Воскрешение (СИ)

В лаборатории я осмотрел сооружение, больше похожее на старую круглую стиральную машинку. По крайней мере, шланги и провода прямо-таки усиливали ассоциацию.
— Это он? — кивнул я на бак.
— Ага. Портативная версия — все-таки не то. Тем более, как ни странно, в лаборатории нашлась вся аппаратура для запрещенных исследований, — подмигнула мне Дрилл.
— Поверь, я тут не причем, — прижал я ладонь к груди и вспомнил анекдот про права на паровоз. — Слюшай, дарагой, какой был — такой и купил! Я ее купил под ключ не вдаваясь в детали.
  
— Ну тут можно заниматься чем угодно на переднем крае, — сказала она. — Говорю не как ученый, а как подопытный.кролик. Точнее, даже опытный.
— Если даже опытный кролик может провести такую операцию…
— У меня, между прочим, степень по биологии разумных! — с апломбом заявила она.
— Чтобы пытать их со знанием дела? — усмехнулся я.
— В том числе! И делать те манипуляции, которые не может делать модификационный свод!
— В частности изымать чужие мозги и раскладывать по баночкам? — ухмыльнулся я.
— И это тоже!
— Ладно, прости, не хотел обидеть, — сказал я. — Я просто поражаюсь, сколько в тебе умений и скрытых талантов.
— Вот и надо было выяснять раньше, — надула она губки. — Нет, чтобы посидеть тет на тет с бутылочкой хорошего виски и поговорить по душам… Великолепно провели бы время.
— Вот сейчас закончим дело и обязательно, — извиняющимся тоном сказал я.
— А еще с Голди и Мэг. Отдельно, конечно. Командир должен знать все о своих близких, как и они о нем…
— Как это работает? — срулил я с деликатной темы.
— Очень просто. Но головка будет бо-бо, — она надела тонкий ободок нейроинтерфейса. — Это управление. На голоэкране будет прямая трансляция мыслей и образов, которые можно будет разобрать. Это все-таки не точная наука, в больше искусство. В отличии от Голди у него нет специального интерфейса для работы с мозгом напрямую. Что-то искин переведет, что-то нет. Но большинство информации мы получим напрямую.
— Даже так?
— Да.
Тут мое невежество было полным. Потому что вживую я с ними не сталкивался. Брейнфреймы в Российском Имперском доминионе были под строжайшим запретом. Это было прямо табу из табу. И наказание было одно — смертная казнь через повешение, самая позорная. Так что я просто читал про них в галанете и диву давался, кто по доброй воле готов служить после телесной смерти. Правда, ходили слухи о некоторых умерших после тяжелой и продолжительной, как всегда пишут в некрологах, но дело которых жило и развивалась. Ну да ладно, мне этого домучить надо.
— Спроси его имя, пригодится, — сказал я.
Дрилл отвела взгляд вверх, сосредоточилась, как будто вслушиваясь, кивнула.
— Зовут его… ее… Тьфу, короче Магнус Пролус, из Северноевропейского доминиона.
— Хорошо не Янис Пенис, — ухмыльнулся я.
— И должность у него — Карающая Длань Великого Магистра Ордена Темного Завета. Короче, наемный убийца-фанатик.
— Понятно. Кто бы сомневался, — хмыкнул я. — Что делал на Денебе?
— Великий Магистр приказал убрать еретика, своими ядовитыми речами отравляющего священные цели Темного Завета.
— Интересно, какие?
— Ну тут их довольно много, — сказала Дрилл, листая в уме память пленника. Так, кровью и железом искоренить… в жизнь претворить… всех еретиков сжечь… блюсти целомудрие и святость… Короче, стандартный набор догматов веры псевдорелигиозной секты. Ничего интересного, как всегда. Один мусор.
— А к нам почему прицепился?
— Увидел того человека, которого в принципе не может быть ни здесь, ни везде. Сильно удивился и решил проследить за ним лично. По идее, Феликс Орлов должен быть мертвее мертвого.
— Но что-то пошло не так, — констатировал я.
— Именно, — кивнула Дрилл.
— Спроси, он доложил об этом?
— Нет, — покачала она головой. — Во время выполнения задания связь они не используют.
