Дом из пепла и стекла (ЛП)

— Посмотри на свою великолепную задницу, всю красную и болезненную. Твоя киска следующая.
Он собирается отшлёпать мою киску? Он делает один, два, три шлепка, и я стону и отодвигаюсь от его прикосновений. Он посмеивается.
— Ты горячая, нуждающаяся, маленькая шлюшка, не так ли, Синдерс? Ты королева перед своими подданными, но здесь, со мной, ты только нуждающаяся.
Он не ошибается.
Он грубо стягивает с меня стринги, снимая их через туфли, и бросает их на пол. Я прекрасно понимаю, что сейчас на мне каблуки, чулки и больше ничего. Я стою на коленях, верхняя часть тела выдвинута вперёд благодаря галстуку, прижимающему меня к кровати. Я должно быть выгляжу развратно.
— Христос, я никогда не видел ничего красивее тебя сейчас, — Нико целует мою спину и снова спускается к моей киске.
Боже, этот мужчина обожает пробовать меня на вкус, и я люблю, когда он это делает. Он добавляет два толстых пальца и находит эту точку глубоко внутри меня. Это слишком интенсивно, как он работает с ней, давит на неё, а его язык щёлкает мой клитор, и я стону и вскрикиваю, издавая звуки скорее животные, чем человеческие.
Мне нужно кончить.
— Нико, — говорю я с придыханием.
— Что?
Он останавливается.
— Пожалуйста.
— Пожалуйста, что?
— Ты знаешь.
— Скажи это, — требует он.
— Я не могу, — мои щёки горят.
— Да, ты можешь. Скажи «пожалуйста, Нико, позволь мне кончить. Пожалуйста, заставь мою киску кончить».
— Пожалуйста, — говорю я.
— Остальное тоже.
— Пожалуйста, Нико, позволь мне кончить.
— Продолжай…
— Пожалуйста, позволь моей киске кончить.
— Не совсем верно, но так мне нравится больше, — он тянется, развязывает мне руки и переворачивает меня. Я лежу на спине, а он встаёт с кровати и раздевается.
Я наблюдаю, как его тело появляется в поле зрения. Он так мощно сложен, что это само по себе является афродизиаком. У него сильные и властные руки, широкая грудь с огромными грудными мышцами, определяющими его верхнюю часть тела. Когда он спускает брюки, я любуюсь его массивными бёдрами.
Наконец остались только его трусы-боксеры, и на них спереди виднеется влажное пятно. Действуя на чистом инстинкте, я опускаюсь на колени и ползу к нему по кровати. Я так хочу попробовать его на вкус.
Я провожу носом по хлопку, вдыхая его запах, мускусный и мужественный.
Нико стонет и поднимает мой подбородок.
— Ты хочешь попробовать меня?
Я киваю.
— Ты делала это раньше?
Я качаю головой.
— Боже, Синдерс, ты меня погубишь, — он оттягивает пояс трусов вниз, и его массивный член шлёпается о живот, оставляя там блестящую каплю жидкости.
Одной рукой он хватает меня за шею, а второй берёт свой член и направляет его ко мне.
— Оближи его, Синдерс. Попробуй на вкус.
Я делаю, как он сказал, и облизываю головку. Соль вспыхивает на моём языке, и мой клитор ещё больше наполняется кровью и пульсирует от желания.
Боже, как его вкус может быть таким невероятно сексуальным?
Нико позволяет мне исследовать в своём собственном темпе, но затем его пальцы сжимают мою челюсть, и он открывает мой рот с мягким давлением. Он вводит свою толстую длину, и я задыхаюсь.
— Дыши через нос, — приказывает он.
Я изо всех сил стараюсь выполнить его просьбу, а он проникает внутрь, захватывая не только мой рот, но и горло. В тот момент, когда меня охватывает паника, он отстраняется, и я вдыхаю воздух, прежде чем он снова проникает внутрь. Он использует мой рот, трахает его, и это заставляет меня чувствовать странную силу, а также оттенок разврата, пронизывающий это действие.
— Христос, — стонет Нико, вытаскивая член.
Он снова переворачивает меня на спину, как будто я кукла, и тянет вверх, чтобы я опустилась на локти, упираясь попой в край кровати.
