Крадущаяся тень

– Я больше не могу, – сказала я.
– Сможешь. Мы, можно сказать, уже дошли. Еще чуть-чуть…
Вместе сквозь ворота, потом по хрустящему промерзшему гравию. Вот и двойные двери, за ними стоит туман. На стенах ангара блестит лед. На земле под ногами тоже. Мы с Локвудом едва переводили дыхание, на наших перчатках блестели льдинки, наша накидка продолжала дымиться.
– Что будем делать? – спросил Локвуд.
– Не знаю, – я оглянулась назад. – Они приближаются, добрались уже до ограды.
– Тогда нужно пошевеливаться. Идем внутрь, другого выбора все равно нет.
И мы бочком протиснулись в приоткрытые двери.
Ангар был тот же самый, никаких сомнений. Та же высокая полукруглая крыша, те же металлические стены. Вдали сквозь туман я даже разглядела сложенные штабелями ящики. Но свет по-прежнему был очень странным, в нем все казалось расслоенным, серым и зернистым, словно разложенным на крупные чешуйки. Возможно, это густой туман творил такие оптические чудеса, когда все кажется кривым – и пол, и потолок, и дверь. Ни одной прямой линии, все какое-то перекошенное, словно сделано из воска, который нагревают и он начинает плавиться. Серая земля под моими ногами была покрыта тонкими трещинами, все вокруг насквозь промерзло, каждый наш шаг звенел как удар молотком по железу.
В центре зала туман был особенно густым. Таким густым, что сквозь него ничего не было видно.
– Цепь, – прохрипел Локвуд. – Люси, где она?
– Не знаю… – я оглянулась и увидела, что наши преследователи уже приближаются к дверям ангара.
– Проклятье. Где же она?
– Может быть, мы сейчас еще слишком далеко от железного кольца…
Мы в панике закружили на месте, Локвуд хотел пойти в одну сторону, я в другую, в результате мы едва не разорвали и эту накидку, сильно натянув ее между нами.
Готовые сдаться, мы обессиленно замерли на месте. За нашими спинами возле приоткрытых дверей стучали шаги по земле. А вокруг нас лишь густой туман, сквозь который проступают уродливые, словно оплавившиеся стены…
И тут в углу у боковой стены появился стройный длинноногий парень с торчащими во все стороны, как у ежика, волосами. Засунув руки в карманы, он стоял среди разбросанных по полу пустых призрак-банок и ящиков. Лицо у парня было таким же серым, как у обитателей проклятой деревни, но не бессмысленным, не безразличным, а ехидно улыбающимся. Даже в густом тумане оно показалось мне странно знакомым. Он вытащил одну руку из кармана и небрежным жестом указал мне за спину. Я обернулась и сразу же увидела и железный шест, и привязанную к нему цепь.
– Вот же она! – подтолкнула я Локвуда. – Смотри!
Локвуд выругался.
– Почему мы раньше ее не заметили? – пробормотал он. – Ослепли от страха, что ли? Вперед!
Мы поспешили к шесту. На ходу я обернулась, но тот парень уже исчез из вида, и там, где он только что стоял, лишь клубился туман. Еще пара шагов, и вот она, обледеневшая железная цепь.
– Держись за нее, – сказал Локвуд. – Пойдем вдоль нее вместе. Ты впереди, я сзади. Шагай напрямик. Ни на что не обращай внимания и не останавливайся. Ни в коем случае не останавливайся.
Локвуд вытащил свою рапиру, и мы оба оглянулись назад. Напоследок. Туман клубился словно театральный занавес, и в нем показались приближающиеся к нам темные фигуры, среди которых мелькнул синий сарафанчик Хетти Флайндерс.
Сделав несколько шагов вперед, мы уткнулись в якорные цепи и с горем пополам перелезли через них, вновь оказавшись внутри железного кольца. Идти тесно прижавшись в затылок друг к другу было ужасно неудобно, я думаю, что со стороны мы напоминали пару шагающих вдоль цепи пингвинов.
Левой рукой каждый из нас держался за цепь, а в правой сжимал рапиру на тот случай, если понадобится отогнать прочь какого-нибудь излишне навязчивого Гостя. Смешно, конечно, но я была рада вновь оказаться внутри кольца после жуткого серого мира и даже была готова приветствовать Соломона Гаппи и Эмму Марчмент как своих старых знакомых. Мы пробились сквозь стаи визжащих, бешено кружащих злых духов и вновь очутились в относительно спокойном центре этого водоворота.
  
Никакого человека в железных доспехах здесь не было, и мы продолжили свой путь вдоль цепи к противоположному краю кольца.
– Не знаю, здесь Ротвелл или нет, – сказал Локвуд, – но если что, пусть уж лучше он убьет меня. А туда, назад, я не вернусь. Ни за что.
