Змеиная невеста (СИ)
- Только живи... - шептала она. - Только дыши! Я тебя вытащу, слышишь!
Не плакать! Сейчас нельзя!
Обернулась назад и увидела, как обмякло тело мужа на руках у сосредоточенных братьев, как безжизненно мотается из стороны в сторону его голова. Сжалось сердце, но в следующий миг она уже снова мчалась вперед, раздвигая перед собой пространство.
- Сюда! Скорее! Сюда...
Вот он, наконец, вход в тот зал, похожий на перевернутую чашу.
Но вход был закрыт.
Конец первой части.
Примечание:
* Птичий яд - так Наги называют один из смертельно опасных для них ядов.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ.
Глава 50
Закрыто. Она не помнила, как Далгет эту дверь отпирал и как вообще это происходило. Ведь он всегда нес ее на руках. Но, наверное, Захри знает, он же у них главный спец по магии. Обернулась к нему:
- Захри, открывай! Быстро!
А тот замер, оглядываясь на Саху. В темных глазах огонь и какая-то невероятная горечь и тоска. Бессилие.
- Не могу! Веришшшь?! - прошипел он. - Есссть двери, которые может открыть только глава рода. А Далгет - вот! Вот!
Отвернулся и страшно выругался.
Как обухом по голове. Как ушат ледяной воды.
Лед в сознание.
- Он жив, - проговорила Лера, мгновенно собираясь. - И будет жить. Если только я сумею открыть эту дверь!
Толкнула силой. Но дверь осталась недвижимой, хотя она сама видела волну магии, прошедшую камень насквозь. Пыталась снова и снова. Сила уходила впустую - и все.
- Открывайся же, пожалуйста! - в отчаянии шептала она, водя ладонью по резной каменной поверхности.
И вдруг оцарапалась. Маленькой красной капелькой застыла на каменном завитке кровь. Впиталась мгновенно. Лера замерла... И ничего.
- Еще давай! - сказал Саха.
- Подошшшди, - остановил его Захри. - Надо попробовать вместе.
Взял руку брата и прочертил отросшим когтем царапину. Выступила кровь.
- Теперь ты.
Она и не почувствовала боли, когда он резал ей ладонь. Схватила большую руку Далгета в свои и постаралась прижать обе ладони к каменной поверхности одновременно. В первую секунду ничего.
А потом...
Лера ведь тогда думала, что ей привиделось, глазам своим не поверила. А оказалось, на самом деле. Призрачная змейка, маленькая черная кобра с ее брачной татуировки, обвила двойным кольцом их руки. И, шипя крохотной пастью, ушла внутрь прямо сквозь каменную дверь.
Мучительно долгие секунды ничего не происходило, наконец змейка вернулась, нырнув обратно в ее руку, а дверь дрогнула и открылась. Лера чуть не сползла по стене от нахлынувшего облегчения. Но расслабляться сейчас было нельзя!
- Сюда его! Несите! - шикнула на братьев.
Забежала внутрь, радуясь, что снова видит эти свисающие с потолка желтые цветы и священное озеро. Здесь она сможет. Здесь все получится.
- Сюда. Опускайте его.
И, не дожидаясь, пока те положат Далгета на синий мозаичный пол, стала снимать босоножки и стаскивать через голову платье. А потом бросилась раздевать его. Легла рядом, прижалась и закрыла глаза.
- Все. Дальше я сама.
Она не слышала, как ушли братья. И сколько лежала так, зажимая его рану ладонью, Лера не знала. Все смазалось и исчезло. Время, мир вокруг. Остался только дурманящий пряный запах цветов и странные тени, скользящие по стенам.
Теплый пар... Перед глазами все плыло. Может быть, от усталости и перенапряжения, а может потому, что слезы подступали к глазам. Он никак не приходил в себя, а ей было страшно потерять его.
- Не вздумай, слышишь... - шептала она. - Даже не думай оставить меня одну! Ты мне нужен. Возвращайся...
Но мужчина лежал недвижим, и гладкая кожа на его груди под ее ладонями была холодной. Неееет. Слезы потекли у нее по щекам.
- Зачем ты назвал меня ИматАани, если была я тебе не нужна?! - не выдержала она и со всего размаху стукнула его по груди. - Вот тебе! Ты...! Ты обманул меня! Ты обещал мне...
