Основатель 2 (СИ)

Из этого следовало предположение, что в свои города они чужаков не пускают, ну или, может, какая-то хитрая миграционная политика имелась. С другой стороны, они не отгородились высокой стеной, а сделали внешние буферные зоны, значит на людишек им не плевать.
Это делало их одной из немногих сил в Истоке, способной реально бодаться с Торговцами, а не прогибаться под их условия. Эксклюзивных контрактов они ни с кем не заключали, хотя, судя по всему, договорняк с теми же Торговцами им бы только цены сбил, как это ни парадоксально. Видимо, гордость не позволяла или свои какие-то хитрые расчёты имелись.
  
Короче, после двух недель такой, можно сказать, расслабленной поездки (небо ясное, солнышко светит, плюс пара-тройка новых корешей-купцов в моей импровизированной записной книжке появилась) я наконец-то прибыл в торговое поселение Салерн.
Архитектура тут, конечно, что сразу бросилось в глаза, сильно отличалась от привычных средневековых халуп, которыми утыкан весь остальной Исток. Ушастые свои дома строили из чего-то похожего на сталь или какого-то очень гладкого отполированного каменя. Выглядело это… специфично, я бы сказал.
Красоты в их дизайне насчитывалось ноль целых хрен десятых, по ходу для них функционал куда важнее эстетики. Все здания как под копирку, одного размера, два окна спереди, одна дверь. Даже их хвалёный Торговый Дом, который я себе представлял каким-нибудь здоровенным рыночным павильоном, оказался по габаритам не больше двухкомнатной хрущёвки. Экономика должна быть экономной.
На рыночной площади народу толкалось дофига.
Многие сидели за стальными столами, похожими на те, что у нас в парках для пикников ставят. Тоже мне эстеты хреновы! Галдели, смеялись, а прислуга сновала туда-сюда, обновляя напитки. Вино тут лилось рекой, это точно, но я заметил одну интересную фишку: к бутылкам разрешалось прикасаться только обслуге. Каждому наливали индивидуально, но самому взять бутылку — ни-ни, боже упаси! Только эльфийские официанты имели на это право. Сразу видно, порядок любят до чёртиков, или просто понты такие высокосветские.
Сами эльфы холодные и отстранённые, как будто им всё вокруг до лампочки. Охрана в полной латной броне с полушлемами стояла по стойке смирно, как истуканы и даже бровью не вела. Морды кирпичом, взгляд устремлён куда-то в пустоту. Я попытался с одним из этих вояк заговорить, хрен там, полный игнор, стоит себе, как вкопанный. Напомнили мне этих… Как их? Гвардейцев у Букингемского дворца в Лондоне, которым по уставу положено стоять столбом и реагировать только на реальную опасность. Только эти ещё и ушастые, и броня у них покруче выглядит.
Но я сюда не туристом припёрся достопримечательности разглядывать, у меня, блин, дела государственной важности, можно сказать. Подошёл к их Торговому Дому. Перед дверью маячил какой-то хмырь в дорогих шёлковых шмотках явно из местной обслуги. Увидел меня, тут же дверь распахнул.
— Прошу! — выдал он настолько резко и громко (голосина будто он из оперного театра сбежал), что я аж весь подобрался. А он стоит, будто ему кол проглотить дали, глазами меня пожирает. И голос такой неприятный.
— Э-э-э-э-э… Благодарствую, — кивнул я и прошмыгнул мимо него внутрь.
Внутри Торгового Дома стояла такая духотища, хоть топор вешай. Я прямо почувствовал, как волны жара прут от камина, который яростно полыхал в глубине этого, с позволения сказать, «дома». На кой хрен они топят, когда на улице и так тепло, для меня осталось загадкой.
Может, эльфы жару любят, как ящерицы солнцепёк? А может, им просто нравится смотреть, как человеки парятся и потеют. Дискомфорт, знаете ли, часто приводит к тактическим ошибкам, особенно на важных переговорах. Старый, как мир, трюк, ещё в девяностые таким баловались некоторые «партнёры».
Внутри стояли восемь столов, аккуратно расставленных по два в ряд. Обстановка чем-то напомнила мне то ли банк, то ли какую-нибудь бухгалтерскую контору типа нашего ФНС, только без очередей из возмущённых бабушек. За несколькими столами сидели людишки, явно купцы, и о чём-то оживлённо тёрли с эльфийскими представителями. Но хоть они и жестикулировали активно, я, хоть убей, ни хрена не слышал, о чём там идёт базар. Звукоизоляция, что ли, такая хитрая? Одна эльфийка, высокая такая, стройная, с кожей чуть в синеву отливающей, помахала мне рукой из дальнего угла.
— У меня свободно! — крикнула она, даже не удосужившись свою аристократическую задницу от стула оторвать. Свободная касса, твою мать!
  
