Животный инстинкт (СИ)

Укол ревности, который жёг внутри с самого начала этой сцены, вдруг исчез. Растворился. Как будто кто-то снял с меня лишний груз.
Себби, кажется, заметила мою реакцию — уголки её губ чуть дрогнули, но она ничего не сказала.
— Мы все тебя ждали, — вдруг проговорил Томас.
Ждали? Я чуть не переспросила вслух. Почему? Мы ведь не были знакомы. Я даже не знала, что Тиаррен… говорил обо мне. Но всё в их взглядах — и Раяна, и Себби, и этого Томаса — подсказывало: они знали. Понимали, кто я для него. Или… кем стала.
  
Тиаррен ничего не скрывал. Даже наоборот.
— Так, хватит пугать Ливви, — наконец вмешался Тиаррен.
Я вздрогнула и посмотрела на него. Тиаррен незаметно подошел вплотную, словно выжидал нужный момент. Его рука почти сразу легла мне на поясницу — уверенно, как будто он ставил точку в этом разговоре.
Его взгляд скользнул по всем лицам, задержался на Себби чуть дольше, чем на остальных.
— Я не планировал такое близкое знакомство уже сегодня, — добавил он с лёгкой, но отчётливой ноткой укоризны.
Себби рассмеялась, не выглядя ни капли виноватой.
— Ой, ну не смотри так, — отмахнулась она. — Это твой сын не смог удержать любопытство. Услышал, что ты приехал не один — и всё. Загорелся. Ну а я… — она пожала плечами. — Пошла за ним. Ты не можешь нас винить за желание познакомиться с Ливви.
Томас усмехнулся и приобнял её крепче, глядя на меня с чуть сдержанным, но искренним интересом.
— Ты особенная для нас, Ливви, поэтому не вини наше любопытство.
— Особенная? Почему? — переспросила я, нахмурившись.
Молчание повисло на долю секунды, и я увидела, как Томас чуть замер. Его глаза на мгновение метнулись к Тиаррену, словно он только сейчас понял, что сказал лишнее.
— Я… — начал он, но тут же осёкся.
— Потому что ты первая, кого я привез для знакомства со своей общиной, — неожиданно подхватил Тиаррен, прежде чем Томас успел открыть рот во второй раз. Его голос звучал спокойно, с лёгкой усмешкой. — Думаю, это уже делает тебя особенной в их глазах.
Я чуть нахмурилась, но промолчала. Его рука скользнула ниже по моей спине — не вульгарно, а уверенно, защищающе. Жест, который ясно дал понять: разговор окончен.
— Конечно, конечно. Мы не будем мешать, — сказала она с улыбкой, хотя взгляд её стал чуть задумчивее. — Просто… рада была увидеть тебя, Ливви. Надеюсь, это не последний раз.
— И я, — кивнула я немного машинально, хотя странно говорить подобное для бывшей моего… кого? Мужчины?
— Было круто познакомиться, — вставил Раян, поигрывая ключами в руках. — Надеюсь, мы ещё увидимся. Может, подружимся. Ну, если ты не сбежишь от отца вскорем времени, — добавил он с кривоватой улыбкой.
За такие слова Раян получил от отца подзатыльник, а я не удержалась от короткого смешка.
Когда мы пошли прочь, Тиаррен слегка наклонился ко мне, его рука привычно легла на мою поясницу, и голос стал почти интимным:
— Извини. Всё это вышло немного спонтанно. Я хотел, чтобы ты сначала привыкла… ко всему, — сказал он тихо.
— Ко всему чему именно? — спросила я в ответ, не с упрёком, а с искренним непониманием.
Он не сразу ответил. Только посмотрел на меня долгим, немного тёмным взглядом. И сказал почти шёпотом:
— Ко мне, Ливви.
Я задержала взгляд на его лице. В этом шепоте было что-то такое, от чего внутри стало теплее… и страшнее одновременно. Он говорил это прямо. Не флиртом, не дразня, а будто констатировал факт того, насколько у нас все серьезно.
Я отвернулась первой. Просто потому, что не знала, как реагировать и сосредоточилась на его доме.
Постройка оказалась большой, современной, но с каким-то почти деревенским уютом внутри. Высокие потолки, много дерева, мягкий рассеянный свет, широкие окна, за которыми виднелся внутренний двор с аккуратной зеленью и террасой. Воздух пах чем-то свежим — древесиной, пряным мылом и… чем-то, что напоминало о нём.
Тиаррен молча подводил меня к двери, придерживая за поясницу, и я чувствовала, как он напряжённо следит за каждым моим взглядом. Мне показалось, что он будто затаил дыхание, пока я осматривалась.
— Я хотел, чтобы тебе здесь понравилось, — пробормотал он.
Я обернулась к нему, и в его лице было что-то неожиданно уязвимое.
— Этот дом станет твоим, — бросил он, почти не подумав, и сам тут же сжал челюсть, словно понял, что сказал вслух.
Я замерла, ошеломлённая. Он говорил это так, будто это уже решено. Без "если", без "возможно". И у меня не нашлось слов возразить.
Мы прошли по коридору, и я невольно замедлила шаг, стараясь осмыслить сказанное.
— Ливви… скажи что-нибудь, — тихо произнёс он. Его голос был ровным, но в нём слышалась тревога. Та, что прячется между строк, но чувствуется кожей.
— Они все знают, кто я для тебя? — спросила я тихо.
Тиаррен остановился. Обернулся.
— Знают, кем ты стала, — ответил он, глядя прямо в глаза. — И этого уже достаточно, чтобы встречать тебя как свою.
Я сглотнула. Голова наполнилась вопросами. "Свою" — это в смысле... любовницу? Женщину? Спутницу? Всё сразу?
— А если у нас не получится? — спросила я.
Он на секунду отвёл взгляд, будто хотел подобрать мягкий ответ. Но, когда снова посмотрел на меня, в глазах уже плескалась решимость.
— Такого не случится, — сказал он твёрдо. — Ты уже часть моей жизни, Ливви. Неважно, готова ты это признать или нет. Я должен был подготовить тебя ко встрече с Раяном, ко всему… но я не справился. Потому что сам до конца не справляюсь с тобой.
Сердце бешено заколотилось. Я опустила взгляд, чувствуя, как щеки налились жаром.
— В первое мгновение… — выдохнула я, — это меня напугало. Всё это. Сын. Его мама. Их взгляды… Я просто слишком…
Я осеклась, не в силах договорить.
Тиаррен медленно поднял руку и мягко коснулся моего подбородка, заставляя меня посмотреть на него.
— Слишком что? — спросил он тихо, но настойчиво.
Я сдалась. Бессильно и честно.
— Слишком увязла в тебе.
Он не улыбнулся. Просто смотрел, как будто впитывая каждое слово, будто ждал именно этого признания. Затем шагнул ближе и прошептал прямо у губ:
— А я — сильнее.
Я чувствовала его дыхание. Чувствовала, как дрожь пробегает по позвоночнику. Как легко было бы потянуться и… просто раствориться в нём.
Но я всё ещё стояла. Хоть и на грани.
  
