В интересах Рода (СИ)

— Гарри, прости, мой мальчик, но вынужден настаивать на твоем отъезде к тете, — Дамблдор попытался изобразить на лице сожаление, но у него это не вышло, так как зло сжатые губы портили всю картину.
— По какому праву вы, господин директор, распоряжаетесь тем, где мне жить? — Поттер не удержался и подпустил в голос сарказма.
— Я твой опекун…
— Вы. Не. Мой. Опекун. Профессор Дамблдор, я через поверенного обратился в Министерство Магии в Отдел по надзору за несовершеннолетними наследниками, — Поттер немного погрешил против истины. — Мне сообщили, что у меня был один опекун — Сириус Блэк, и предложили назначить воспитателя. Я отказался, ввиду того, что уже перешел границу пятнадцатилетнего возраста и считаюсь условно-совершеннолетним. Финансовые вопросы я решаю с поверенным в Гринготтсе. Остальное — на мое усмотрение. Так что, простите, директор Дамблдор, со всем моим уважением, но я никуда не поеду, — Поттер сложил руки на груди и изо всех сил старался не выглядеть слишком довольным от того, что утер нос директору.
  
Дамблдор растеряно смотрел на Поттера. Даже злость куда-то делась. Он после заключения Блэка в Азкабан добровольно взял на себя обязанности опекуна. За почти пятнадцать лет никто не усомнился в его праве управлять жизнью Избранного. Никто никогда не оспаривал у него право опекунства, даже Министерство. И теперь оказывается… Теперь оказывается, что какой-то там занюханный отдел, о существовании которого Альбус даже и не слышал, отобрал у него право опекунства? А как же пятнадцать лет забот и тревог? Как, в конце концов, он теперь сможет что-то заставить сделать этого бунтующего подростка? Нет. Альбус, конечно, знал, что он не законный опекун. Но ведь никто и не стремился взять на себя эти обязанности.
Размышляя так, директор делал одну логическую ошибку. Как кто-то мог пойти против воли великого светлого волшебника, председателя Визенгамота и директора знаменитой школы магии? Как кто-то мог усомниться в его словах? Но закон есть закон. И когда опекаемый потребовал правду, ему об этом сказали.
— Северус, ты знал об этом? — немного взяв себя в руки, спросил Дамблдор. — О том, что Гарри узнавал в Министерстве.
— Вы не приказывали мне следить за Поттером двадцать четыре часа в сутки и не предупреждали, что он не имеет права с кем-либо общаться. Я, в конце концов, не нянька вашему герою, — фыркнул Снейп, зная, что о его роли во всем этом деле Дамблдор не узнает, так как документ, подписанный им, уже трансформировался в заключение об отказе в назначении воспитателя Поттеру и в ту самую писульку, которую ему прислало Министерство. Магия закрепила его согласие поручиться за Гарри, Министерству этого достаточно, и хранить лишние бумаги оно не собиралось. О принятом решении в соответствующей книге просто сделана отметка: «отказался».
— Значит, вот как получается, Гарри, я столько лет о тебе заботился, а теперь ты не нуждаешься в моих советах? — Дамблдор чувствовал, как злость и досада начинают скручиваться в тугие спирали, грозя вырваться наружу, бесконтрольно ломая доверительные отношения, которые строились несколько лет.
— Почему же, директор? Я обязательно прислушаюсь к вашим советам. Они для меня по-прежнему ценны. Я только не хочу жить с теткой и останусь здесь, в моем доме. Это ведь не конец света? Вы будете желанным гостем здесь, если не станете настаивать на моем отъезде из Блэк-хауса. Я всегда выслушаю вас и даже послушаюсь, если посчитаю предложенное приемлемым для себя и для Рода, — Гарри старался выглядеть радушным и говорить сладко, как это обычно делал сам директор. — И еще, пожалуйста, верните ключ от моего сейфа в Гринготтсе.
— Понятно, — Дамблдор поднялся и, не прощаясь, покинул гостиную, даже не взглянув на Гарри и Северуса.
Ему нужно было подумать. Много о чем подумать. Как бы там ни было, Поттер по-прежнему оставался Избранным, и выпускать его из своей сферы влияния в планы директора не входило. Следовало решить, как вести себя дальше и попытаться найти рычаги воздействия, с помощью которых будет возможно справиться с вышедшим из повиновения мальчишкой.
