило насторожиться.
– Что значит «при следующей встрече»? – потребовала я, ставя кружку на стол и подаваясь вперед. – Ба?
– Вот только не надо на меня так смотреть. Я же о тебе забочусь.
– Мы это уже обсуждали. Не пойму, с чего вдруг ты так рьяно взялась за устройство моей личной жизни? Что случилось? Почему именно он? И почему сейчас?
– А почему нет? Красивый, умный, интересный. А я старею. – Всхлипнув, она потянулась к платку, чтобы промокнуть навернувшиеся слезы. – Не хочу оставлять тебя одну… если вдруг что случится.
– Ба! – простонала я, закатывая глаза.
Все ясно. Раз уж уговоры, шантаж и принуждение не сработали, бабуля переключилась на попытки воззвать к моему состраданию с помощью слез.
– Самое страшное, Кассандра, – неожиданно посерьезнела она, убирая платок в сторону, – остаться одной в этом мире. Я не хочу для тебя такого испытания.
– Спасибо, но тебе рано еще думать о смерти. А я не одна. У меня есть друзья, Белка.
– А любовь?
Я встала, чтобы вылить остатки чая и сполоснуть чашку. Пить что-то расхотелось.
– А любовь приходит далеко не ко всем. Мне хорошо и так. – Поставив кружку на стол, я повернулась и серьезно посмотрела на бабулю. – Пообещай, что перестанешь творить глупости и оставишь попытки свести нас.