В интересах Рода (СИ)

— Но почему тогда не все чистокровные учатся лучше остальных? Тот же Гойл или… — Гарри сделал паузу, раздумывая, стоит ли озвучивать пришедшее на ум имя. И все же решился: — Или Рон? Раз их обучают еще и дома.
— Считается, что они учатся и дома, — Снейп сделал ударение на первом слове. — К тому же, из-за безответственного отношения к прежним обычаям, чистокровные потихоньку вырождаются. Они остаются чистокровными, но магические силы уходят из рода. Отсюда и отставание в развитии, и слабая успеваемость.
  
— Малфой хорошо учится, — почему-то сказал Гарри.
— Правильно. Мистер Малфой происходит из рода, который продолжает уважать обычаи предков.
— Родовые ритуалы. Они не отказались от них? А остальные вырождаются… — Гарри не заметил, как начал грызть ноготь на пальце. Снейп немного подождал, но затем не выдержал и, наклонившись к нему, выдернул его руку изо рта, одним взглядом показав свое отношение к такому действию Поттера.
— А Тот-Который именно к сохранению обычаев призывал. Да? — Гарри ждал ответа, абсолютно проигнорировав молчаливое замечание своим вредным привычкам, однако пальцы в рот больше не тянул.
— В самом начале своего движения, — подтвердил Северус.
— Но его мнение, получается, было правильным? Почему его не поддержали? Он же хотел предотвратить вырождение магов, разве не так?
— Так, Гарри. Все так, но не все так просто. Тех, кто уже не мог воспользоваться его советами, было больше. Он слишком категорично делил магов на тех, кто достоин быть почитаемым, и тех, кто оказывался как бы приложением к магическому миру. Здесь опять появляется вопрос о классовом делении общества. Большинство не соглашалось возвращаться к прошлому. «Что нам неподвластно — должно исчезнуть» — таков был негласный лозунг оппозиции Темному Лорду. Запретили Министерским Указом кровную магию и родовые ритуалы. Как видишь, обе стороны ударились в своеобразный максимализм своих идей, — Снейп покачал головой. — Гарри, это все очень непросто. Здесь нет единого правильного решения. Нужны компромиссы.
— Но первоначальные идеи Того-Который были правильными. Ведь так? Тогда почему началась война?
— Гарри, ты хотел узнать, какие предметы раньше изучались в Хогвартсе, а теперь перешел к такому серьезному вопросу, — Северус вздохнул. — Ты знаешь, что случается иногда, когда один из спорящих не может больше найти аргументов, чтобы доказать свою правоту? Он начинает драку. Вот что-то подобное произошло и здесь. В какой-то период Темный Лорд начал просто уничтожать тех, кто не согласен с его мнением, оправдывая это тем, что тот, кто не сохраняет свою историю и свои обычаи — не достоин будущего. Давай не будем больше обсуждать этот непростой вопрос.
— Но тогда и директор не прав, говоря что…
— Гарри, я прошу тебя. Давай прекратим этот разговор сейчас. Прав директор или не прав, в настоящее время не имеет значения. В магическом мире есть проблема поважнее. Если тебе будет проще понять маггловскими категориями, то я сказал бы, что у нас появился террорист, которого необходимо обезвредить. А уж затем решать, что делать с магическим миром. Понятно?
— Да. Конечно, Северус, — удерживаясь от очередного вопроса, сказал Поттер.
========== Глава 38 ==========
Посидев немного в тишине, Снейп первым прервал молчание:
— Гарри, я задам тебе вопрос. Или несколько вопросов. Если ты не захочешь отвечать, я не стану настаивать, — Северус заметил настороженность в глазах Поттера. Тот явно уже догадывался, о чем пойдет речь. — Ты перечитываешь книги, в которых есть информация о ментальной зависимости. Тебя что-то волнует? Ты что-то конкретное теперь ищешь в них? Может быть, я смогу тебе помочь? Твое состояние нам мешает на занятиях ментальными практиками, и мне хотелось бы как можно скорее либо развеять какие-то твои сомнения, либо помочь найти решение возникшей проблемы, если она есть. Ты должен понимать, что это очень серьезно.
— Наверное, это несерьезно. Но… — Гарри покраснел, а Снейп и вовсе теперь не знал, что и думать.