Глава 20
 
Ливви 
Я стояла на месте, не решаясь даже вдохнуть поглубже. Ощущение того, что я балансирую на самом краю чего-то необратимого, становилось всё более явным с каждым его шагом ко мне, с каждым взглядом, прожигающим насквозь.
Между нами всё это время было какое-то дикое, почти болезненное притяжение, которому невозможно сопротивляться, да и не хотелось уже. И пусть мы, казалось, слишком спешили, пусть разум твердил, что это неправильно и опасно — тело и сердце давно сделали выбор. И выбор этот — он.
Когда Тиаррен шагнул ближе, я почувствовала, как мир вокруг сжался до одной-единственной точки, в которой были только мы двое. Он смотрел так, будто не спрашивал моего согласия — будто просто ставил перед фактом, что это естественно, логично, неизбежно. Словно мы уже давно принадлежали друг другу, и я лишь отодвигала этот момент своими вопросами. Казалось, его бы воля и он бы уже сегодня объявил о нас моему папе и забрал бы меня к себе навсегда.
Я успела лишь приподняться на носки, когда его руки властно и жадно прижали меня к себе. Губы нашли мои, и все мысли, сомнения и страхи мгновенно исчезли.
Этот поцелуй не был осторожным. Он стал жадным, голодным, даже отчаянным. Его язык требовательно проник в мой рот, заставляя сердце биться безумно и сбивая дыхание. Я схватила его за плечи, притягивая ближе, ещё ближе, словно хотела доказать, что расстояние между нами больше невыносимо.
  
Я чувствовала, как он сжимает мои волосы, как прижимает меня к себе, будто боялся отпустить даже на мгновение. И хотя он не спросил, хочу ли я этого, каждая клеточка тела уже кричала, что хочу, что мне нужно именно это — его руки, губы, дыхание, силу, власть. Рядом с ним мне было легко быть слабой, ведомой. И я не могла с этим бороться. Я проиграла еще в нашу первую встречу.