Ведьма по наследству
– Заходила.
– И как?
– Видела его невесту, – очаровательно улыбнулась я.
Бабуля на мгновение опешила, а потом хмыкнула и покачала головой.
– Врешь. Нет у него невесты. Наш новый инквизитор живет совершенно один. Я это точно знаю.
– Я видела ее фото. Оно висит на самом видном месте. В серебряной рамке. И обнимались они там совсем не дружески, – поделилась я новой информацией.
Однако и это не подействовало.
– Она уже в прошлом, – отмахнулась ба.
– Тебе-то откуда знать? – фыркнула я, задетая таким равнодушием.
– Читала. Это Стэлла Корнелли, столичная штучка, дочь какого-то высокопоставленного чиновника. Обычная пустышка. Они с Ридом расстались пару месяцев назад, так что инквизитор совершенно свободен.
– Ба, твоя нездоровая заинтересованность Гейлом Ридом начинает меня пугать, – заметила я, наверное, только сейчас осознав масштаб катастрофы.
– Я же должна знать, кому передаю в руки единственную горячо любимую внучку.
– Ты никому меня не передаешь. Кроме того, я отчасти понимаю, почему эта Стэлла сбежала. Его дом… полон всяких сущностей.
Ба в один миг посерьезнела. Она всегда такой становилась, когда дело касалось меня и дара, который мы так тщательно скрывали от окружающих.
– Сущности? Ты их видела?
– Да.
– Много?
– Очень.
– А Рид?
– Нет, конечно, – фыркнула я. – Но точно чувствовал. Я только одного не могу понять. Никогда не слышала, чтобы они жили с инквизиторами. Свет и особая магия должны были выжечь сущностей. Но они живут и даже чувствуют себя вполне комфортно. Разве такое возможно?
Бабуля задумалась на мгновение.
– Выходит, этот инквизитор не так прост, как хочет показаться. И у него тоже есть тайны. Интересно, какие?
– Совсем не интересно, – быстро ответила я. – И мы в это лезть не будем.
– Как скажешь, Касечка. Как скажешь.
Такой ответ меня совсем не успокоил. Я нутром чуяла, что это только начало. И оказалась права. Не прошло и пары часов, как случилась новая неприятность.
Глава Четвертая
– Чуешь?
Белка подкралась к окну и замерла, странно нахохлившись и растопырив перья, отчего стала похожа на большой пушистый белый шарик. Я как раз завершала расстановку новой партии волшебных свечей. Обернувшись, я посмотрела на фамильяра и пожала плечами.
– Нет.
И склонилась над очередной коробкой с продукцией.
– Ветер, – туманно продолжила Белка.
– Так осень же на дворе, вот ветер и поднялся.
Из подсобки вышла Регина и передала мне новую коробку со свечами.
– Не тот ветер. Кассандра, подойти.
Все еще обижаясь на своего фамильяра, я не спешила выполнять ее просьбу. Продолжила распаковку и красивую расстановку товара на полках.
– Кассандра, – вновь позвала Белка, нетерпеливо переступая с лапы на лапу.
И я бы новь отмахнулась, если бы по коже вдруг не пробежали мурашки. Они возникли где-то в районе затылка и моментально прошлись по плечам и рукам, болезненно уколов пальцы. От неожиданности я едва не уронила большую свечу в виде двойного сердца ярко-красного цвета.
– Ты чего? – встревожилась Регина, которой я протянула коробку.
– Распаковки сегодня не будет, – глухо проговорила я, рассматривая свои дрожащие пальцы. – Собирайся домой, Редж, я сама закрою магазин.
– Так до конца рабочего дня еще три часа, – пробормотала девушка, но я лишь отмахнулась.
– Иди домой, – повторила я и перевела взгляд на нахохлившуюся Белку с горящими золотистыми круглыми глазами.
– Почувствовала?
– Да.
Я осторожно сжала и разжала онемевшие пальцы. Сила, много лет скованная магическими печатями, болезненно заныла внутри, требуя освобождения. Сдерживать ее становилось все труднее и труднее.
С трудом дождавшись, когда Регина соберется, я едва ли не пинками выдворила ее из магазина.
– Да что случилось-то? – пробормотала она раздраженно.