— Если это несерьезно, то почему ты так скован во время наших занятий? — задал закономерный вопрос Северус.
— Я… Я не могу вам сказать, — Поттер покраснел еще сильнее. — Я сам разберусь.
— Разберешься. Значит, ты все же что-то ищешь. А чтобы не раскрывать своей тайны, — Снейп фыркнул, — ты не можешь мне задать наводящие вопросы, чтобы я смог тебе помочь быстрее разобраться?
— Не знаю… А могут наши занятия еще на что-либо повлиять, кроме той самой связи, о которой в тех книжках есть? — новая волна смущения залила лицо Гарри.
Северус смотрел на него и пытался определить, что же такое может мучить его? Раз он так краснеет? Секс? Поттер в силу своего возраста и характера еще не может разговаривать о сексе без смущения?
— Гарри, твой вопрос весьма расплывчатый. Занятия на многое влияют. На твои способности рассуждать, на дисциплинированность. Ты и сам это заметил уже. Ты стал задавать очень серьезные вопросы. Ведь раньше они тебя не волновали. Правда же? И ты не стал настаивать на продолжении нашего предыдущего разговора, когда я попросил тебя об этом. Это и есть дисциплина разума. Ты для себя решил, что лучше вернуться к этому вопросу позже, чем настаивать сейчас.
— Я так и подумал. А вы откуда знаете? — удивленный взгляд Поттера рассмешил Северуса.
— Гарри, на твоем лице все написано, когда ты разговариваешь со мной. С директором ты выглядел иначе. Он вряд ли смог догадаться обо всех твоих чувствах и мыслях.
— О! А почему Дамблдор к нам больше не приходит?
— Он не знает как себя вести с тобой. Наверное, директор думает, — Северус хмыкнул. — А ты не меняй тему. Что ты хочешь узнать о влиянии наших занятий ментальными практиками? Тебя смущает мой вопрос. Из этого могу предположить, что это что-то связанное с сексом. Это так? Да не красней ты, как девица. Если ты еще не заметил, я тоже мужчина. Возможно, мой совет поможет тебе разобраться со своими проблемами, — Снейп сдерживался и говорил почти серьезно, боясь смехом вспугнуть Гарри.
— Это касается… Это касается того, кто мне нравится, — почти прошептал Поттер.
— А это разве не младшая Уизли? Ты о ней упоминал раньше. Что-то изменилось? — Снейп наблюдал, как Гарри отворачивается, пряча глаза.
— Да, мне нравится Джинни. Но это другое. Это — в общем, кто мне нравится, — пытался объяснить Гарри.
Северус вспомнил два журнала разной сексуальной направленности, которые он видел в комнате Поттера, и все встало на свои места.
— Гарри, маги по своей натуре в большинстве бисексуальны. Хотя обычно они все же склоняются в какую-то определенную сторону. Ты ведь пытаешься выяснить, не гей ли ты? Не красней, — успокаивая, сказал Северус. — В твоем желании осмыслить изменения, происходящие с тобой, нет ничего необычного. У каждого бывает такой период, когда приходится разбираться со своей сексуальностью и предпочтениями. Не торопись и не паникуй. Время само расставит все по местам. То, что с тобой происходит, вполне естественный процесс. Ты не особенный, а такой, как и сотни других парней-магов, которые решают точно такие же вопросы для себя, — Северус ободряюще улыбнулся Поттеру.
— И вы? Вы тоже решали такой вопрос для себя? — вырвалось у Гарри.
— Я тоже решал этот вопрос, когда был в твоем возрасте. Или ты считаешь, что я целомудренный девственник и дал обет целибата? У меня нет семьи, потому что я был шпионом и не хотел никого подставлять под удар, — пояснил Снейп.
— Только поэтому? — казалось, Поттер почувствовал, что ответ Северуса прозвучал не совсем искренне. Да и чего же удивляться, они уже почти два месяца занимаются ментальными практиками. Конечно же, он чувствует недоговоренность.
  
— Нет, не только поэтому, — Снейп смотрел на Гарри и решал труднейшую задачу — как тот отреагирует на признание в том, что Северус предпочитает сексуальных партнеров своего пола? Он решил быть искренним. — Я гей. В магическом мире в последние полвека к таким как я стали относиться немного предвзято. Так что я еще и поэтому не мог создать семью.