Сто три жемчужины (СИ)
Рей не знала ни одного мага, который получил бы образование на дому. И чем дальше она читала, тем сильнее ей хотелось получить посетить одну из лекций, а лучше практикумов магистра. В некромантии ректор разбиралась не лучше любой из Жемчужин, но основные жесты и пентаграммы знала.
Последней каплей стало рекомендательное письмо от главы Иширского Торгового Дома. Сложно представить, чем так мог отличиться некромант в глазах морских торговцев, промышляющих торговлей рабами и коврами…
Глава 4
Утро застало Рей в рабочем кабинете. Стопка скопившихся за прошлую неделю отчетов требовала внимания. Ректор читала бумаги и отчаянно зевала, прилагая титанические усилия, чтобы не уснуть. За окном прозвучал колокол, возвещая о начале утренних лекций, и в кабинет вошел Ири. Окинув взглядом спящее на документах руководство, широми едва заметно улыбнулся и вернулся в приемную, нарочито громко хлопнув дверью.
Рей вздрогнула и проснулась. Залитый солнцем кабинет был пуст. Ректор потянулась, разминая затекшую спину. Радуясь, что успела проснуться до того, как кто-нибудь вошел, Рей вернулась к бумагам. В дверь постучали, и в кабинет вошел Ири. В одной руке секретарь нес поднос с чаем, во второй толстую папку.
Дождавшись, пока Рей опустошит чашку, Ашири извлек из папки лист бумаги и протянул ректору:
— Магистр Урм предоставил список приглашенных из столицы магов.
Почерк у магистра зелий был мелкий, убористый, и на листок влезло около полусотни фамилий.
— Не думала, что для помешивания варева в котле нужна такая толпа, — Рей тяжело вздохнула. — И все хотят жить на территории Академии? Вблизи заветного котелка?
Широми вежливо улыбнулся и извлек из папки толстую пачку листов. Коварные белые бумажки попытались выскользнуть из пальцев, но были перехвачены зеленой змейкой, в которую обратилась прядь волос. Ири снял листы со змеиных клыков и положил на стол. На документах красовалось два ровных отверстия, хоть сейчас подшивай в архив.
— Запросы на предоставления общежития, подписанные лично министром, — чуть смутившись, прокомментировал широми.
Рей снова тяжело вздохнула, покосилась на с интересом глядевшую в окно змею и заскрипела пером.
— Ири, узнайте хоть, что они там варят…
— Уже пробовал, — широми собрал подписанные листы в стопку, — магистр Урм утверждает, что это государственная тайна.
— Они варят государственную тайну на границе с Дейниром, в Академии, всю охрану которой составляют эльф в полосатых штанах и несколько ящериц?!
— Не уверен, что знаю, о каком эльфе идет речь, но ящериц на территории действительно немало, — Ашири щелкнул по носу потянувшуюся к папке змейку.
Ректор подняла на секретаря удивленный взгляд:
— Вы не знаете магистра Лениэниэля? Он привратник.
— Боюсь, что первый раз о нем слышу. Но если вы хотите, то я могу поискать его личное дело в архиве.
— Поищите, — растерянно кивнула Рей.
Ири коротко поклонился и вышел, оставив свое руководство в полной растерянности. В то, что в академическом котелке булькают опасные государственные секреты, Рей еще могла поверить. Но в то, что вездесущий секретарь не знает кого-то из работников Академии в лицо, поверить было решительно невозможно. Скорей уж Шуманское солнце напекло ей голову, и магистр Лениэниэл ей просто привиделся. Рей в задумчивости закусила кончик пера. Может быть, Тунс смог бы вспомнить странного эльфа в полосатых штанах.
За окном прозвучал колокол, возвещая окончание утренних занятий. Студенты потянулись в столовую. Рей еще раз сверилась с расписанием: после обеда магистр Ойрус проводил практикум у пятого курса. В учебном плане темой практикума значилось упокоение нежити четвертой категории. То есть что-то достаточно шустрого, чтобы обогнать зайца и достаточно умного, чтобы не лезть на рожон. Практиковаться адептам предстояло на кладбище Южного полигона. Рей поднялась и направилась знакомиться с первым в истории некромантом, умудрившимся получить диплом, сидя в поместье.
К слову, кладбище на полигоне действительно нашлось. За невысокой белой оградой среди аккуратных надгробий бродила парочка высохших мумий. На ограде, словно грачи на заборе, сидели пятикурсники в черных мантиях. Вместо книг и конспектов адепты сжимали в руках кулек с засахаренными орешками. Кулек переходил из рук в руки, по пути расставаясь с содержимым.
