Главная роль 3 (СИ)

Потеряв интерес — ничего ему тут не светит — осведомитель буркнул «не попробуешь — не узнаешь» и пошел проверять на прочность других посетителей.
* * *
Хмурое утро прогулке не способствовало. Порывистый ветер трепал шерсть собачкам и норовил снять с голов Великих княжон и Императрицы одинакового фасона шляпки — Дагмара, похоже, заметила «слабое звено» в виде Ольги и начала распространять материнскую любовь и на младшую дочь. Грустно, но зато у девочки будет на одну травму меньше. С затянутых тучами до самого горизонта небес падала противная, холодная мелкая взвесь, от которой совсем не спасали зонтики в руках слуг — ветер неумолимо гнал влагу прямо в лицо.
Ответственность за такую бодрящую прогулку лежит целиком на мне — Мише надо закалять характер, поэтому я поймал его на «мы же не девицы». После такого великим княжнам конечно же захотелось показать, что девичий характер в крепости не проигрывает, а Мария Федоровна воспользовалась принципом «не можешь победить — возглавь».
Глядя на жизнерадостно семенящего рядом со мной, обнюхивающего кусты, ноги и «коллег»-питомцев щенка, я придумал очевидную в общем-то вещь: если собака видит хозяина только на увеселительной прогулке, а дрессирует и кормит ее другой человек, нормальную, опасную, годящуюся в «последнюю линию обороны» псину не вырастишь.
— Антошка, — посмотрел я на маленького дрессировщика. — С сегодняшнего дня вы с Арнольдом…
Как Шварценеггер!
— … Переезжаете в мои покои.
Пацан привычно удивился — я все время людей удивляю, так и должно быть — а камердинер кивнул: понял, отдельного приказа не нужно.
— Зачем? — удивилась Дагмара.
— Если дрессировать и кормить собаку буду не я, то и собака будет не моя, — развел я руками.
Миша посмотрел на своего щенка, перевел взгляд на маму и изобразил жалобную мину.
Вздохнув, Мария Федоровна кивнула ему, и Степка получил приказ переезжать в Мишины покои. Пусть братец дружит с простолюдином — это полезно для них обоих.
Промучившись минут десять, мы с облегчением вернулись во дворец, оправившись завтракать. Под бутерброды с джемом и яишенку Императрица ознакомила меня с распорядком дня и отпустила переодеваться в мундир. Времени это заняло не много — остатков как раз хватит разобраться с почтой, потому что сегодня я проснулся поздно — почти в семь.
Начнем с писем — в первую очередь, конечно, от моей любимой Марго. Будущая жена жаловалась на жаркое берлинское лето, из-за которого ей пришлось уехать на курорт — принимать минеральные ванны. Кто-то за время пребывания в этом мире мне рассказывал, что сия процедура считается полезной для готовящихся к беременности дам, так что можно считать это толстенным намеком — Маргарита к главной задаче Императрицы, рождению наследника, относится с полною самоотдачей.
Написав ответ, в котором выразил одобрение такой формой досуга, я похвастался питомцем, пообещал прислать нашу с Арнольдом фотографию и отдал письмо для перевода на немецкий секретарю. Не знаю, как маменька объяснила ему провал в моей памяти, который поглотил немецкий язык, и объясняла ли вообще, но вопросов он мне не задает. И правильно — не его дело.
Второе письмо — из Сиама, и я его ждал. Рама V, он же Чулалонгкорн, очень недоволен тем, что Великие державы время от времени пытаются оттяпать у него кусочек страны. Грустно, но у них получается — не такая в Сиаме армия, чтобы громить европейцев, пусть и колониальные части их армий. Во время моего в Сиаме пребывания мы с Рамой об этом много говорили и сошлись во мнении, что такая тенденция не нравится нам обоим. Четырнадцать миллионов рублей — много ли это? В пересчете на стрелковое оружие, «огневой припас» и старенькие, но исправно работающие орудия — очень много. Еще миллион был мною потрачен на «маскировку» — подготовка к войне любит тишину.
Оружие покупалось в Америке, мистером Дэвисом, который ничуть не прогадал, приплыв тогда в Манчжурию. Его же компания через цепочку подрядчиков закупает маскировочные товары и нанимает перевозчиков. Рама офигенно счастлив — арсенал пополняется без всяких вложений, и, когда европейцы решат снова попробовать Сиам на прочность, их ждет большой сюрприз.
