Я - Ключ. Книга 2 (СИ)

— Магистр, я вас обожаю! – сказал Тайрон.
— Тогда, пожалуйста, не взорви сегодня себя и соседей.
Дальше начала рассказывать этапы создания зелья и что нужно делать, подсказывала, кому что делать. Талика и Рамира ходили между столами − следили и помогали студентам не путать травы.
На удивление, даже ничего не взорвалось. А у большинства групп получилось достойное зелье.
— Недурно, – похвалила курс.
Лично проверила все приготовленные зелья. Те, которые не удались, сразу утилизировались под моим присмотром. Годные зелья ребята сразу разливали по выданным им пузырькам. В конце урока весь курс получил хорошо сваренное зелье собственного изготовления.
— Это, конечно, облегчит похмелье, но вы тоже помните о мере.
— Да, магистр, – был ответ вразнобой, студенты быстро ушли после гонга.
На каждом курсе приходилось ставить некоторых высокородных деток на место. И напоминать, что здесь умчатся они, а не их родители.
— Вы еще живы? – спросила у своих охранников в конце последнего урока.
— Да, магистр! – сказали парни и улыбнулись.
— Тоже захотели пойти ко мне на курс учиться? – спросила с улыбкой. – Собственно, если именно вы вдвоем будете ходить все время со мной, сможете чему-то научиться.
Через месяц лекций те, кто ранее учился спустя рукава, начали завывать от перегрузки и моей требовательности. Даже мои охранники стали жаловаться на головную боль.
— Вам не обязательно это все учить, − напомнила я им на обеденном перерыве, пока убирала аудиторию и готовила ее к следующему курсу. В идеале, нужно еще успеть пообедать. Вот только сходить в столовую я практически никогда не успеваю. Потому мне приносили еду из столовой в подсобку, а ребята брали с собой из дворцовой кухни.
Спустя месяц пришлось отправить некоторых студентов с урока на наказание. Решила для начала дать облегченную версию, а именно уборка территории. Ректор только хмыкнул, но одобрил наказание.
— Почему не уборка кабинета? – спросил у меня ректор.
— Уж простите, но студентам я свой кабинет не доверю. А так на улице мозги проветрят пару часов.
Толку от этого наказания была ноль. Парни вместо себя заставили убирать более слабых студентов с другого курса. Об этом узнала от Талики, которая осталась жить в общежитии. Рамира переехала к Евгению, и каждое утро прилетала в академию со мной.
Пришлось посадить провинившихся студентов в одну команду на практическом занятии. Естественно, они не могли поделить, кто что будет делать, и в итоге зелье у них не получилось.
— Придете после уроков, − сказала я им. – Дам вам еще один шанс. Потому что такими темпами мы попрощаемся с вами на зимней сессии.
Учитывая, что это был третий курс, они должны уже знать основы, а они ведут себя хуже, чем первокурсники. После занятий на меня смотрело шестеро сердитых парней. Словно я их прилюдно оскорбила.
— Открываем учебник на пятой странице и делаем все по инструкции. Каждый работает самостоятельно.
Пятеро, сцепив зубы, начали работать. А один парнишка скрестил руки на груди и зло посмотрел на меня.
— Лукас, тебе что-то непонятно в написанном? Задавай вопрос.
— Я не буду этого делать, я аристократ и не буду работать целителем или травником.
— Тогда смени курс обучения, − спокойно предложила, – займись тем, к чему лежит душа.
— Он не может, − сказал другой парень, – он уже трижды переводился, этого его последняя попытка. И если он не окончит обучения, отец лишит его наследства.
— Для тебя мало мотива? Если отец лишит тебя наследства, тебе придется вкалывать, как любому человеку, не имеющему титула и денег на счету. Ты этого добиваешься? Или думаешь, достаточно иметь титул и деньги родителя, и все само собой сложиться. Как ты думаешь?
— Я не знаю, − раздраженно сказал парень. – И я не понимаю, почему вы работаете.