У ограды весело хихикала стая девушек, они вырывали друг у друга кругленькое зеркальце в темной раме. Адептки распускали тугие ученические пучки, и каждая хотела лично убедиться, что волосы лежат как надо. Рей мысленно поаплодировала студенткам, уж если цепкая нежить не ухватит их за развевающуюся мантию, то в волосы точно вцепится. Адепты явно не искали легких путей.
Первой ректора заметила мужская часть группы. Студенты повыскакивали с забора, кулек с орешками полетел за ограду.
— После занятия уберете за собой мусор, — холодно обронила Рей.
Адепты нервно кивнули. Девушки обернулись на голос, тихо ойкнули и уронили зеркальце.
— Где магистр Ойрус? — поинтересовалась ректор.
Вперед выскочила полненькая брюнетка и отрапортовала:
— Магистр Ойрус всегда появляется вместе с ударом колокола.
Звон колокола поплыл над академией. Магистр запаздывал. Минуты практикума текли, но преподаватель и не думал появляться. Терпение Рей уже подходило к концу, когда на полигоне вспыхнуло окно портала. Красавец-брюнет в черной шелковой рубашке и узких брюках откинул назад длинную челку и одарил всех присутствующих белозубой улыбкой. Заметив ректора, магистр ничуть не смутился, сообщил, что всегда рад видеть Рей на своих занятиях и предложил располагаться. На пустом полигоне роль трибуны для наблюдения играла старая рассохшаяся лавочка у ограды. Устроившись со всем возможным комфортом, Рей приготовилась наблюдать.
Магистр не подвел. Некромант театральным жестом вскинул руки вверх, и по земле побежали языки огня, выжигая гигантскую многолучевую пентаграмму. По ту сторону ограды неупокоенная нежить с плотоядным интересом наблюдала, как упитанные студенты привычно усаживаются на пентаграмму.
— Первый, кто достигнет резонанса с миром духов, сразу получит зачет, — объявил магистр и уселся рядом с Рей, щелкнув по пальцам мумию, умудрившуюся просунуть сквозь ограду руку. Студенты один за одним закрывали глаза и поднимались в воздух.
— А зачем им входить в резонанс? — рискнула поинтересоваться Рей.
— Спиритизм и общение с потусторонним миром — это высшее проявление некромантии, — охотно просветил ректора магистр Ойрус. — Поднять зомби способен любой первокурсник, но лишь единицы могут вести диалог напрямую со смертью… — нараспев произнес некромант.
Ректору отчаянно захотелось посетить занятия первого курса. Ибо если спустя неделю занятий каждый первокурсник в Академии способен поднять зомби, то Рей, как руководителю уникального учебного заведения, положена медаль. Или даже орден…
— И вы даете такое сложное задание уже на пятом курсе? — интерес ректора был неудержим.
— Пусть тренируются. К десятому курсу каждый из них сможет управлять любой нежитью без заклятий подчинения, — рука магистра осторожно коснулась пальцев Рей. — Доверьтесь мне, госпожа ректор. Я отдам все силы, чтобы сделать из них настоящих некромантов.
Пятый курс целителей продолжал медитировать на лучах пентаграммы…
***
— Ири, отправьте это с ближайшей почтовой птицей, — Рей протянула секретарю только что законченное письмо. — И приготовьте комнату для нового преподавателя некромантии. Лучше где-нибудь в подвале. Магистр Кенре не слишком жалует солнечный свет.
— Как пожелаете, госпожа де Оре, — широми спрятал письмо в папку и как бы между прочим заметил: — Я сегодня несколько часов провел в архиве и, к сожалению, не нашел никаких упоминаний о магистре Лениэниэле. Никому из служащих он также не знаком.
Рей закусила кончик пера и задумалась. В то, что загадочный магистр ей просто привиделся, она верить отказывалась. Иначе пришлось бы признать, что в мире существуют маги, способные наслать морок на Жемчужину. Неизвестный эльф же явно был магом. Последней ниточкой, ведущей к магистру, оставался ушлый хоббит с рынка. Рей посмотрела на часы, прикидывая, успеет ли она вечером наведаться в город. Ректор и сама не знала, зачем ей понадобился бродяга с коробкой конфет и ящерицей, но интуиция просто кричала, что эльфа нужно найти. А в море быстро привыкаешь доверять своей интуиции.