Животный инстинкт (СИ)

Она двигалась медленно, словно пытаясь дразнить меня. Её пальцы потянулись к пуговицам ее кофточки, с которыми она так и не справилась в машине. В этот раз ей тоже нелегко, но все же у нее получилось выдернуть пуговицы из петель. Я застыл как вкопанный, не в силах оторвать взгляд от её действий. Тонкая ткань постепенно открывала светлую, словно фарфоровую кожу, покрытую тонким румянцем. Мой взгляд скользнул вниз, туда, где её грудь, покрытая кружевным бюстгальтером, поднималась и опускалась в неровном ритме.
  
Это одно из самых эротичных зрелищ, которые я видел, хотя спаривание в прайде более интенсивное. Однако эта девчонка просто перевернула мой гребанный мир.
— Мне снова жарко, — проговорила она, её голос звучал как мягкий шелест, но в нём чувствовалась явна провокация. Её взгляд — чуть прищуренный, с блеском вызова — был прикован к моему лицу, а затем опустился ниже и я ощутил импульс боли в своем эрегированном органе.
Моё сердце заколотилось сильнее, зверь внутри напрягся, готовый вырваться на свободу в любую минуту.
— Ливви, не играй с огнем, — проговорил я, но мой голос звучал слишком хрипло, чтобы быть убедительным.
— Когда ты прижимал меня, — начала она, не сводя с меня взгляда, — мне стало легче. А сейчас… снова так плохо.
Её пальцы пробежались по шее, словно она пыталась охладить себя. Я заметил, как её грудь вздымается всё чаще, а дыхание становится тяжёлым. Я сделал шаг ближе, стиснув зубы, чтобы сдержать рык, который поднимался из груди.
А слова малышки были как масло в огонь. Мой зверь чувствовал это состояние. Оно было до боли знакомым — как состояние течки у львиц. Но это невозможно. Она ведь человек, обычная человеческая девчонка. Скорее всего такое действие наркотика, что ей подмешали.
Её аромат изменился, стал насыщеннее, сильнее. Это объясняло, почему моё тело реагировало так бурно, а зверь внутри сходил от потребности оказаться в ней.
— Ливви, — я снова попытался остановить её, глядя, как она проводит руками по своему телу, пытаясь хоть как-то справиться с жаром, который её обжигал. — Ты еще можешь отказать и я уйду.
Какую бы это боль мне не причинило. Однако она отрицательно мотнула головой.
— Ты же поможешь мне… правда? — прошептала она, и её слова звучали как мольба.
Я вздохнул, чувствуя, как моё самоконтролирование трещало по швам. Она не понимала, что говорит, что делает, напомнил я себе. Однако её голос, шепчущий просьбы, и взгляд, полный желания, сломали меня. Я сдался. Проклятие, какая-то юная девчонка смогла довести меня до предела, даже если сама этого не осознавала.
Одним резким движением я стянул с себя рубашку, не обращая внимания на треск ткани. Она резко втянула воздух, её взгляд скользнул по моему телу, и я видел, как её глаза расширились, блеск в них стал ещё ярче. Я хорошо осознавал, каким привлекательным выглядел в ее глазах, но видеть, как она облизывается от моего вида, послало импульс мурашек по спине. Затем я потянулся к джинсам, расстегнул пуговицу, молнию, и сбросил их на пол. Теперь между нами не было больше преград.
— Боже мой… ты огромный.
— Ты такая влажная, — моя взгляд впился в мокрую ткань между ее ног, которые она так призывно развела навстречу мне, — что это сработает, малышка. Я обещаю.
Я сделал шаг к ней, и она откинулась назад, слегка испуганная, но не отводящая взгляда. Мои глаза горели янтарным светом, ярким, совсем не человеческим. Я видел, как она заметила это, но ничего не спросила. Её губы приоткрылись, и я почувствовал, как её запах — этот сладкий, будоражащий аромат — стал ещё сильнее.
— Ты сама напросилась на это, — прорычал я, не сдерживая больше хриплый, звериный оттенок в голосе.
Она вздрогнула, но не от страха. Её тело выгнулось навстречу мне, будто она искала спасение в моих руках.
— Да, пожалуйста…