 
А еще мы с Рамой говорили о стратегии — было сложно, потому что правитель Сиама, в отличие от тех же англичан, крепко озабочен вопросами чести. За несколько дней, тем не менее, мне удалось убедить его в том, что большие полевые сражения с превосходящим противником штука, конечно, классная, способствующая героизму и доблести, но толку с такого способа ведения войны Сиаму никакого. А вот развернуть огромную партизанскую сеть на территории покрытой джунглями страны — это совсем другое дело! Ловушки, засады, влажный и жаркий климат, тропические болячки, отравленные колодцы — все это очень быстро вызовет у противников желание договориться: в эти времена никто не станет класть тысячи людей в джунглях хрен пойми ради чего — времена вторжения США во Вьетнам далеко впереди, и, если я все сделаю правильно, не наступят вообще.
У американцев были самолеты, с которых очень удобно выжигать гектары джунглей напалмом и химикатами. У американцев была бронетехника, которая, впрочем, в джунглях сильно теряет в полезности. У американцев был могучий пропагандистский аппарат, который позволил долгие годы загонять недовольных мясорубкой под лавку — не мешайте! У американцев была хорошая медицина, сильно снижающая безвозвратные потери. А главное, что было у американцев — стремление попилить военный бюджет под байки о «красной угрозе». Но у Вьетнама была чудовищных размеров партизанская сеть, полное презрение к воплям о «нечестности» методов партизанской войны и железная уверенность в собственной правоте — благодаря этому, пусть и ценой огромных потерь и критического заражения территорий минами и химикатами, у них получилось выгнать агрессора с позором. У нынешних европейцев всех этих замечательных вещей нет, а значит, как следует насладившись ямами с покрытыми дерьмом кольями, они быстро решат, что овчинка выделки не стоит и надолго потеряют к Сиаму интерес.
Когда речь идет о защите родного дома, всякие «чести» только вредят — очень удобно апеллировать к ней, имея непреодолимое техническое превосходство. Рама V, к счастью, понял это, и к следующей войне будет готовиться на совсем другом уровне. Запасаем попкорн и болеем за «наших»!
А вот письмо неожиданное, но логичное — от английской королевы. Приглашает в гости и ругает своих журналюг, которые обвиняют меня в аморальном способе получения Сибирия. Ага, верю — вот прямо от гнева тряслась. Англичане, блин — на них даже обидеться невозможно, потому что вот так вот мразотно они работают, тут уж ничего не попишешь.
Этот ответ был написан лично — «Свобода слова — великая вещь: дай ее идиоту, и он сам расскажет, какой у него в голове бардак». Короче — не обижаюсь, можешь не имитировать недовольство.
Последним важным посланием была телеграмма от генерал-губернатора Гродекова: золотодобытчики, как и он сам, в дичайшем восторге — все обозначенные мною точки полны драгоценного метала, и Дальний Восток неотвратимо погружается в золотую лихорадку. Сотня пудов уже собрана и должным образом передана государству — как тут не радоваться? Этой телеграмме я очень рад — будет что предъявить Александру на неизбежный после длинного рассказа о планируемых реформах вопрос: «а где на все это деньги возьмешь?». Вот откуда — если за ближайшую пятилетку золотой запас Империи хотя бы не удвоится, значит нужно будет высылать на Дальний Восток очень злых ревизоров с полномочиями вплоть до расстрела на месте: иначе чем безбожным и повальным воровством недополучение казною золота не объяснишь — я же представляю, какие там залежи.
Последняя телеграмма совсем короткая и своим содержанием способна вогнать в слезы умиления любого хоть немного знакомого с историей отечественной геологии человека: «Закурили трубку мира, табак отличный». Здравствуй, «Мир»! Твою значимость переоценить попросту невозможно — сейчас алмазы добываются по большей части в Африке. По большей части — англичанами и французами. Потребность в алмазах будет расти, а значит будет расти их стоимость. Благодаря «Миру» мы сможем как сэкономить, отказавшись от закупок у зарубежных партнеров, так и заработать — «Мир» настолько богат, что внутренний рынок его продукцию переварить в одиночку не сможет физически. Будем продавать!