Красная шапочка для босса (СИ)

Всяческих блокбастеров за свою жизнь я насмотрелась достаточно, чтобы мозг сразу сообразил, что это такое.
Пистолет...
И вполне вероятно, что даже не газовый, если вспомнить о криминальных связях Суслика.
- Топай давай! - продолжает он шипеть, брызгая в ухо слюной. - Мордашку попроще сделай и без глупостей!
От ужаса ног под собой не чую. Даже о хромоте своей забыла. Это всë какой-то страшный сон! Никогда в жизни не думала, что буду куда-то тащиться под дулом пистолета, словно попала в чужое странное кино с кровавым финалом. Так и хочется ущипнуть себя, чтобы проснуться.
  
Пистолет болезненно давит куда-то под ребро. Пистолет. Господи...
Нет, это происходит не со мной. Это не может быть про меня! Проснись, проснись, проснись... пожалуйста...
- Марина Сергеевна, вам вызвать такси за наш счет? - с натянутой любезностью спрашивает швейцар Геннадий, косясь на буквально приклеившегося ко мне спутника. - Максим Романович сказал, что вам пока сложно двигаться самостоятельно.
- Да, мне бы...
Сусаев стискивает мой локоть еще больней и слащаво перебивает мой слабый голос:
- Я лично позабочусь о Марине Сергеевне, Геннадий. Подвезу ее прямо до дома, не беспокойся.
И настойчиво утаскивает меня в прозрачные двери на улицу.
- Только пикни мне щас... - угрожающе бормочет он под нос. - Только попробуй пикнуть, овца гордая...
В свою машину - блеклый древний экземпляр отечественного автопрома, явно у кого-то позаимствованный, - Сусаев меня заталкивает уже без притворной бережности. Колено чувствительно ударяется о какую-то железяку между задними сиденьями, выбив у меня короткий вскрик.
- Заткнись!
Двери блокируются со зловещим щелчком.
Завести свой транспорт у Сусаева получается только с третьего раза. Он без конца грязно матерится под нос, выруливая с парковки и оглядываясь назад. Немного успокаивается только на городской трассе... а я наконец справляюсь с первым шоком и осмысливаю поганую ситуацию, в которую нежданно-негаданно влипла. Вспоминаю всë, что слышала про Сусаева с момента его исчезновения.
Он в бегах.
Проворонил компромат на какого-то криминального авторитета Мрачко, и другие бандиты его украли. То ли Медведевы, то ли Медведские... так что теперь этот Мрачко устроил на него охоту.
Бандитская сообщница Ульяна сглупила и зачем-то сделала себе копию. И теперь об этом знают все, кому не лень.
Господи, какой кошмар...
Я не хочу участвовать в криминальных разборках!!!
Словно откликнувшись на мои мысленные вопли, Сусаев издевательски информирует меня:
- Сейчас прокатимся по домашнему адресу Ульяны. И если не найдем там то, что я ищу, тебе не поздоровится. Ты ведь в курсе, что я ищу... не так ли, детка?
 Глава 31. Треш на заправке 
Лампочка горючего сигналит о низком уровне топлива еще до того, как Сусаев успевает покинуть центральную трассу. Он с жгучей ненавистью смотрит на панель управления и снова изрыгает под нос грязные ругательства.
Но я их не слушаю.
Все мысли сосредоточены на том, чтобы нашарить в рюкзачке бабулин перцовый спрей... вот только на дне его нет. Зато в боковой части возле кармана обнаруживается небольшая прореха.
Это у меня пару дней назад в автобусе, что ли, так подрезали? Господи, ну как же так... я такая растяпа!..
От страха и растерянности меня трясет мелкой противной дрожью.
Эх, беда, ну почему ты не приходишь в гордом одиночестве? Почему всегда наваливаешься с группой поддержки из мелких пакостей, которые готовы загрызть тебя без суда и следствия за малейшую оплошность?..
Риторический, но такой больной вопрос!
Сусаев резко сворачивает на ближайшей заправке и перед тем, как выйти из машины, неожиданно стягивает мне руки за спиной обыкновенной кабельной стяжкой. Затем тщательно обшаривает мои карманы, рюкзак и забирает мобильник.
- Ноги оставлю тебе как есть, так и быть, - с гадкой усмешкой сообщает он. - Хромой далеко не ускачешь... Сиди тихо и не рыпайся.
Глухо хлопает дверца. Вибрация от удара неприятно отдается в копчике, и я морщусь.
