Ректор (СИ)

— Саша, почему он так с нами? — все же нашла в себе силы начать разговор Сухарева, когда мы отъехали от резиденции пару километров.
— Ты про кого? — поинтересовался я. — Если про императора, то его устремления понятны. Он желает сразу убить несколько зайцев. Наладить отношения с какой-нибудь державой и заключить союз, в том числе и подыскать сыну неплохую партию. А с чувствами Макса он мало считается, думает, что стерпится-слюбится, а польза огромная.
— Нет, я про поведение самого парня, — отрицательно мотнула головой Натали. — Где обещания защищать? А как же клятвы и заверения?
Что ей ответить? Не знаю какой состоялся разговор между отцом и сыном, но, думаю, далеко не из приятных. А еще непонятно, как собирается Максимилиан поступать. Если он задумал вывести Натали из-под удара и проблем, то допустил ошибку. Или сдался и отступил, отпустив ее? Жаль не удалось с ним конкретно переговорить, наследник императора почти сразу ушел, закрывшись щитами. Ну, последние мог сломать, но не стал, решил поберечь магию, с таким трудом так недавно накопленную.
— Не спеши делать выводы, — попросил я спутницу. — Дождись внятных объяснений.
— А они нужны? — горько уточнила баронесса. — Саша, все же и так понятно. Давай лучше подумаем, что дальше делать. Возвращаемся в Петербург? Там у нас имеются клиенты, наладим практику, ты меня подучишь и, глядишь, откроем больницу.
— Не забыла про то, что отсудил поместье и титул? — спросил я и досадливо поморщился.
Сейчас мне остатки былой роскоши в тягость. Конечно, родовой дом, имущество, земли и титул дают определенный вес в обществе. За малым уточнением, что мне на это плевать. Что толку, когда кто-то, за счет своих предков, имеет на счетах большие деньги, распоряжается заводами и фабриками, но в голове только развлечения и прожигание жизни? Разумеется, такому господину почет и уважение, а за глаза насмешки. Пока не налажу быт своих крепостных, то о переезде и речи быть не может. Но на все изменения необходимы деньги. Хватит ли их? Сложно сказать, однако, необходимо попытаться.
— Но, родимая! — раздался крик возницы и хлесткий удар вожжами.
Экипаж дернулся, подпрыгнул на камнях и резко ускорился. Натали приложилась головой о боковую стенку и застонала. Позади раздался свист и топот копыт. Нас кто-то нагоняет и, судя по всему, не для того, что сказать комплементы.
— Что происходит⁈ — крикнул я, запуская диагностическое плетение и направляя его назад.
— Ваше благородие, погоня! Пятеро верховых, в темных одеждах, масках и с оружием, — обернувшись ответил наш возница.
Я уже сам определил, что намерения у нападавших плохие. Всполохи темной магии, жажда крови и полыхающая ненависть — не предвещает ничего хорошего.
— Не уйдем, догоняют! — проорал возница.
— Побереги лошадку, не загони, — спокойно ответил я и достал револьвер.
Мы находимся на окраине столицы и вскоре должны свернуть на дорогу в сторону моего поместья. Не успели, перехватили нас и без драки точно не уйти, вряд ли напавшие собираются поинтересоваться, как проехать к библиотеке.
— Что мне делать? — обратилась ко мне Натали, в глазах которой прочел холодную решимость и ни грамма паники.
— Защитную сферу, только не выложись полностью, — коротко говорю и выставляю позади экипажа воздушную стену.
