Право убийцы (СИ)

К чести водителя, копать дальше и спрашивать, откуда же это я родом, таксист не стал. Но разговор на этом не прекратил, хотя еще некоторое время мы ехали под звуки природы из динамиков старенькой магнитолы.
— А сословие у тебя какое, если не секрет, командир?
Я понятия не имел, какие в этом мире существуют сословия и как вообще устроено здешнее общество. Как и не знал, уместны ли подобные вопросов в принципе. В том мире, откуда я родом, за один такой вопрос можно было запросто схлопотать вызов на дуэль. Поэтому я снова промолчал и, чтобы закруглить разговор, откинул затылок на подголовник кресла и закрыл глаза. Надеюсь, что так будет более понятно — «командир» не настроен к диалогу. Но таксист не терял надежды на увлекательный разговор.
— Почему спрашиваю, уж не сочти за наглость или, там, что я нос не в свое дело сую. Просто в голове не укладывается… вот мымра! Неужели нельзя включать поворотник заранее?
Перед нами втиснулся небольшой автомобильчик салатового цвета и поморгал аварийкой. Таксист дважды коротко нажал на клаксон.
— Сто пудово, баба за рулем! — он подмигнул мне. — Бабы за рублем, это как обезьяны с гранатой. Никогда не знаешь, что она выкинет в следующий момент.
— А что именно тебя смущает? — я не открыл глаз, пытаясь устроиться поудобнее в продавленном кресле.
— В смысле — что? А, ты про это… ну как что, из тебя сила так и прет, как убежавшее молоко, у меня аж в висках покалывает. Вот я и задаюсь вопросом, как человека из высших сословий посреди ночи на окраину занесло… да и еще, прости, что скажу, но — в таком непотребном виде!
Я лениво покосился на него и хмыкнул.
— Так получилось. Машина сломалась.
Сила в моем теле действительно была, это для меня не сюрприз, но как это приметил таксист? Я повода не давал. И вообще обычно такие разговоры не ведутся просто так. Впрочем, спешить с выводами не буду. Приходится постоянно напоминать себе, что у этого мира другие законы и правила.
— Не, если не хочешь, не говори, мы же не на допросе. Понимаю, в жизни разное случается. Вчера ты дворянин со статусом, а сегодня — работяга с голой жопой и безо всяких привилегий, — продолжал рассуждать таксист. — Знаешь, сколько я таких перевозил, думаешь, ты первый? Жизнь такая пошла паршивая, что никто ни от чего не застрахован. Я сам за рулем не от хорошей жизни, раньше это меня на машинах возили, но только на задних сиденьях и на дорогих, а теперь глянь — заново приходится вверх подниматься. И ниче, мне не западло!
Я ничего не ответил на чистосердечное признание, но таксист, в своей манере, воспринял молчание как знак для продолжения разговора.
— Это я к чему вообще тему поднял… скажу, как старший младшему — смотри, впустую жизнь свою не профукай. Обернуться не успеешь, как наломаешь дров. Я же видел, с кем ты там на обочине связался, — я снова поймал на себе его затяжной взгляд.
Захотелось спросить, и с кем это, но я промолчал.
— Ты на дорогу смотри, — оборвал я его.
— Как скажешь, замолкаю.
Следующие несколько минут мы действительно ехали в тишине. Не быстро, но город с вереницей небоскребов приближался. Я кстати тоже чувствовал его силу, в этом мире никто как будто ничего не скрывал и точно не носил негаторов, скрывающих твой истинный потенциал. Чем дольше мы сидели рядом, тем отчетливее я чувствовал у таксиста некоторую силу. Так что слова о былых достижениях вполне могли оказаться не пустой бравадой. В одном мужик прав — жизнь сложная штука, и неизвестно, что тебя поджидает за поворотом. Я не раз испытал на своей шкуре этот простой тезис. Но со своей жизнью я разберусь без чужих подсказок.
— Хочешь дам совет, бесплатный? — он снова украдкой смотрел на меня.
— Ну, попробуй, ты ведь все равно не замолчишь.
— Не гонись за быстрыми деньгами, они к тебе и так придут, а если не придут, значит, они тебе не нужны.
Смешной человек. Я вот, например, ещё не видел никого, чьи проблемы не решали бы деньги.
