Соответствие (ЛП)

А потом иллумы все узнают и не позволят этому продолжаться. Они сделают все, чтобы у тебя ничего не осталось.
— Присаживайся, пожалуйста. — Табита опустилась на стул у небольшого столика и принялась разливать чай. — Знаю, ты предпочитаешь игристое, но сейчас нам обеим лучше сохранять абсолютную ясность ума. — Она хищно улыбнулась и заговорщически подмигнула мне: — Ну же, садись. Живее.
  
Она даже не повысила голоса, но этот леденящий тон заставил меня подчиниться. Кристаллы на моем тяжелом подоле скрежетали по полу и безжалостно впились в бедра, когда я опустилась на стул, но я сознательно цеплялась за эту боль, используя ее как последний якорь, удерживающий меня в реальности.
— Угощайся, пей чай, наслаждайся. — Она царственным жестом указала на поднос с конфетами. — Это ведь твои любимые, верно?
Я лишь безмолвно кивнула, не в силах оторвать взгляда от бурых пятен крови на передней части ее белоснежного платья.
— Прошу прощения за мой вид, — небрежно бросила она, проследив за моим взором и указав на наряд. — Вечно я забываю, как сильно из них хлещет кровь. Он упорно отказывался выдавать мне нужные сведения. Пришлось применить к нему некоторые меры убеждения. Ну же, возьми конфетку.
Я протянула дрожащую руку и взяла одну. Но есть не стала. Я вообще сомневалась, что когда-нибудь снова смогу испытывать голод. Что они сотворили с Хэлом, раз вокруг было столько крови?
— Должна признаться, я была глубоко… разочарована, когда Коллин принял решение отказаться от публичного суда над тобой. Вместо этого он выразил неистовое, просто фанатичное желание лично поймать для меня Жнеца. Заявил, что твои допросы и показательная казнь станут для него лишь досадной помехой. Какая непростительная растрата потенциала! Понимаешь ли, элите зрелища нужны как воздух. А ты у нас — настоящая аномалия в верхних слоях. Все испытывают к твоей персоне колоссальный интерес. О, твое угощение тает.
Шоколад под моими вспотевшими пальцами уже превратился в липкую жижу. Я брезгливо опустила его на скатерть, оставив темное пятно, — меня буквально выворачивало от одной мысли о еде.
Табита слегка склонила голову набок и продолжила:
— Мне казалось это пустой тратой ресурсов, пока до меня не дошло: я вполне могу устроить тебе свой собственный, персональный суд, пока Коллин охотится за Жнецом. Подойти к делу творчески. И надо признать, ты превзошла все мои самые смелые ожидания, при этом оставаясь в блаженном неведении.
Мои брови от изумления взлетели вверх.
Табита торжествующе улыбнулась.
— Объект F13463233. Именно ты поможешь нам восстановить мир и порядок. Ты своими руками подготовила идеальную почву для уничтожения каждого, кто посмел выступить против нас. И какой же роскошный вид откроется тебе, когда ты будешь наблюдать за тем, как мы планомерно, косточка за косточкой, перемалываем это ничтожное восстание. Потому что, если ты сделаешь хотя бы слабую попытку помочь им, объект M13672314 — или Хэл, как ты его величаешь, — будет немедленно ликвидирован. Твоя шпионская миссия окончена.
Воздух застрял у меня в горле, я не могла дышать.
— И наконец-то я дождалась от Коллина настоящего, стоящего суда. Я полностью одобрила его задумку, ведь это невероятно тонко и умно с его стороны. Он отметил, что ты была потрясающе, феноменально послушной.
Я никак не могла вникнуть в суть ее слов. Мысли в голове неслись с бешеной скоростью, сменяя друг друга, закручиваясь в безумный вихрь, пока я окончательно не потеряла способность отделять одну от другой.
— Не смотри на меня волком. Остальные иллумы, и в особенности Чарльз, требовали твоей немедленной ликвидации сразу же, как только Жнец окажется в наших руках. Мужчины, полное отсутствие стратегического мышления! — Табита тихо рассмеялась, и этот смех отозвался в моем теле так, словно по коже заживо скребли ногтями. — Убить тебя прямо сейчас было бы слишком большой милостью с моей стороны. К тому же я бы разом лишилась идеального рычага давления на Жнеца и его жалких сторонников. Мы не можем себе такого позволить. Да и какое в этом удовольствие? Смерть наступает слишком быстро. Я уяснила этот горький урок еще в самый первый раз.