Снейп сразу после ухода директора тоже покинул гостиную, объявив, что его ждет незаконченное зелье. Не мог же он сказать, что в течение всего разговора еле себя сдерживал, чтобы не улыбнуться Гарри, который почему-то казался ему сегодня просто замечательным. И разговор с директором он правильно вел, и его, Снейпа, увел из-под обвинений Дамблдора, и глаза его сверкали ярче обычного, и улыбался он так заманчиво… Вот после таких мыслей Северус и понял, что за неузнанная им специя была добавлена в соус, который Кричер подал к мясу. Да и причина личных соусников для обедающих тоже становилась ясной, как день. Старому эльфу придется держать ответ.
========== Глава 23 ==========
После посещения директора в начале июля, в Блэк-хаус никто больше не приходил. Дамблдор то ли сердился, то ли обиделся, Гарри так и не смог понять тогда во время разговора. Слишком уж странные эмоции блуждали по лицу старого мага. Дамблдор, казалось, потерял почву под ногами и был настолько выбит из колеи, что даже ничего не сказал, уходя.
На удивление, скучно не было. Кричер показал Поттеру хозяйское крыло Блэк-хауса, скрытое от глаз посторонних, и Гарри устроил переезд в новые комнаты. Снейпу тоже пришлось поменять место проживания по его настоянию. В ментальных практиках Поттер уверенно продвигался вперед, по-прежнему после каждого занятия оставляя своего учителя довольным его успехами. О кошмарах, дурных снах, видениях и прочих непотребностях, мешающих нормальному отдыху, Гарри забыл. Он много времени проводил со Снейпом. Кроме занятий ментальными практиками, как теперь это называл Северус, они стали еще и вместе работать в лаборатории. Поначалу Гарри сопротивлялся, но после слов Снейпа, что раскатает его в блин на первом же занятии, он смирился. Теперь каждый день два-три часа посвящалось повторению очередной части из всего курса зельеварения за пять лет. Через несколько дней Поттер втянулся и теперь даже находил некоторое удовольствие, что-то смешивая, кроша и получая ехидные замечания от зельевара.
— Северус, — Гарри оторвался от книги, которую читал по совету Снейпа, — а как позвать в гости Рона и Гермиону? Я не хочу, чтобы еще кто-то приходил. Я пока не готов их всех видеть. Но, понимаете… — Поттер замялся, не зная как продолжить.
— Понимаю. У тебя через два дня день рождения, и ты хотел бы видеть в этот день друзей. Так? — Северус спокойно смотрел на Гарри, любуясь его прикушенной губой. У Поттера это выходило так забавно, когда он волнуется.
— Да. Вы поможете мне? — Гарри просительно смотрел на Снейпа.
— Что помочь? Позвать выскочку и бездельника? Гарри, ты уже забыл, что Кричер знает, как их найти?
— Мерлин! — Поттер хлопнул себя по лбу. — Точно! Вы же посылали его тогда. Сразу после… А вы не будете против, если они погостят у нас немного? Совсем чуть-чуть.
— Совсем чуть-чуть? Нужно подумать… Поттер, ты здесь хозяин! Если ты считаешь, что тебе безопасно пригласить Грейнджер и Уизли — то приглашай. И пусть они живут здесь столько, сколько тебе угодно. Это твой дом! У меня будет только две просьбы. Первая — не пускай их в лабораторию и в мою комнату. И вторая — постарайся выкроить по нескольку часов каждый день для занятий. Хотя бы по ментальным практикам. Жаль терять время. Осенью мы не сможем заниматься каждый день, — подумав пару секунд, Снейп добавил: — Наверное. И да, еще раз напоминаю — ни при каких обстоятельствах не вздумай назвать меня при своих друзьях по имени. Не желаю возиться с потерявшим сознание Уизли и отвечать на глупые вопросы Грейнджер о том, как я дошел до такой жизни.
  
— Хорошо. Спасибо, Северус. Я напишу им, чтобы никого с собой не вздумали привести. Не то их инициатива застрянет где-то в чужом камине, — Гарри хихикнул, представив Молли Уизли, торчащую в чьем-то камине.
— Даже Джиневру не пригласите? — Снейп и сам не знал, почему задал этот вопрос. И уж тем более не мог понять, почему его так интересует ответ Поттера.