Наказание для вора (СИ)

Лис метнул очередной нож. Хорошо, что твари только проснулись и еще медленно соображали и двигались, к тому же, у троицы было преимущество — они находились на возвышении, чем не преминула воспользоваться Мила. Дель не успел даже замахнуться, а она сбрила одним ударом сразу троих. Следующая волна тварей была поумнее или училась на ошибках предшественников: они стали уворачиваться и обходить. Но по бокам от Милы стояли Дель с Леном, которые встречали их не менее острыми, чем у эльфийки, клинками. Несмотря на численное преимущество, у противников не было шансов. Сбивая со стены очередного монстра точным броском ножа в глаз, Лен краем глаза заметил, как одна из тварей слишком близко подобралась к Миле, а та ее словно не замечала. Моментально вспомнив, что эльфийка-то в темноте не видит, лис повернулся, чтобы метнуть нож в крадущегося уродца, и, уже поднимая руку, понимал, что сейчас будет больно: слева на галерее кто-то был — ликан, в этом чутье оборотня не могло обмануть. Он все же успел кинуть нож — тот прошел по кривой дуге и, не попав в уязвимую глазницу, упал, но Мила поняла, что рядом находится противник — и, осознавая, что не успеет уклониться сам, перевоплотился. Смертельно опасные когти прошли в четверти дюйма от его бока. В облике лиса он стал видеть намного лучше и уворачиваться было легче. Там, где громоздкому ликану приходилось балансировать на узкой полоске уступа, юркому зверьку вполне хватало места для маневра. Очень скоро ликану надоели эти пляски, и он переключился на более крупную, по сравнению с лисом, цель — на эльфийку. Но Мила, к тому моменту разобравшись с остатками обитателей Катакомб, встретила нового противника ударом сразу двух клинков. И, если левый меч поймал когти ликана, то правый вошел прямо в беззащитный бок, под ребра. С тихим хрипом он упал вниз, к многочисленным черным трупам. А на его место встали еще два ликана.
— Это он! — шепотом (вдруг здесь притаился еще кто) закричал Дель, указывая на второго ликана. Он и вправду казался странным: Лен никак не ощущал его и, если бы не видел собственными глазами, думал бы, что на галерее находится только один ликан.
Не успел лис порадоваться, что из-за узкого уступа нападать противники смогут лишь по одному и они с Милой на пару легко с ними справятся, как странный ликан прыгнул и, оттолкнувшись от стены над головой эльфийки, приземлился с другой стороны галереи, перед Делем. Мила с Леном, словно читая мысли друг друга, начали двигаться одновременно: эльфийка атаковала своего ликана, а лис, виртуозно проскользнув по краю пропасти, пришел на помощь другу. Первый удар Дель поймал на меч, от второго — увернулся. Вопреки опасениям Лена, этот странный ликан не демонстрировал особую прыть и ловкость, что даже плоховато обученному Делю хватало мастерства удерживать его натиск, пусть и с помощью лиса, который постоянно отвлекал противника в самый неподходящий момент, жалея лишь о том, что не может причинить реальный вред. Азарт схватки поглотил их с головой, но сосущее где-то внутри чувство тревоги не давало Лену потерять бдительность. И все же, когда прямо на голову ликана свалился живой Мэл, не удержался от радости: лис запретил себе думать, что в подземных лабиринтах они и вовсе не смогут найти друзей, но мысль эта билась все время в подсознании. Поэтому он совершенно искренне был счастлив видеть яростно бьющегося Мэла, который, явно не видя и не понимая ничего, успел зарядить кулаком в челюсть ликана и, судя по его крику, сломать себе руку. К счастью, Дель не растерялся и атаковал одновременно с Леном: клинок из голубой стали поднырнул по передние лапы и расчертил серое брюхо, а лис подпрыгнул и вцепился в загривок. Вот только казавшийся медленным ликан внезапно превратился в размытое пятно, увернувшись от клинка, скинув брыкающегося Мэла и отшвырнув от себя Лена. Лис пролетел по широкой дуге над пропастью, хватая лапами воздух. Мгновенно перевоплотившись в человека, он кончиками пальцев сумел ухватиться за край уступа. Тело по инерции на высокой скорости («спасибо» ликану) продолжило двигаться, и только навыки вора-ловкача позволили Лену удержаться. Даже на секунду вспомнились детские годы, открытые окна на верхних этажах и побег от легавых по крышам.