– Как ты думаешь, те… из деревни, они могут по-прежнему идти вслед за нами? – спросила я.
– По идее, железные цепи не должны были пропустить их внутрь кольца, – ответил Локвуд. – Но на самом деле… Черт его знает, почему бы и нет? Это же дыра между мирами, и здесь полно этих тварей, самых разных. Хочу, впрочем, надеяться, что если деревенские Гости все-таки увязались следом, с ними придется иметь дело не только нам, но и Ротвеллу с его приятелями. Свою рапиру наготове держишь, Люси?
– Угу. И если я не проколю ей кому-нибудь задницу в ближайшие пять минут, буду считать сегодняшний вечер неудавшимся.
– Ну-ну, пойдем, сделаем институтским очкарикам небольшой сюрприз.
Так мы и ползли сквозь туман с мелькающими в нем призрачными фигурами, перебирая руками по цепи, ковыляли, пока не добрались до края железного кольца. Затем тяжело перевалили через якорные цепи и вновь очутились в теплом, шумном реальном мире, освещенном ослепительным настоящим светом.
А в этом мире полыхала самая настоящая битва.
27
Даже если бы не взрывы, не вспышки ослепительного огня, даже если бы не крики и не грохот, в первые несколько секунд нам было бы очень сложно понять, что происходит. Слишком сильным все еще оставалось оцепенение, вызванное пребыванием в мире, из которого мы только что возвратились. Мой мозг был ослеплен ярким светом. Мое тело ныло, оттаивая в тепле. Я крепко зажмурила глаза, когда меня обдало жаром и окатило лавиной звуков, и, пошатнувшись, отступила на шаг назад, чувствуя себя смущенной и бесполезной. За своей спиной я уловила движение, подсказавшее мне, что то же самое происходит и с Локвудом.
А еще я чувствовала, что промокаю, виной тому был лед, стремительно таявший на перьевой накидке. Ледяные струйки стекали мне на шею, а оттуда вниз, по плечам, по рукам, на спину, на грудь. Холодный душ привел меня в чувство и вывел из оцепенения.
Я отлепилась от Локвуда, сбросила с себя накидку, уверенно шагнула вперед и тут же упала, споткнувшись обо что-то твердое, лежавшее на полу. Приземлившись и уткнувшись лицом в мягкую влажную землю, я услышала знакомый голос:
– Ну, как погуляла?
Я сплюнула набившуюся в рот землю, разлепила глаза и увидела свой раскрытый рюкзак с торчащей из него призрак-банкой. Он стоял на том же месте, где я его оставила, рядом с пустыми банками и ящиками. На стекле банки отражались танцующие отблески белого пламени. Сквозь эти блики на меня весело смотрело зеленое лицо, со знакомой ухмылкой наблюдало за мной.
– Еще раз здрасьте, – хихикнул череп. – Ну и вид у тебя! Однако давай, приходи в себя и включайся, иначе они все здесь разнесут без тебя. Обидно будет.
– Кто они? Кто здесь все разнесет?
– Твои друзья-приятели.
Эти слова подействовали на меня как ушат холодной воды, я моментально забыла про боль и усталость. Очнулась. Не знаю, что было сильнее – охватившее меня возбуждение или страх. Наверное, в достатке было и того, и другого. Я перевернулась, усилием воли заставила себя подняться, и к тому времени, когда встала на ноги, уже успела более или менее врубиться в то, что происходило вокруг меня.
На клочке земли, где когда-то происходила кровавая битва между саксами и викингами, была в самом разгаре новая схватка. Повсюду взрывались магниевые вспышки, лопались солевые бомбы, летели, отскакивая от стен, раскаленные железные опилки. Пол ангара был усыпан мусором, валялись обломки деревянного помоста, а центр схватки находился в углу зала, между штабелями пустых ящиков возле двери, что вела в оружейную комнату, и боковым проходом, через который раньше этой ночью ушла команда Ротвелла. Перед тем как нырнуть внутрь железного кольца, мы с Локвудом слышали, как они возвращаются, и, естественно, полагали, что они все еще здесь. Нет, они действительно все еще были здесь, но то, чем они занимались сейчас, нисколько не напоминало научный эксперимент. Не расхаживал со своим планшетом мистер Джонсон, не прихлебывал из серебряной фляжки Стив Ротвелл. Вместо этого они со своей командой в панике метались под градом летевших в них снарядов. Убежать через боковой проход они не могли, вход в него преграждали пылающие на полу магниевые вспышки. Электрическая тележка была перевернута, ее колеса продолжали медленно вращаться в воздухе. Похоже, что, прежде чем перевернуться, тележка на полном ходу врезалась в стену ангара.