Ректор (СИ)

Император не ответил, положил перед собой какой-то документ и углубился в чтение. Понимаю, он раздосадован, что не сумел меня сломить. Скорее всего предпримет еще попытку, а то и не одну. Сильные мира сего не любят, когда им перечат, но выгоду он почувствовал. Думаю, сработала интуиция, что я способен принести много пользы. Наверняка это и доклады подтверждают, не все, имеются злопыхатели, недовольные тем, что кто-то резко возвысился. Следует из резиденции уезжать либо ходить и оглядываться, ожидая удара в спину. А то что он будет — не сомневаюсь. Достаточно вспомнить, как обошлись с Вертлугиными. Да, их вновь приблизили, но, как говорится, осадочек остался. А за тот же университет и его финансирование развернется нешуточная борьба. Найдутся те, кто захочет к казне таким образом присосаться. Да и насчет ректорства — вопрос. Коршунов обязан понимать, что на такую должность людей с улицы, коим являюсь, не назначают.
— До свидания, — вежливо сказал я и направился на выход.
Спиной ощутил тяжелый взгляд и даже усилил защиту. На секунду показалось, что хозяин кабинета готовит удар. Словами ли или боевой магией — не разобрал, но его так и не последовало.
— Штабс-капитан, будьте любезны, проводите меня до выделенных мне комнат, — попросил я Родионова.
— Заплутать боитесь? — уточнил тот.
— В том числе, — не стал я отнекиваться.
Артемий Семенович просьбу выполнил, но пока шли не задал ни единого вопроса. Зато в моей гостевой собралась вся наша компания. Мало того, все пытаются Софи помочь и предлагают различные варианты, как меня обыграть. Правда, княжна сама не своя, бледная, пальчики нервно теребят оборки платья, а в ауре тревожные всполохи, грусть и тоска. Странно, чего Софи так разнервничалась? Поняла, что партию проиграла? Так мы же договорились на матч. Честно говоря, мне сейчас не до игры, пусть и на желание.
— Как все прошло? — хором спросили девушки, а вот Макс промолчал, он сидит чернее тучи.
— Познакомились и предварительно поговорили. Выяснили позиции по неким вопросам и мои догадки частично подтвердились. Остается ждать и наблюдать, как сложится ситуация, — уклончиво ответил я и поинтересовался у княжны: — Игру продолжим или признаешь поражение?
— Еще чего! — фыркнула девушка. — Господин Воронов, ты плохо меня знаешь!
— Так что насчет университета? — поинтересовалась Минако.
А вот в глазах моей компаньонки совсем другой вопрос.
— Насколько понимаю, правитель все тщательно обдумает, взвесит. Мы с ним продуктивно побеседовали, свою позицию я изложил и брать свои слова назад не собираюсь, — внимательно посмотрел на Натали, улыбнулся ей и послал заряд тепла и поддержки.
У баронессы дрогнули губы, и она постаралась незаметно перевести дух. Ни от кого из присутствующих такое поведение не укрылось. В глазах Софи зажегся огонек надежды, а вот ее брат помрачнел еще больше.
— Саша, а каков твой план, если Степан Васильевич выставит неприемлемые условия? — чуть слышно спросила Минако, сразу после того, как выставила полог тишины.
Боится, что подслушают нашу беседу и доложат правителю? Ну, он ничего нового не узнает.
— Жить и работать, — пожал плечами, отвечая на вопрос японочки.
— А как насчет учеников? — продолжила принцесса.
— Да, Александр Иванович, ты обещал нас обучать, — напомнила Софья. — Неужели не сдержишь слово?
— Хм, пытаетесь припереть к стенке? — хмыкнул я и кивнул на шахматную доску: — У белых намечается интересная атака, но не увязнут ли они в обороне черных? Не пропустят контрудар? Полноценный ли произойдет размен фигур? Пока не сделаны ходы, то это всего лишь позиция. Не так ли?
— Но имеется возможность ее разобрать и продумать, избежать плохих ходов, — медленно произнесла моя компаньонка.
— Верно, — согласился я, — но результат получим только после определенных действий. Согласны?