Сумерки всë сгущаются и сгущаются. И морось осеннего дождя незаметно переходит в настоящий ливень.
Бежать!
Надо немедленно бежать, пока этот урод отвлекся!..
Я неловко ерзаю, помогая себе связанными руками, и осторожно выглядываю в дождливое окно. В щель неплотно закрытого стекла влажно-колко дует. Сусаев возится с заправочным шлангом совсем рядом, сбоку от капота.
М-да... фиг проскользнешь.
Сама заправка почти безлюдна... если не считать огромного пятна какого-то внедорожника возле придорожной кафешки. Из водительского окна высовывается мужчина, поглядывая на табло электронных часов. Там неровно моргают ярко-красным цифры: девятнадцать и сорок один.
Позвать на помощь..?
Для этого надо хотя бы дверь открыть, но тут риск, что Сусаев сразу же заткнет мне рот. Да еще и наподдаст физически, пользуясь моей беспомощностью. Страшно. Но и страх перед ближайшим будущим не менее силëн.
Пока я рефлексирую и между делом активно стараюсь избавиться от стяжки на запястьях, к мужику в большой машине подъезжает такси. Оттуда выбирается низкорослый тип с небольшим пивным брюшком и ловко раскрывает над головой широкий черный зонт. Потом как-то воровато вертит головой и вдруг впивается глазами в Сусаева. Тот как раз вешает шланг на место и замечает наблюдателя.
Оба быстро отворачиваются друг от друга.
- Черт! - бормочет Сусаев и юркает обратно на водительское сиденье. - Черт, черт, черт... Глеб... что он здесь забыл?
На меня внимания вообще не обращает, словно рядом с ним пустое место.
Я молча продолжаю сражаться со стяжкой, но она ни на миллиметр не сдвигается. Тот самый случай, когда качество какого-то приспособления - невероятно досадное явление...
И все-таки сусаевская суета невольно приковывает внимание к мужчинам, за которыми тот наблюдает. Чем они его так разволновали?
Мужчина за рулем чуть высовывается наружу, что-то говоря пузану с зонтом, и яркий свет фонаря озаряет его белозубую усмешку на симпатичном лице. И я широко распахиваю глаза.
Ой!
Да это же Боярка...
Пузан, которого Сусаев назвал Глебом, вдруг резко оборачивается на кафешку напротив и чуть не подпрыгивает. Весь как-то подбирается, сжимается, словно ему грозит опасность.
Я тоже щурюсь в ту сторону, не понимая, чего он так испугался. До тех самых пор, пока из-за угла не выходит медленной походкой хищной черной пантеры... Яр.
- Ля-я... только Медведского мне не хватало...- страдальчески стонет Сусаев и судорожно сползает по сиденью вниз. Видимо, старается стать максимально незаметным.
Но сегодня удача не на его стороне.
При виде Яра незнакомый пузан Глеб с нетипичной для такого толстяка скоростью круто разворачивается и чешет прямиком в нашу сторону. Даже зонт роняет в спешке, и тот немедленно укатывается к мусорке под рваными порывами ветра.
- Ля-я... - стенания Сусаева срываются совсем уж в позорный фальцет, а сам он уже откуда-то из-под руля бешено старается завести машину.
Так-то она заводится с полоборота. Только пузан Глеб оказывается куда расторопнее моего персонального врага. Одним прыжком внедряется на пассажирское сиденье рядом с ним и ревëт:
- Гони, Суса, гони!
От рывка меня опрокидывает на правый бок. Без опоры связанных рук я пребольно плюхаюсь на пол всем телом, словно одна длинная шаурма. Голова кружится, глаз саднит... кажется, налетела на какой-то твердый выступ под сиденьем. Да еще и нога стреляет пульсирующей болью в лодыжке.
Ужасный день, ужасный вечер...
  
...ох, мамочки, чего же ждать от ночи?!
Машина с визгом шин несется вперед, и слуха касаются громкие голоса впереди.
- Глеб Юрьевич, вы как тут..? - непонимающе скулит Сусаев. - Почему без охраны? А ваш брат... Герман Юрьевич в курсе?
- Заткнись и прибавь скорость! - приказывает сипло-прокуренным голосом пузан. - Если че, Медведский нас обоих порешит за свою сеструху, если поймает. Ля-я... знал бы о подставе, снайперов бы прихватил! Не ждал такого от Боярки... не ждал от гаденыша! [*]