Выстрелы! Мое заклинание разрушено, очень быстро среагировали преследователи. Возница дернулся от удара воздушного кулака, выпустил вожжи и рухнул на Натали, придавив ту своим весом. Потеряв управление, экипаж вильнул на дороге и стал заваливаться, лошадь заржала и встала на дыбы. Раздался треск дерева, подломилась ось и одно колесо укатилось в придорожную яму. Прозвучало еще несколько выстрелов, раздался треск от молнии. Меня от удара экипажа о землю чуть не выбросило наружу. Успел схватиться за поручень и удержаться. Обломок двери приложился по моему лбу, глаза залила кровь, а внутри вспыхнула злость. Захотелось мерзавцев наказать. Откуда только силы взялись! Руна огненного смерча встала перед глазами, активировал ее и направил заклинание во врага. Плетение так себе, топорно все сделал, но не менее убийственно. Заржали кони, послышались проклятия, воздух оказался разряжен и в следующий миг сработало пять защитных артефактов. Ногой выбиваю сломанную дверь, подтягиваюсь и выпрыгиваю на землю, одновременно жму на курок и посылаю пулю за пулей в защитные сферы врагов. Неприятно пахнет паленой плотью, кто-то кричит и стонет. В револьвере сухо щелкает боек, весь боезапас израсходовал и оружие выпускаю из руки. Небольшие, но не менее смертоносные, ледяные стрелки пускаю веером, стараясь не задеть экипаж. Впрочем, защита на баронессу распространяется, а так как возница на моей помощнице, то и ему ничего не будет. Топот удаляющихся двух лошадей, не всех нападавших прибил, о чем сожалею.
 
— Мерзавцы, — смахиваю со лба пот вперемешку с кровью и подхожу к первой падшей лошади с всадником. — Кто у нас тут?
Опознать обгоревший труп не представляется возможным, но форма стражника императора наводит на нехорошие мысли. Лошадей жалко, в том числе и нашу кобылу, тащившую экипаж. Морщусь и подхожу к следующему мертвому врагу. Тот уже ничего не скажет, ледяные стрелы буквально его изрешетили. В этот момент из экипажа доносится стон, и я спешу обратно. Угрозы нет, сторожевую сеть раскинул на сотню метров, если в ней кто-то подозрительный окажется сразу узнаю.
— Живы? — задаю вопрос, запрыгивая в экипаж.
Натали трет лоб, на котором набухает внушительный синяк. Возница стонет и баюкает сломанную руку. Перелом не такой и страшный, но неприятный, в том числе и исходя из профессии владельца. Пару недель он не сумеет заниматься извозом, но это мы легко отделались, точнее, нападавшие опростоволосились. Им следовало дождаться подходящего случая, а не лезть напролом.
— Я в порядке, — печально буркнула Сухарева.
— Ваше благородие, чегой-та тута произошло? С какой целью и кто нас нагонял? Неужто самого императора разгневали? — задал вопросы возница, а потом добавил: — Чур меня! Это надо же так кого-то разгневать!
— Не переживай, тебе ничего не грозит, — успокоил я возницу. — Сейчас твой перелом подлечу и через день руку можешь нагружать. Штабс-капитану Родионову доложишь о происшествии, а мы отправимся дальше.
Кое-как, с проклятиями, мы втроем выбрались из экипажа. Один из чемоданов (самый неподъемный) взяли с собой. Натали без него уходить отказывалась.
— Идем в столицу, благо тут рядом, — указал на тускло святящиеся вдали огни.
Подумывал заселиться в гостиницу, да удача нам подвернулась в лице извозчика, согласившегося подвезти. Правда, он позарился на обещанные двадцать пять рублей, но я мелочиться не собирался. Наверное, следовало попытаться докопаться до истины и выяснить, кто бандитов за нами в погоню послал. Впрочем, это дело не рук императора, однако, намерения были серьезные. Другой вопрос, что исполнители слабенькие, а вот их одинаковые артефакты говорят о том, что они из какой-то службы, при этом к военным и полиции отношения не имеют, как и обычным разбойникам.
— Александр Иванович, нас хотели ограбить? — задала вопрос баронесса, у которой гематома перетекла в два синяка под глазами.
— Скорее всего, но как только дали отпор, то вздумали лишить жизни, — ответил ей, смотря на возницу, невозмутимо правящего к разбитому экипажу.
Наш багаж оказался на месте, а вот кучера след простыл. Думаю, он отправился в резиденцию императора докладывать о произошедшем или в ближайший трактир, дабы подлечить нервишки. Разве могу его осуждать? Вещи перегрузили и тронулись в путь, который прошел без осложнений. Правда, щиты держал наготове, как и перезаряженный револьвер. В поместье свет горел на первом этаже, меня ждали и спать никто не ложился.
— Александр Иванович, как рад, что вернулись, — склонил голову Михайло, в глазах которого блеснула слеза. — Благодетель вы наш, чего мы только не надумали, боялись, что не вернетесь.