Раздаётся шорох пакета, и я понимаю, что он надевает презерватив. Он толкается в меня со вздохом, как будто возвращается домой, и это так правильно.
От этого звука у меня кружится голова, и я стону, когда он ударяет глубоко внутри меня, вызывая тупую, приятную боль.
 
Он держит моё бедро одной рукой, а второй находит мой клитор и играет с ним, пока трахает меня.
У меня кружится голова от нужды. Я пьянею от желания. Заблудившись в дебрях влечения, не сразу понимаю, что его рука покинула моё бедро. Что-то толстое и мокрое давит на вход в мою задницу.
Я напрягаюсь.
— Расслабься, детка. Это всего лишь мой палец.
— Нико… Я не уверена.
— Когда ты кончишь, это будет ощущаться безумно приятно.
— Ладно, — говорю я неуверенно.
Несмотря на его упрямство, идиотское вторжение в мою жизнь в любой другой сфере, он всегда держит слово, когда дело касается секса. К тому же, до сих пор он не доставлял мне ничего, кроме мучительного удовольствия. Я рискую и доверяю ему это.
— Хорошая девочка, — мягко говорит Нико, и я не знаю, почему, но эта фраза так заводит, что у меня слабеют ноги.
Его большой палец проталкивается в меня, и сначала немного больно. Это не невыносимо, но тесно и ощущение жжения. Пальцы его другой руки теребят мой клитор, его член ударяет меня изнутри, я забываю о том, что его большой палец скользит в моей попке, и концентрируюсь на других ощущениях.
Оргазм настигает меня с сокрушительной силой, и его большой палец в моей попке уже не позволяет мне игнорировать его. Мой анус и киска синхронно сжимаются, и кажется, что вся моя нижняя часть тела пульсирует от непреодолимого удовольствия. Я вскрикиваю, падая вперёд, и моя верхняя часть тела опускается на кровать.
Нико стонет и ругается по-итальянски, когда находит своё освобождение.
Он выходит из меня, снимает презерватив и несёт его в ванную, где выбрасывает в мусорное ведро. Он возвращается, берёт меня на руки, кладёт в центр кровати и обнимает.
— Тебе нужно принимать противозачаточные, — говорит он, уже погружаясь в сон. — Я не хочу продолжать пользоваться презервативом после свадьбы.
Свадьба.
Это слово вызывает у меня маленькую паническую атаку. Сумасшествие того, что я делаю время от времени поражает меня и загоняет в тупик. Свадьба. В моём юном возрасте и с человеком из мира организованной преступности. С человеком, у которого такие друзья, как ужасающий Николай Волков. С человеком, у которого есть «помощники», как Джеймс.
С человеком, который уже убил ради меня и скрыл это.
Если бы у меня был здравый смысл, я бы сбежала завтра с Кэрол, и никогда бы больше не увидела Нико Андретти. Только я знаю, что моё глупое, мягкое сердце уже будет скучать по нему.
Я потеряла так много людей в моей жизни, и потеря его была бы таким страданием, которое я не хотела бы перенести.
Ещё одна волна беспокойства захлёстывает меня. Он сказал, что хочет жениться на мне, вытравить меня из своего организма, использовать брак в своих интересах в совете директоров своей компании, а потом бросить меня. Он всё ещё так думает?
Предполагаю, что да. И всё же я влюбляюсь всё больше с каждым днём. С каждым часом.
Как заставить такого мужчину, как Нико Андретти, влюбиться в себя?
Сиенна.
Он сказала, что я могу ей позвонить. Она заставила такого человека, как Николай Волков полюбить её. Возможно, она сможет помочь мне?
Я поворачиваюсь в объятиях Нико и рассеянно провожу взглядом шрам, проходящий через его бровь, а затем вновь появляющийся, словно свет, чтобы рассечь верхнюю губу.
— Откуда это у тебя? — спрашиваю я.
— От моего кузена.
— Что? — мои глаза расширяются.
— Не переживай, ему было хуже.
— Насколько хуже?
— Он больше не дышит.
— Ты убил своего кузена? — я дышу с трудом.
— В мою защиту — он это начал, — Нико зевает.
— Что случилось?
— Я навещал родственников в Реджио, и мой кузен не согласился с некоторыми моими планами по расширению деятельности во Франции и Великобритании, и вот результат. Как я уже сказал, ему было гораздо хуже.