Я плавно подбираюсь к постели, не веря, что сегодня вечер привел меня к этому сокровищу, которое оказалось на нем. Мой член болезненно пульсировал, заставляя меня обхватить его рукой и скользнуть вверх-вниз. Это зрелище заставило ее тяжело сглотнуть. Затем Ливви опустила руку, чтобы создать давление на своей ноющей плоти, но я уже возле нее и отвожу ее руку, не позволяя ей сделать это.
— Ты понятия не имеешь, на что себя подписала, малышка, — проговорил я, и мой голос прозвучал низко, почти рычаще.
Я навис над ней, опираясь руками о постель по обе стороны её головы. Она посмотрела на меня, глаза широко раскрыты, полные желания, её дыхание было прерывистым, словно каждый вздох давался с усилием. Она ждала. Каждый её жест, каждый взгляд будто кричал, что она хочет меня так же сильно, как я её.
Мой зверь радостно рычал, наконец получив то, чего так долго добивался. Он покрыл выбранную самку.
Её руки потянулись к моей груди, пальцы скользнули по коже, оставляя за собой горячие дорожки. Я закрыл глаза на мгновение, наслаждаясь этим ощущением, а затем посмотрел на неё снова, чувствуя, как с каждым её движением теряю остатки самоконтроля.
— Я понимаю, — прошептала она, её голос был едва слышен, но в нём не было ни намёка на страх. Только решимость. — Ты трахнешь меня.
— Абсолютно верно, малышка. Это не будет нежно.
Она облизала пересохшие губы, приковывая мой взгляд к ним. Мне требовался весь мой контроль, чтобы просто не набросится на нее, а сделать все более медленно. Мои пальцы коснулись её бедра, проводя вверх, к линии трусиков. Она задрожала под моим прикосновением, приоткрыв губы, и это зрелище окончательно свело меня с ума.
Опустив голову, я провел носом вдоль её шеи. Её запах, этот пьянящий аромат, был повсюду. Он заполнял мои легкие, затуманивал разум. Хотя горьки ноты наркотика, который ей дали, выводили меня из себя. Ее руки потянулись к моей шее, и она прижалась ко мне, её тело горело, словно она пылала в лихорадке.
Мои когти появились прежде, чем я успел остановить себя. С одного лёгкого движения ткань её трусиков разорвалась, словно бумага. Она не вздрогнула, не испугалась — напротив, её глаза вспыхнули ещё ярче, и я почувствовал, как она выгнулась ко мне, словно сама подталкивала к тому, чтобы я терял контроль. А может просто не заметила во всем этом безумии моих отличий от человека.
Я отбросил остатки ткани в сторону и провёл рукой по её обнажённой коже, наслаждаясь теплом и влажностью, которая покрывает мои пальца. Её грудь поднималась и опускалась в рваном ритме, её дыхание было таким же сбитым, как и моё.
— Ты такая мягкая, такая... идеальная, — выдохнул я, мои пальцы исследовали её лоно, каждый его контур, скользили между раскрывшихся губок и кружили возле набухшего комочка. Её тело отзывалось на каждое моё прикосновение, и это сводило меня с ума. Моя потребность в ней, в этом единственном моменте, стала невыносимой.
Она выгнулась подо мной, её губы приоткрылись, издавая тихий стон, и это было всё, что мне нужно. Я опустился ниже, мои губы нашли её шею, оставляя горячие, влажные следы на коже, её вкус сводил меня с ума. А затем я стал опускаться ртом ниже. К месту, где ее аромат был самым сильным.
Я посмотрел на ее розовую плоть, открывшеюся передо мной. Нежные губки блестели от смазки, словно покрытые росой. Я облизался, почувствовав настоящий голод. Член болезненно заныл от прилива крови. Уже и припомнить не могу, когда последний раз был настолько твердым. Её тело подрагивало, каждый вдох и выдох отдался во мне волной. Её аромат, сладкий и пьянящий, полностью захватил меня, заполнив голову густым, липким туманом. Она была моя. Здесь. Сейчас.
Зверь во мне завыл от потребности испробовать ее. Я провел языком вдоль её внутреннего бедра, медленно, намеренно. Она вскрикнула, её руки вцепились в простыню, а спина изогнулась дугой. Мне нравилось, как она теряет контроль, как её тело отзывалось на каждое моё прикосновение. Я чувствовал её жар, её желание, как оно переливалось через край.
  
— Боже, что ты делаешь... — её голос был полон мольбы, смешанной с отчаянием, но это только подстёгивало меня сильнее.