Рыдания стали душить ее. Наверное, просто не осталось никаких сил, потому Лера и не сразу почувствовала, что его руки шевельнулись и обвились вокруг нее. Поняла, только когда он начал трансформироваться, превращаясь в огромного Нага, и скользнул вместе с ней в теплую прозрачную воду.
Получилось. Очнулся. Боясь сглазить, она уткнулась носом в его грудь и теперь уже задыхалась и плакала от радости. Но вода постепенно смыла страх и ужасное нервное перенапряжение последних часов.
- Ты... ты... как ты? - пробормотала, когда смогла говорить.
- Если поцелуешь... буду совсем хорошо, - попытался усмехнуться мужчина.
Но видно было, что ему еще тяжело дышать, не то что говорить.
- Тихо-тихо, тебе нельзя...
- Мне нужно, - проговорил он, подтягивая ее выше и усаживая на себя.
- А как же твоя рана? Как же яд?
- Хочешь, чтобы все быстрее зажило? - шептал он уже ей в губы.
-----
Сначала она, конечно, боялась, что вышел не весь яд. Что ему нельзя двигаться, кровоток усилится, и это может как-то повредить - вдруг отрава снова начнет разноситься по организму. Все пыталась нащупать ладонью узкую прорезь раны.
Но в какой-то момент он прикусил ее кожу между грудей, в то самое место, где она сама когда-то оцарапала себя мечом.
«Из сердца».
Выступила капелька крови, и мужчина припал к крохотной ранке губами. И все, слетели к чертовой матери все предохранители. И как оказалась с разведенными ногами на том выступе, она уже не помнила. Потому что осталась только страсть, только жажда, ненасытная и жаркая.
Потом, когда безумие крови улеглось, а она повисла на нем утомленной блаженной тряпочкой, не в силах даже открыть глаза, услышала:
- Ну здравствуй, ИматАани.
- Здравствуй, - дрогнуло в ответ сердце, она даже сумела шевельнуть рукой и легонько стукнула его. - Какую же я тебе устрою трепку, когда ты окончательно поправишься...
Огромный Черный Наг тихонько счастливо засмеялся:
- Спи сейчас, моя храбрая девочка, ты устала. Вот проснешься - и нападешь на меня с новыми силами.
Прижал ее к себе крепко и очень бережно и опустился вместе с ней на пол. Распластал ее всю на своей широкой груди, обнимая и закрывая большими ладонями:
- Спи, Валерия.
Она хотела сказать, что совсем не хочет спать. И тут же мгновенно уснула.
***
Во сне Лере приснилось странное.
Птицы.
Разные. Огромные орлы с огненными перьями, иссиня-черные вороны, яркие крохотные колибри... Они роились кругами над головой, затеняли свет.
Затеняли свет.
Затеняли...
Она так и не смогла уловить мысль, за которую почему-то уцепилось сознание. Сон сменился. Теперь Лера видела себя в кабинете Далгета. Видела в подробностях стол, мелкие детали, бумаги на столе, пресс-папье. Начатое письмо...
Что было в письме, она не успела разглядеть, ракурс сменился. Словно кто-то во сне перевел камеру на противоположную стену. Лера видела эту искусно выполненную древнюю фреску, на ней Наг сражался с огромной человеко-птицей. Ей помнилось, что из круглого глаза птицы торчала богато украшенная рукоять кинжала. Лера еще удивлялась - кому пришло в голову портить произведение искусства?
Здесь, во сне, никакого кинжала не было. Желтый глаз птицы смотрел прямо на нее. Внезапно нахлынуло ощущение пронизывающего холода, а потом она как будто провалилась в темноту. И в этой темноте голос:
«Выход есть. Они лгут тебе».
Та записка! Лера невольно заметалась во сне, странное состояние, похожее на удушье. Ужас, как будто из нее хотят вырвать что-то...
В следующий миг она проснулась.
Но остатки сна еще крепко держали ее в когтях. Сердце колотилось, дыхание никак не хотело успокоиться, Лера даже не сразу поняла, где находится. Наконец она пришла в себя окончательно.
Спальня, их огромное ложе. Но Далгета рядом не было, только след его большого тела на постели, примятая подушка. Она потянулась, накрывая подушку рукой, и вдохнула в себя его запах. И замерла, хмурясь.