 
Оттолкнувшись ногами от стены, лис одним рывком взобрался на уступ, на котором эльфийка как раз закончила поединок: труп ликана упал прямо перед ним. Но не успел Лен хоть что-то сделать — прокомментировать кровожадность Милы или вновь прийти на помощь Делю, — как то самое сосущее ощущение глубоко в груди дало о себе знать. Инстинкт зверя ли, привычка бывшего вора, волшебное шестое чувство или всего-навсего удача — но лис упал прямо на труп ликана, ухватив за собой эльфийку, и крикнул на половину Катакомб:
— Ложись!
Дель отреагировал моментально, повалив Мэла. А потом над их головами разверзлась огненная смерть. Пламя опаляло волосы, пробиралось жаром под кожу. Друзьям казалось, что это длилось часы, но, на самом деле, не прошло и десяти секунд, как огонь погас. Не успели они прийти в себя, как над головами пролетела серая рычащая тень и сбила с ног человека в балахоне, стоявшего позади Лена с Милой.
— Колдун, — сплюнула эльфийка с такой интонацией, словно смотрела на какое-нибудь особо мерзкое насекомое. Девушка не могла видеть его, но ее светлая душа бессмертной расы чувствовала гниль черной магии.
Колдун вскочил на ноги, в его правой руке загорелся огонь, но ликан, на которого и был направлен шар пламени, лишь рыкнул и дернул мордой в сторону поднимающихся на ноги друзей. Колдун помедлил секунду и только потом стал разворачиваться. Эта задержка стоила ему очень дорого, потому что за эти мгновения произошло сразу несколько вещей: Лен метнул нож (чисто рефлекторно, сработал инстинкт самосохранения, подсказавший, что их сейчас будут убивать), по пещере прошелся громогласный вой, больше похожий на визг, а сзади под портовую брань на Мэла упал Реб. Колдун пошатнулся, и огненный шар полетел вбок, над пропастью, невольно освещая все пространство вокруг. Теперь Лен смог наконец рассмотреть, где они находятся. То, что представлялось ему галереей, на самом деле было огромным каньоном с тонким уступом по краю и многочисленными выходами из него. Теми самыми выходами, из которых сейчас хлынули толпы различных монстров: в неясном свете огненного шара лис смог различить лишь их очертания, но и этого было достаточно. Больше всего твари напоминали различных мелких животных и насекомых — летучих мышей, жуков, крыс, ящериц и даже пара птиц, — с которых сдернули весь мех и перья, оставив голую кожу, потемневшую за время обитания, неестественно увеличенных и изуродованных. Глядя на скрежещущую и визжащую толпу, двигающуюся в их сторону, Лен пришел к выводу, что отступление — это не побег и стоит начать его осуществлять. Ликан сделал такие же выводы и, рыкнув на колдуна, скрылся в ближайшем проходе. Тот тоннель, из которого пришли друзья, уже заполонили монстры.
— За ними! — понижать голос теперь не было смысла, толпа быстро приближалась к ним.
К счастью, большая часть компании соображала быстро или хотя бы слушалась команд: они все рванули за Леном, который сел на хвост колдуну, бежавшему на удивление быстро. Так они и мчались по погруженным в многовековой мрак коридорам: ликан, колдун, за ними Лен, Мила, тащивший едва ли не на себе дезориентированного Мэла Дель и замыкавший процессию Реб, которому в затылок дышали твари всех мастей. Они бежали и бежали по затопленным ледяной водой коридорам, по крутым лестницам с отколотыми ступенями, по узким мостам, пролегавшим через глубокие пропасти, а Лен молился Забытым Богам, чтобы Мила с Мэлом не свернули себе шею в этой непроглядной темноте. Легкие начинало жечь от недостатка воздуха — здесь, в Катакомбах, его было меньше, чем на поверхности. Казалось, эта погоня за смертью и от смерти никогда не закончится, но больше всего Лен опасался того, куда она их приведет и что будет в конце.
 Глава 12. Из тьмы на свет, или Допрос с пристрастием