В интересах Рода (СИ)

— Заставь! Вызовешь авроров и скажешь, что больше не хочешь быть моим поручителем?
— Ты не дослушал, Северус. Я могу заставить тебя, но я просил о такой милости, как друг. Что ж, на нет и суда нет. И профессором ЗОТИ я назначил тебя не по той причине, которую ты себе сейчас выдумал. Скоро может разразиться битва, и я хотел, чтобы ты мог научить ребят защищаться. К тому же профессор ЗОТИ немного меньше загружен работой — не требуется проверять зелья, приготовленные студентами, нет необходимости проводить столько контрольных работ, как по зельеварению. Время тебе надобно для занятий с Гарри. Я так понимаю, что окклюменция им уже освоена? Но я рад, что ты находишь, чему можно учить мальчика. Ему любые занятия будут более полезны, чем размышления о наследстве. Я поговорю с Кингсли, ничего конкретно не объясняя, но попрошу быть начеку.
  
— Хорошо, Альбус. Прости, если я слишком резко отреагировал на твои слова, — Снейп направился к двери. — И да, Поттер освоил окклюменцию. Мы занимаемся с ним зельями и ЗОТИ.
  *
В середине апреля Дамблдор пригласил к себе Поттера, послав ему сову, как делал это и раньше.
— Гарри, я хочу предложить тебе отправиться со мной за крестражем. По крайней мере, я надеюсь, что мы там его найдем.
Его слова немного ошеломили Поттера, но он быстро справился с эмоциями.
— Я готов, профессор Дамблдор. Когда вы планируете это?
— Если ты не возражаешь, то сегодня. Думаю, через час. Там, куда мы отправимся, будет холодно, поэтому я попросил бы тебя тепло одеться. Встретимся на улице у главного входа в Хогвартс. И, Гарри, не рассказывай никому, что ты уходишь со мной, — попросил директор.
— Как скажете, профессор, — ответил Поттер, внимательно посмотрев на Дамблдора.
Выйдя из директорского кабинета, Гарри сразу же отправился в гриффиндорскую башню, чтобы одеться. Немного подумав, он захватил с собой мантию-невидимку и несколько флаконов с зельями, необходимыми обычно при оказании первой помощи. Некоторые привычки Северуса, по мнению Поттера, были весьма полезны.
Затем Гарри бегом помчался в подземелья. Занятия уже закончились, и Снейп, скорее всего, находился в своих апартаментах. После ужина Гарри должен был прийти к нему на дополнительные занятия, и он решил предупредить его о своем вероятном отсутствии.
Дверь послушно открылась, приняв пароль от Поттера. В гостиной Северуса не оказалось, но мантия, брошенная на диване, говорила о том, что он в своих комнатах. Гарри заглянул в лабораторию и, не обнаружив его и там, смело направился в спальню. Характер их отношений позволял Поттеру такое самоволие. Стоило ему только открыть дверь, как ясно послышался шум воды в душе. Времени у Гарри уже почти не оставалось. Он, конечно, мог передать сообщение, используя ментальный зов, но слишком уж было соблазнительно хоть на миг увидеть Северуса перед уходом неизвестно куда.
Дверь в ванную оказалась приоткрытой, и Поттер, не раздумывая, заглянул туда.
Северус стоял к нему спиной и смывал мыльную пену с волос под струями, бьющими из душа. Шум воды заглушил шаги Гарри, и Снейп пока не подозревал о его присутствии, что давало несколько секунд для жадного рассматривания открывшейся картины. Худощавый, но не тощий, с неплохо выраженной мускулатурой, кожа бледная, но не белая, а скорее кремового цвета, длинные прямые ноги с узкими ступнями, красиво очерченные ягодицы, широкая спина. Поттер обратил внимание, что Северус уже заметил его отражение в небольшом зеркале на противоположной стене и, улыбаясь, наблюдает за ним.
— Я ухожу с Дамблдором за крестражем. Не знаю куда. Со слов директора — там холодно. Приказал никому не рассказывать о нашем с ним уходе, — на одном дыхании выпалил Гарри, покрываясь румянцем из-за того, что его застали за подглядыванием. Но и сейчас он не мог оторвать глаз от Северуса, который оглянувшись через плечо, ответил:
— Будь осторожен. И постарайся думать, перед тем, как будешь что-то делать, даже если тебя об этом попросит Альбус.