— На каждое передвижение фигур второй игрок отвечает аналогичным действием. План у игроков готов, но возможны неожиданные ходы, — произнес Максимилиан. — Предугадав действия противника уже легче выиграть, но случается и так, что это не помогает, если раньше допустил оплошность.
 
— День выдался непростой, — подошел я к окну. — А еще есть поговорка, что утро мудренее вечера. Предлагаю всем успокоиться и отдохнуть.
— А что насчет ужина? — поинтересовалась Софи и посмотрела на брата: — Нам же надлежит разделить с отцом трапезу.
— Нас с господином Вороновым вряд ли к столу пригласят, — покачала головой Натали, а потом чуть слышно добавила: — Да я бы и не отважилась.
В комнате воцарилась тишина. Великому княжичу нечего сказать, не нашли слова поддержки и Софья с Минако. Да, статус влияет на многое.
— Уверен, нас с компаньонкой не станут морить голодом, — усмехнулся я. — Сейчас попрошу принести ужин, а вам не следует раздражать императора, — перевел взгляд с брата на сестру.
— Зато это мне позволительно, сошлюсь на мигрень и останусь с вами. Не прогоните? — чересчур веселым голосом заявила Минако.
— Уверен, у Степана Васильевича найдутся к тебе вопросы. Возможно, он захочет узнать, насколько велико желание изучать древние руну под мои началом, — медленно произнес я.
Принцесса далеко не дурочка, должна понимать, что с Натали желаю поговорить без лишних ушей. Софья склонилась к уху японочки и что-то шепнула, после чего встала и сказала:
— Нам следует поспешить, а ужин для Натали и Саши сама закажу и прикажу одной из своих служанок проследить, чтобы повара все в точности выполнили, а подавальщица не заплутала в резиденции.
— Тогда мы пойдем, — мрачно изрек великий княжич, при этом с грустью посмотрев на Натали.
Баронесса избегает встречаться с парнем взглядом. Как бы она чего-нибудь себе не надумала! Ничего, дурные мысли из ее головы выбью. Но когда мы с компаньонкой остались одни, то первым делом она отчиталась о том, как без меня шли дела в Петербурге. Сколько приняла больных, кому и как помогла, а с какими проблемами не справилась и отправила к целителям. Пожаловалась на Макса и его инициативу не допускать до нее мужчин. А напоследок заговорила о не очень-то приятном:
— Отец Кати, как ты и прогнозировал, восстановился быстро, но прикидывался больным и какое-то время водил меня за нос. В этом ему, как ни странно, дочь помогала. Не знаю, какие у Островской имелись мотивы, но она не желала нанимать патронажную сестру, отказалась от моих частых посещений. Однако, я сумела диагностировать, что проблем со здоровьем у Матвея Андреевича не осталось, если не считать небольшой слабости. Когда первый раз собиралась отправляться к тебе, то пришла к ним и предложила поехать вместе.
— Отказались путешествовать, — утвердительно кивнул я.
— Причины обозначили такие, что опасаются, как господин Островский перенесет дорогу. Смешно, — Натали горько улыбнулась, — они сами себя обманывали. Но не понимаю, куда смотрела и чем думала Кати!
— Не принимай близко к сердцу, — успокаивающе сказал ей. — У каждого случается выбор, и наша подруга его сделала. Какой использовала мотив — не так важно. Это ее решение и с ним уже согласился.
— Ты не собираешься за нее побороться? — нахмурилась Сухарева, у которой своих проблем на личном фронте хоть отбавляй. — Кати неплохая девушка, немного запуталась и не понимает, что делает.
— Сомневаюсь, — покачал я головой. — Все она осознает, в том числе и трудности, которые возможны. Не забывай про ее отца, Матвей Андреевич от моей связи с дочерью никогда не был в восторге. Прямым текстом говорил, что видит Кати с другим.
— Саша, а ты сам-то что к ней чувствуешь? — чуть слышно спросила баронесса.
— Натали, не береди душу, — отмахнулся я. — Зачастую время все расставляет по местам и проверяет чувства. Если помнишь, Островская уже уходила. Мы сделали вторую попытку сблизиться, вроде даже нашли общий язык и стали притираться. Вот только ни она, ни я — не видели себя вместе в будущем.
— Как и у меня с Максом, — понурилась моя компаньонка.