– Домой, Редж, домой. И… мой тебе совет, не выходи сегодня на улицу.
Регина тревожно покосилась на меня, но спорить не стала. Кивнула и выбежала на улицу, где все сильнее поднимался ветер.
– Ты имеешь к этому какое-то отношение? – спросила я у Белки.
– За кого ты меня принимаешь? – попробовала возмутиться она, но тут же осеклась. – Я не самоубийца, чтобы поддерживать нечто подобное. Если Дженевра… если она решилась на такое, тебе стоит сдать ее инквизитором. Иначе она погубит весь город.
От этих слов дрожь в пальцах усилилась. Не в силах сидеть без дела, я схватила пальто и рванула на улицу.
Стоило покинуть помещение, и я задохнулась от очередного порыва ветра, который налетел из-за угла, болезненно ударив в лицо. В воздухе ощущались холод, влага и аромат сухих листьев. А еще магии, столь древней и опасной, что волоски на теле моментально встали дыбом. Где-то на заднем плане громко выругалась Белка, которая взмыла над головой и белым размытым пятном скрылась в листве ближайшего высокого тополя. Небо оставалось ясным и безоблачным, светило солнце, но я понимала, что это временно. На город надвигалась опасность, и мне требовалось точно знать, что это не творение рук мой дорогой бабули.
– Это не я! – воскликнула она, стоило мне появиться на пороге нашего дома.
Я с трудом закрыла дверь, которую едва не вырвал с корнем очередной резкий порыв ветра, и повернулась к бабушке.
Дженевра Холт сидела в кресле с прямой спиной и безумным пламенем в глубине потускневших глаз. Внезапно я почувствовала себя маленькой девочкой, которая с восторгом взирает на великую ведьму, которая наводит ужас на всю инквизицию вместе взятую. В Дженевре Холт еще осталась магия, болезнь не лишила ее дара, лишь слегка ослабила его. Я всегда восхищалась ба. Не одобряла ее поступки, но не могла не восхищаться силой ее духа. Для меня бабушка была примером гордой и несгибаемой женщины, которая сама себя сделала.
– Точно? – сухо осведомилась я, застывая на месте.
– Понимаю, ты мне не веришь, но ЭТО я не насылала.
Бабуля достала трубку, попыталась зажечь, но тут же отложила в сторону. Ее пальцы тоже дрожали.
– Хорошо, – кивнула я, медленно проводя пальцами по растрепанным волосам. – Если не ты, то тогда кто мог это сделать?
– Думаешь, я знаю много чокнутых ведьм, которые до того глупы, что решили поднять древнейшее проклятие и бросить на этот захолустный городок?
– Да, – отрезала я. – Ты как раз единственная, кому известен полный список этих самых ведьм и магов. Ба, они пришли по твою душу?
– Кассандра, я уже лет двадцать честная и достаточно законопослушная ведьма. Мелкие прегрешения не в счет. Это я так… шалила для души. И тебе не кажется, что мстить мне уже поздно. Если кто-то и наслал сюда ведьмину бурю, то точно не из-за меня.
Я на мгновение задумалась.
– Если это не ты и не я, то…
Заканчивать мысль я не стала. Да этого и не требовалось. Оставался только один, кого могли попробовать уничтожить таким нестандартным образом.
– И что ты собираешься делать? – поинтересовалась бабуля, вновь хватаясь за свою трубку.
– Не знаю, – огрызнулась я, продолжая стоять в дверях. И в дом не заходила, но и покидать его не собиралась.
Очередной порыв ветра с силой ударил в окна, заставив их слегка зазвенеть. И вдруг в этом перезвоне мне послышалось собственное имя. Похоже, послышалось не только мне, поскольку бабуля внезапно побледнела, до побелевших пальцев вцепилась в ручки кресла, а потом заявила:
– Ты никуда не пойдешь.
– Ба… – пробормотала я, медленно накручивая шарф на шею.
– Кассандра Холт, не смей никуда ходить!
– Кажется, мы ошиблись, – криво усмехнулась я, шагнув назад. – Это проклятие не про твою честь и не для нашего нового инквизитора.
– Кассандра! – выкрикнула бабуля, направляя коляску в мою сторону. Впервые я видела, чтобы она утратила самообладание и была до такой степени испугана. – Ты останешься дома!