Не то, чем кажется, не те, кем кажутся (СИ)

* * *
— Ты хотел увидеть настоящую фамильную магию, Поттер? — глаза Драко блестели от предвкушения, когда они спускались в знаменитый подвал. — И ты тоже, Грейнджер? Это будет... да сами увидите.
— Поклянись, что это не повредит нам и нашей магии, — неожиданно для Гермионы опередил ее Гарри.
— Ну слава Мерлину, хоть этому ты научился, — проворчал Драко.
  
Он произнес клятву по всей форме, и в этих стенах она прозвучала неожиданно торжественно.
А потом первым аккуратно разрезал кожу на запястье и приложил его к алтарю — небольшой черной каменной плите, внутри которой почти сразу появилось голубовато-фиолетовое свечение. Оно становилось все сильней по мере того, как бледнел Драко, но тут наконец к нему присоединился Гарри.
Гермиона с опаской смотрела как белеют лица ее спутников, но когда Гарри покачнулся, не нашла иного выхода — только сделать то же, что и они.
Тело словно мгновенно лишили сил — она с трудом устояла на ногах, даже не удивившись, что ее подперли плечами с двух сторон одновременно. Но отнять руку от постепенно нагревающейся глянцевой поверхности, в глубине которой начался непередаваемый танец разноцветных искр, она уже не могла, как и отвести глаз от этого танца.
Сколько времени прошло до того, как они вместе сползли на пол, окончательно лишенные сил, никто из них не знал. Гермиона, едва придя в себя, достала было палочку, чтобы наколдовать Темпус, но Малфой поймал ее за руку.
— Не вздумай.
Восклицания не получилось, слишком слаб был его голос, но и Гермиона не чувствовала себя в силах даже подняться.
— Почему? — прошелестела она.
— И это чьи мозги восхваляют на каждом углу, — тихо фыркнул Драко.
— Мы отдали все силы этой штуке? — кивнул вверх Гарри. — И что теперь?
— Выйдем, увидишь, — Малфой порылся в карманах, достал оттуда три пузырька с зельями, два протянул им, а один сразу опрокинул в рот. — Уф!
Глядя на него, решился выпить зелье Гарри и почти сразу улыбнулся.
— Ну а то, — прокомментировал довольный Малфой. — Самое лучшее Восстанавливающее всех времен и народов!
Гермиона осторожно глотнула. Мятно-кофейная горечь с незнакомым привкусом растеклась по языку и почти сразу стало легче. Она допила зелье и, опираясь на руку Гарри, встала.
Дом был... внешне вроде бы не особо все изменилось, но темнота стала неожиданно уютной и теплой.
— Пылью не пахнет, — прошептала Гермиона.
— И лестница не скрипит, — добавил Гарри.
Терпеть дальше и не порисоваться перед двумя новоявленными родственничками Драко не мог. Он прищелкнул пальцами, и коридор, куда они поднялись, озарился светом волшебных светильников. Блеск старого идеально отполированного дерева стократно отразил небольшие огоньки, разбежался по стенам, останавливаясь лишь на старинных гобеленовых вставках — бежевые узоры на темно-зеленом и наоборот.
— Как красиво... — выдохнула Гермиона.
Они вошли в гостиную.
— Это точно дом на Гриммо? — не выдержал Гарри.
— Я говорил, что фамильная магия дорогого стоит?
Драко был доволен. Две занозы его детства и юности наконец впечатлились, и причиной был — он. Ну, да, проведение ритуала и все остальное ему растолковала мать, но ведь он — по крови Блэк больше, чем эти двое!
— Вы смогли разбудить дом, — услышали они тусклый надтреснутый голос с портрета. — Во всех вас есть наша кровь, но род Блэк угас. Зачем?
— Все заканчивается, рано или поздно, — откликнулся Гарри. — Но что-то всегда начинается.
Вальбурга смерила его удивленным взглядом.
— Гарри Поттер, мэм, моя бабушка — Дорея Блэк.
— Вышедшая за Поттера, помню. А ты, — черные глаза скользнули на лицо Гермионы. — Ты чем-то похожа на мою любимую племянницу, но ты не ее кровь.
— Гермиона Грейнджер, мэм, — присела Гермиона. — Мой... дедушка — Мариус Блэк [3].
— Этот несчастный сквиб, младший брат Дореи, — скривилась Вальбурга. — Невероятно...
Гермиона пожала плечами. Отношение изображенной на холсте женщины к тому, кого она сроду не знала, ее не задело.
— Хочешь сказать, что ты сильная ведьма?
— Не хочу, — пожала плечами Гермиона. — Но не жалуюсь.
Вальбурга удовлетворенно хмыкнула.
— Надо же. Видимо, предки все же ошибались... Ни о чем не хочешь спросить?
— Каковы были фамильные таланты вашей семьи?
— В библиотеке найдешь. Теперь вы сумеете. Ну... что-то да будет, если вам удалось вернуть в этот дом жизнь.
По холсту пробежала трещина, словно лопнула от пересыхания краска, а за ней еще одна, другая... На глазах холст покрылся сетью трещин и вдруг с тихим шорохом осыпался, оставляя в простенке пустую раму.
Гарри с Гермионой дружно повернулись к Драко. Тот молча смотрел на пустое место, словно... да, так смотрят на свежевырытую могилу близкого родственника.
— Вот и все, — сказал он то ли в пустоту, бывшую портретом, то ли просто в воздух. — Хозяйничайте, — он развернулся на каблуках и метнулся в сторону каминного зала.
— Малфой!
Гарри вбежал первым, но увидел только взметнувшееся в камине зеленое пламя.
— Не надо, — удержала его Гермиона. — Нам и тут пока... есть о чем подумать.
— Будем... обживаться?
— Не знаю. Фамильная магия, ну надо же...
— У нас обоих!
— Нужно получше узнать об этом.
— Конечно. Тогда мы, наверное, поймем, что случилось с... мадам Вальбургой. И как дом стал таким. Почему Сириус не сделал того, что сделали мы? Неужели не знал? Малфой знал, а он — нет?!
— Я уже немного представляю, что тебе придется изучить, чтобы получить этот ответ...
— Ты меня пугаешь.
— Ну а что... Если среди фамильных талантов обнаружится некромантия, шанс у тебя есть.
— Не-не-не, не надо так шутить, сестренка, — Гарри сам не понял, как у него вырвалось последнее слово, но Гермиона улыбнулась, словно его и ждала.
— Да какие тут могут быть шутки. Темнейший из родов. Кровь которого, как оказалось, есть и в нас, причем в достаточном количестве, чтобы... — Гермионе вдруг не хватило слов, и она обвела рукой окружавшую их обстановку — богатой, благородной старины.