— Он не станет вам помогать, — выдавила я пересохшими губами. Хэл никогда в жизни не пойдет с ними на сделку.
— Еще как станет, вот увидишь. Понимаешь, мы ведь из года в год пытались доказать всем вам, что эти дурацкие эмоции лишь усложняют жизнь и создают хаос. Мы обеспечили вас четкими ролями, партнерами, пропитанием. Мы поддерживаем стабильность за счет грамотного распределения ресурсов. У вас есть абсолютно все, что необходимо для выживания. Мы подарили вам идеальный порядок! Но вам, ничтожествам, этого мало. — На ее лице проступила хищная, зловещая усмешка, к своему чаю она так и не притронулась. — Вам всегда всего мало. Вы упорно продолжаете позволять глупым чувствам управлять вашими жизнями. Что ж, в таком случае мы просто извлечем выгоду из этой неспособности мыслить здраво. Объект M13672314 с пеной у рта доказывал нам, что ты всего лишь очередная безликая девчонка из дефективных. Но затем я лично аннулировала твой чип и отдала приказ о ликвидации. О, как жаль, что ты не видела, как этот хваленый лидер ползал передо мной на коленях и умолял о твоей пощаде! Как стремительно и жалко он сломался. Даже обидно, так быстро испортить мне все веселье. — Табита разочарованно покачала головой. — Что ж, слухи не врали. Какая-то девка умудрилась пустить под откос все их великое восстание. Жнец банально влюбился.
Этого просто не могло быть. Она лжет. Она ошибается!
— Ты любишь игры, Эмелин? — вкрадчиво поинтересовалась Табита.
— Нет, — едва слышно прошептала я.
— Очень жаль, потому что у меня для тебя наготове отличная игра. Отныне ты будешь беспрекословно помогать мне.
Я в ужасе замотала головой, леденящая волна паники накрыла меня с головой.
— Нет, милочка, будешь. Если ты откажешься, если посмеешь брыкаться, я убью его на твоих глазах. А он будет помогать мне, потому что знает, что в противном случае я уничтожу тебя. — Табита оскалилась, буквально упиваясь моим первобытным страхом. — Правила игры предельно просты. Выясним, кто из вас любит сильнее. Победитель получает жизнь, проигравший отправляется на тот свет.
Мои руки дрожали. Она тут же это заметила и зафиксировала взглядом.
— А второй частью моего личного суда стал Коллин. Благодаря тебе мы сейчас выковываем самого безупречного, идеального члена Высшего совета иллумов. Мы капля за каплей выжигаем те жалкие остатки человечности, надежды и доброты, что еще теплились в его душе. И на выходе получим лидера, способного обрести истинную, абсолютную мощь и силу. К слову, те идеи и предложения, которыми он поделился с нами вчера вечером… о, они были чертовски изобретательными.
Все это не могло быть правдой! Я ведь искренне верила, что сама выбираю свой путь. Сторону, в которую свято верила.
— Я ничего не понимаю… — Сердце бешено колотилось, отдаваясь в ушах.
— Разумеется, не понимаешь. Вы все до смешного близоруки. Пей свой чай, а я так и быть, пролью свет на некоторые вещи.
Я подняла непослушную, ходящую ходуном руку и сделала глоток.
— Давай, еще один.
Пока я пила, она неторопливо потянулась к подносу с конфетами, выложенными высокой остроконечной пирамидой.
— Власть… Большинство наивно полагает, будто она достается самым сильным. Глупцы. Видишь ли, власть — это искусство тончайшего баланса. И те, кто не способен этот баланс удержать, теряют ее еще до того, как получат реальную возможность ею воспользоваться. Будь добра, вытащи одну конфету из самого нижнего ряда пирамиды.
  
Я беспрекословно подчинилась ее приказу.
— Чтобы удерживать верхушку, в самом низу должно находиться огромное множество элементов. Когда ты забираешь из этого основания одну-единственную деталь, всего одну, общая конструкция ничуть не страдает, баланс сил сохраняется. Но нам весомый нужен повод, чтобы заставлять тех, кто внизу, оставаться на своем месте. Они обязаны свято верить в значимость своих ролей.