Снейп говорил, а сам продолжал руками сгонять пену с тела, оглаживая себя по груди, а затем спустился руками ниже по торсу и… Поттер не видел, чем заняты руки Северуса, остававшегося стоять к нему спиной, но прекрасно представлял, что они могут делать, и от этого его бросило в жар.
— Мерлин, ну почему никогда нет времени, когда оно так нужно! — расстроенно выкрикнул он и выскочил из ванной комнаты под тихий смешок Снейпа.
— Будь осторожен! Я буду ждать тебя! — донеслось до Поттера. Он остановился в гостиной, чтобы перевести дыхание и попытаться успокоить свое естество, которому было все равно, что, возможно, очень скоро Гарри окажется в опасном месте.
Поттер видел Северуса обнаженным уже не один раз, но почему-то именно сегодняшняя картина показалась ему до умопомрачения притягательной. Только мысль о том, что придется извиняться за опоздание и объяснять причину директору, удерживала Гарри от того, чтобы возвратиться в ванную и помочь любовнику принять душ. Поттеру до боли в паху хотелось вернуться и провести рукой по спине Северуса, собирая бусины капель, ему хотелось прикусить зубами холмики лопаток и попробовать на вкус его кожу.
«Стоп, — сказал себе Гарри, прислоняясь лбом к каменной кладке возле входной двери. — Северус пообещал меня ждать. Значит, отложим фантазии на более поздний час».
Когда Поттер выскочил на улицу, Дамблдор уже ожидал его. Они дошли почти до Хогсмида, и только тогда директор предложил крепко за него держаться. Двойная аппарация вынесла их на скалу, торчащую из воды невдалеке от берега и соединяющуюся с ним тонким перешейком. Здесь было холодно, как и обещал Дамблдор. Гарри почему-то вспомнились смешные свитера, которые вязала миссис Уизли. Они обладали одним неоспоримым достоинством — всегда были исключительно теплыми. Поттер даже немного пожалел, что на нем нет сейчас такого свитера.
— Ты видишь ту пещеру, Гарри? — директор указал на темный провал в береговой скале. — Нам с тобой нужно туда, — он, на удивление проворно для мага его возраста, направился к берегу, ловко перескакивая с камня на камень.
Грот, переходящий в огромную пещеру с высоким сводом, завораживал своими размерами. Пока Дамблдор и Поттер продвигались вглубь, директор пояснил Гарри, что обычно в этих краях неподалеку отсюда Том Риддл вместе с приютскими ребятишками отдыхал летом. Порезав ладонь и дотронувшись ею до стены, Дамблдор открыл проход в еще более впечатляющую своими размерами пещеру. Ее дальний конец терялся во мраке, как бы сильно не загорался Люмос на кончике палочки Поттера. Но главное, что поражало - было озеро, занимающее практически все пространство, оставляя возле стены, переходящей в свод, лишь узкую полоску, позволяющую передвигаться вдоль воды. Тем временем директор, ведомый то ли особым чутьем, то ли скрытыми от Поттера чарами, уже подтягивал к берегу за невидимую цепь утлую лодочку. Это суденышко переправило их на маленький островок посреди озера. По пути к нему, Гарри увидел в воде утопленников, и это его очень насторожило, потому что они были словно живыми.
— Это инфернии, директор? — поинтересовался передергивающийся от омерзения Поттер.
— Да. Они боятся огня и яркого света, — зачем-то уточнил Дамблдор, прекрасно зная, что Гарри на уроках ЗОТИ это уже изучал.
На островке стоял невысокий, не более трех-четырех футов, каменный столб, в верхней части которого была вырезана чаша, чем-то похожая на Омут памяти. Только в ней не клубились нити воспоминаний, там неподвижно застыла жидкость, слегка светящаяся в темноте, словно насыщенная фосфором. На дне чаши лежал медальон. Подойдя даже совсем близко, Гарри не ощутил обычной реакции на крестраж — шрам не болел.
  
— Директор, вы считаете, что этот медальон — крестраж? — спросил Поттер.
— Да, мой мальчик. Этот медальон принадлежал матери Тома. Достойный предмет, чтобы сделать из него крестраж, — Дамблдор пристально всматривался в украшение, лежащее под толщей почти прозрачного зелья.