— Ай, как хорошо! — довольно сказал я. — Ну просто праздник какой-то! А теперь, что у него там еще висит в мозгах? Я имею в виду, что мы сможем использовать на будущее, в оперативной игре?
— Явки, пароли, контакты и тэ дэ? — уточнила Дрилл.
— Вообще все. Любые воспоминания, относящиеся к делу, рабочие моменты…
— Чтобы получить все, надо на время стать им, получить его память полностью. Только вот один маленький нюанс…
— Какой? Став им, ты попробуешь меня зарезать? — усмехнулся я.
— До этого дело не дойдет, мотивации нет. Почему общение с брейнфреймами проводят только специально подготовленные операторы?
— Почему?
— Чтобы как раз этого не делать!!! — выдохнула она.
— Почему?
— Неужели непонятно? Во избежание, так сказать. Кто сказал, что чужие мозги в банке безопасны? Даже позитронные искины наших кораблей имеют свой норов и пытаются обрести личность.
— Бывает такое, — я вспомнил искина папиной яхты, который вроде как меня насторожил.
— А тут запертый в бачке унитаза чужой мозг со своими загребами и мыслями! Не все, кстати, хорошо переносят отделение от тела. Точнее, почти все. Некоторые сходят с ума окончательно, тех просто читают, как могут и побыстрее утилизируют. Так что злобный и мстительный чужой мозг может таких дел натворить, что лучше не надо. От легкого помешательства оператора до полного взятия его под контроль. А по поводу соединения личности… Его воспоминания станут моими и я начну путаться в своем прошлом. Так что лучше не стоит.
— А говорила, что подготовленный оператор… — подколол ее я.
— Про это и разговор. Профессионал знает, куда лезть не стоит и чего не надо делать. На то он и профессионал. Я солью все по максимуму и оставлю его пока плавать в банке, могут потребоваться уточнения.
— Какие, например?
— Оперативные счета для работы агентов Темного Завета с номерами и паролями. Ого! Даже этому чудиле доступны такие суммы… Миллионы и миллионы! Видать, крупной шишкой оно было.
— И вот тут встает дилемма. Тиснуть все деньги и присвоить себе, или не трогать пока, не возбуждать владельцев? — сказал я.
— Все зависит от того, что вы хотите сделать в дальнейшем, — посмотрела на меня Дрилл. — Если сейчас взять, просто наказать их на бабки — это одно…
— Я хочу уничтожить их, — твердо сказал я. — Они не имеют право на жизнь и это решаю я.
— Тогда не трогаем… пока. Включу на автомат, и когда уже решите начать, милорд, счета автоматически переведутся к нам. Хотя есть риск, что они очухаются раньше в связи с потерей своего оперативника.
— Придется рискнуть, — вздохнул я жалостно. Уж очень аппетитные были суммы на карманные расходы.
Дрилл ответила таким же горестным вздохом. Ничего не поделаешь, придется немного подождать. Никуда от нас не денется, если…
— Нам надо ускориться, — сказал я. — Не собираюсь долго ждать. Чем быстрее я им отомщу, тем быстрее мы заберем их деньги. Так что вытаскивай все по максимуму и начнем безобразничать!
— Есть, командир! — отозвалась она, поправила обруч нейроина и закрыла глаза.
 Глава 18 
Разведчик стриго висел в поясе астероидов планетной системы сектантов. Богатая, однако, секта оказалась, смогла прикупить себе целую планету! Ни там тебе какой-нибудь вшивый планетоид или станцию, а целую планету земного типа. Правда, индекс биоопасности в этом сектантском раю зашкаливал — живность решила забить на их веру и Темный Завет, если они запрещают жрать таких вкусных, пухленьких и откормленных адептов!
Бедные эндемики! Они не знали, с кем связались! Всегда в истории упоротые верующие устраивали звиздык тем, кто был с ними не согласен и относился к их вере без малейшего почтения и тупого поклонения. От гугенотов до огромных зубастых тварей, любящих причаститься святой вкусняшкой! Короче, если фанатики за что-то берутся, это что-то либо опухает, либо исчезает. И, в результате великой и, несомненно, священной религиозной войны местного разлива, враг был схвачен и отхерачен. Точнее, истреблен под ноль.