— Это к чему сказано? — понимая, что он не оставит меня в покое, я поднял голову с подголовника.
 
— Голицыны и все что с ними связано — кровавые деньги, командир, — таксист при этих словах как-то помрачнел и даже как будто осунулся.
— Если ты о тех на джипах, то я их в первый раз вижу, просто отзывчивые ребята попались. У меня колесо пробило, и они остановились предложить помощь.
Я решил придерживаться версии о том, что на обочине — мой автомобиль с пробитым колесом. Такая легенда выглядела вполне правдоподобной.
— Понятное дело, что впервые, все вы так говорите… — прошептал таксист и уже громче добавил: — В курсе, наверное, что по адресу, который ты назвал, совсем не шиномонтаж?
— Мне добрые люди подсказали адрес, что там не имею понятия, — заверил я.
— Ясно. Так вот там академия для одаренных пацанов. Буквально километр по прямой пройти — Воронцова, дом 46.
У меня по коже мурашки поползли, я снова напрягся потому что шофер назвал реальный адрес. Подсадная утка? Маловероятно, что меня вот так с ходу выследили, но учитывая, что задания специфическое, ничего нельзя исключать в принципе. В очередной раз поерзав на сиденье, я незаметно положил руку на бедро, поближе к пистолету. Продолжил делать вид, что сижу с закрытыми глазами, а сам украдкой наблюдал за извозчиком.
Выходит, первым местом, всплывшим в памяти, была некая местная академия. Ну, уже какая-то конкретика, можно сказать, что не зря поговорили. Всегда в глубине души мечтал вернуться в годы студенческой жизни, у меня-то эта пора прошла скомкано. В середине второго курса в стране объявили военное положение, и дальше пошло-поехало.
— Ты это к чему говоришь? — снова уточнил я.
— Да так, ни к чему особо, просто удивляюсь, чего ты учиться не пошел, ладно я — дурак, шансом не воспользовался. А тебя сама судьба толкает, — он посмотрел на мои руки, а там помимо сбитых костяшек видны ещё были ожоги от жидкого пламени адских гончих. — У тебя ведь все задатки, небось, потому вокруг тебя голицынские окопались? Им бойцы нужны, чтобы расширять зону влияния своего клана. Только попомни мое слово, из тебя все соки-то выпьют, а потом пустят в расход.
Вообще удивительно, как он до своих лет дожил, такой любопытный и разговорчивый. Этот персонаж, будто грустный клоун, смотрел куда-то вдаль и совсем не думал, что было бы, если бы меня действительно куда-то сманили. Вряд ли члену банды, будь я таковым, понравился бы весь этот бред.
— Почему же не воспользовался? — я решил переключить тему, никак не опровергая его слова.
— Чем? — водитель вынырнул из своих невеселых воспоминаний.
— Своим шансом.
Моя рука по-прежнему лежала на бедре, в нескольких сантиметрах от пистолета, но никакой опасности от таксиста не чувствовалось. А вот разговорчивостью его следовало воспользоваться в собственных целях. Из мужичка можно выудить побольше полезной информации, ведь нам ещё какое-то время ехать, и все равно молчать он не будет. И, как теперь понятно, кое в чем соображает. Поэтому мое желание подремать как рукой сняло.
Первые часы в новом мире я пребывал в информационном вакууме, и любой рассказ о здешних порядках представлялся чем-то сродни глотку свежего воздуха. Очевидно было одно — в мире активно пользовались магией, но, судя по имеющимся крупицам информации, здесь магия разительно отличалась от привычной мне работы с энергией и собственным телом. У Гиппопотама я встретил довольно редкую в других местах способность трансформации. Сопляк Голицын вовсе походил на стихийника — и, скорее всего, именно огневика. Мне приходилось встречать мастера огня только один раз. Слава с позывным Огнемет, в отряде которого я провел юные годы своей жизни, владел магией огня с тем же искусством, как владели энергией ча наши лучшие мастера. И Огнемет был наемником, предпочитавшим не рассказывать о своем родном мире. Но я хорошо помнил, как Слава высекал огонь из пальцев, с легкостью тушил и воспламенял предметы и отлично пользовался стихией в бою. Навыки у командира отличались от моих, но были не менее эффективными.