— Потому что мне нравится преподавать эту дисциплину. Кроме преподавания, я занимаю государственными делами. Обучение − отдых для меня и смена деятельности. Академия и преподавание − это то, что позволяет расслабится душой. И поверь, даже если ты не будешь работать по данной дисциплине, лучше ее знать на отлично. Это может спасти тебе жизнь. Поверь той, кого неоднократно травили и только знание зелий и знание действия трав спасли мне жизнь.
 
Парень неуверенно взялся за книгу и начал работать. По мере выполнения задания он несколько раз задал уточняющие вопросы. В итоге его зелье вышло лучше всех.
— Молодец, Лукас, можешь собой гордиться. Но это только маленький шаг к достижению цели. Главное не останавливайся.
— Спасибо, Ваше Величество.
— Магистр, сейчас я магистр, пожалуйста, разделяй.
— Спасибо, магистр, − сказал парень с улыбкой.
 Глава 11. 
А дома меня ждал сюрприз, и даже не один. С радостным воплем:
— Мама! – меня подхватил на руки Влад. – Я скучал, – заявил великовозрастный мальчик и закружил в объятьях.
— Ну ты вымахал, − только и смогла вымолвить я. – А можешь ослабить хватку, сынок. А то ребра не выдержат твоей радости.
Дарина вышла из замка с довольной улыбкой и в обнимку с мужем. Когда Влад отпустил меня на землю, заметила, что он весьма потрепанный и в синяках.
— Откуда эта красота? И я думала, ты быстро исцеляешься.
— Даниэль наказал, не разрешил в ближайшую неделю после драки оборачиваться. Но разрешил в это время погостить у тебя, правда, племянников не отпустил. Только нас с Сашкой.
— Ясно, пошли, смажем твои травмы мазью, и заживут уже к утру.
Пока шли, сын спросил:
— Мам, я тут узнал, что у тебя кое-кто есть.
— И?
— Познакомишь? Хочу узнать, на сколько у вас все серьезно. Вы поженитесь?
— Я не могу выйти замуж.
— Почему? – искренне удивился сын.
— Пошли, расскажу, заодно обработаю синяки.
Попросила Ена оставить меня наедине с сыном. Пока осматривала его синяки и лечила, рассказала про артефакты правления, и как они сейчас распределились.
— Ясно. Получается, ты действующая императрица, а не вдовствующая?
— Это условное разделение, – сказала с улыбкой, – просто пришлось создать дубликат, чтобы всем не объяснять этих нюансов. Как когда-то сказал Евгений, если из семьи никого не останется, кроме меня, я смогу возродить род снова выйдя замуж. Надеюсь, этого не потребуется. Даниэль прилетит?
— Да, вечером. Меня Сашка принес. Мы сразу сбежали, как только разрешение получили. До нас дошли слухи о якобы перевороте.
— Ой, тоже мне переворот. Просто меня опять пытались убить. Эмиль, заходи. Влад, знакомься, это Эмиль. Эмиль − это мой сын Владик, младшенький.
Парни внимательно посмотрели друг на друга.
— Он младше меня, − обижено сказал Влад.
— Владик, глядя на тебя, я сомневаюсь в твоем возрасте. И по поведению Эмиль старше. Ты, как бы это корректно сказать, ведешь себя как подросток. То был такой взрослый и серьезный. А стоило улететь к драконам, резко, как бы это сказать...
— Поглупел? – спросил сын.
— Нет.
— Ведет себя соответственно возрасту, – сказал спокойно Эмиль и обнял меня за талию. – Драконы просто медленнее взрослеют. Парень просто ассимилировался и стал вести себя как его сверстники. Если бы он остался жить тут, вел бы себя уже как взрослый, сформировавшийся мужчина. А сейчас он действительно подросток, лет двадцати не более.
— Мам, где ты его откопала, такого серьезного?
Влад потрогал Эмиля за плечо, потом за руку и с детским восторгом сказал:
— Он такой теплый. У отца вечно руки были холодные, собственно, как и у всех драконов. А он такой тепленький и мышцы, словно камень.
— Владик, хватит его лапать.
Сын смутился и отошел от Эмиля. А тот наоборот довольно улыбнулся. Потом строго спросил:
— Кто тебя так разукрасил.
— Конкурент. Подрался из-за одной особы. Она сказала, что выберет того, кто победит.