Глава 19
 
Я поплёлся между столами, чувствуя, как пот уже градом катится по лбу и неприятно щекочет спину. Да что ж так жарко-то, ёпрст⁈ Остановился у предложенного деревянного стула, эльфийка кивнула, садись, мол, не дрейфь.
Как только я плюхнулся на жёсткое сиденье, заметил, что мы внезапно оказались одни. Вокруг нас будто из-под земли выросли толстые глухие стены, словно я в какую-то звуконепроницаемую коробку зашёл. Фокус-покус, не иначе, или местное колдунство в действии.
— Это ещё что за хрень? — не удержался я, озираясь по сторонам. Куб какой-то, а не переговорная.
— В первый раз у нас, значит, — протянула эльфийка, невозмутимо доставая какие-то бумаги. Голос мелодичный, но с металлическими нотками. — Читать-то умеете, надеюсь?
Вот же зараза! Издевается, что ли?
— Читать, писать и рисовать картинки, — буркнул я, стараясь не показывать раздражения.
Терпеть не могу, когда меня за идиота держат!
Она с лёгким шорохом пододвинула мне кипу бумаг, перо и чернильницу.
— Ну тогда заполняйте. Декларация о месте приписки, цели визита, чистая стоимость активов, ну и так далее по списку.
Вот блин, не было печали. Ну ни хрена себе, официальщина! Посмотрел я на эти бумажки, и прям тоска взяла. Всё так чистенько, аккуратненько, отпечатано ровными строчками, прямо как в хорошем офисе где-нибудь в Москва-Сити.
Формуляры выглядели почти анахронизмом, как будто их не в грубом средневековом мире составляли, а где-нибудь в нашем двадцать первом веке. Хотя мелькнула у меня шальная мыслишка, может, какой-нибудь Избранник с Земли, такой же попаданец, как я, их тут поднатаскал по части бюрократии? Вполне реально. Какой-нибудь бывший клерк или юрист решил тут свой «орднунг» навести.
Принялся я, значит, за эти анкеты. Заполнял по возможности честно, но где-то и привирая для солидности. Странноватое это, блин, ощущение сидеть в совершенно чужом фэнтезийном мире и заполнять какие-то сраные формуляры, будто я не правитель Весёлого, а какой-нибудь гастарбайтер, пытающийся получить разрешение на работу.
Закончив с нудной писаниной, я протянул бумаги эльфийке. Та приняла их у меня из рук с такой брезгливостью будто я давал ей не документы, а дохлую крысу, и принялась изучать, умудряясь при этом одновременно пялиться и на бумаги, и на меня. Прям Юлий Цезарь в юбке, только ушастый и с лёгким голубоватым оттенком кожи.
— Алексей Сергеевич Морозов, — произнесла она моё имя, коверкая его так, что я едва разобрал. Поправлять не стал, себе дороже выйдет. — Меня зовут Мури Лот, Представитель Эльфийского Министерства Торговли, ранг тринадцатый. Входя в этот кабинет, Вы автоматически соглашаетесь на мирные отношения с эльфийским народом под страхом смертной казни. Уяснили?
Тон не предвещал ничего хорошего в случае отказа.
Я, ясен красен, согласно кивнул, хотя, если честно, ни черта не понял, что конкретно она имела в виду под «мирными отношениями под страхом смертной казни». Но нарываться на конфликт с самого начала не хотелось, да и мир с её народом мне, по большому счёту, ничего не стоил, так что я просто согласился. Дешевле выйдет, чем спорить с вооружёнными до зубов фанатиками дисциплины.
  
— Превосходно, — удовлетворённо сказала Мури, пришлёпнув какой-то своей гербовой печатью мои бумаги и аккуратно свернув их в толстый свиток. Прямо как в старых фильмах. — Итак, чем держава эльфов может Вам помочь, господин Морозов?