Животный инстинкт (СИ)

— Нет, котенок, не переживай. Я не женат.
Меня моментально накрыло облегчение, но всё же нахмурилась. Он заметил это и, приглаживая пальцами мой живот, спросил:
— Отец рассказывал тебе, что мой стиль жизни отличается от обычного?
Я кивнула.
— Да. Он упоминал, что ты живёшь в некой общине.
Тиаррен удовлетворённо кивнул.
— Именно так. Когда я перевезу их сюда, я познакомлю тебя с ними. Потому что то, что произошло между нами, — особенное.
  
Я сглотнула, не в силах отвести взгляда. Его уверенность, его властная манера говорить о нас, о том, что мы теперь связаны, сбивали меня с толку. Я чувствовала притяжение к этому мужчине, но в то же время не могла осознать, почему оно настолько сильное. Мы едва знакомы. Я не знала его, не понимала, чего он ждёт от меня, но почему-то мысль о том, что он может быть с другой, причинила мне почти физическую боль.
Тиаррен продолжал водить ладонью по моему животу, неспешно, будто изучая его, и внезапно произнёс:
— Кстати, мы не предохранялись.
Я застыла. В груди что-то сжалось, сердце пропустило удар, а затем застучало в бешеном темпе.
— Что?! — я резко выпрямилась, глядя на него с недоверием. — Ты… Ты серьёзно? Тиаррен, ты взрослый мужчина! Старше меня! Ты не мог быть таким легкомысленным! 
Он усмехнулся, наслаждаясь моей реакцией.
— Ты свела меня с ума, котёнок. А если подумать, то презерватив всё равно бы порвался, с учётом того, что было между нами.
Я моргнула, в голове не укладывалось, с какой лёгкостью он говорил о том, что вообще-то должен бояться как чумы. Любой мужчина на его месте был бы в панике, а Тиаррен, казалось, даже рад такому исходу.
— Нет… — отрицательно покачала я головой, пытаясь зацепиться за хоть какую-то логику. — Может быть, сейчас безопасный период. И вообще… не всегда так легко выходит… забеременеть. Это не происходит с первого раза.
Тиаррен рассмеялся, явно наслаждаясь моей попыткой найти оправдания.
— Правда, котёнок? — его пальцы продолжали лениво гладить мой живот, заставляя меня чувствовать ещё большую тревогу. — Учитывая, сколько попыток у нас было за ночь, ты действительно в это веришь?
Я подсжала губы, но он не стал меня переубеждать. Только снисходительно провёл ладонью по моей щеке, как будто этот вопрос уже решённый. Как будто он знал, что мы к нему ещё вернёмся, когда придёт время.
Мне это понравилось, потому что я тоже не хотела сейчас думать об этом и решила отложить вопрос на потом. Проблемы стоит решать по мере поступления.
Я огляделась в поисках своих вещей, всё ещё смущённая своей наготой, но при этом ощущая, как его ладонь продолжала ласкать меня — нежно, но собственнически. Этот контраст вызывал странное, почти сладкое волнение внутри.
— Где мой телефон? — спросила я, пытаясь вернуть разумность в этот момент.
Тиаррен усмехнулся, легко, без намёка на смущение.
— В машине. Всё осталось там.
Мои глаза расширились в ужасе.
— Что?! — Я резко повернулась, но тут же поморщилась. — О боже, мне же мог звонить папа или Ребекка!
Тиаррен рассмеялся, забавляясь моей непосредственностью.
— Расслабься, котёнок. Если бы было что-то срочное, твой отец давно бы был здесь, разыскивая тебя.
— Не шути так!
Перепуганная, я даже покосилась на дверь. В этот момент Тиаррен приподнялся, садясь, и сделал это так плавно и уверенно, что я даже не успела уловить как все произошло. Эта внезапная смена положения заставила меня дёрнуться. И тут же я почувствовала неприятный дискомфорт между ног. Раздражение, липкость, напоминание обо всём, что происходило ночью. Я поморщилась, не в силах скрыть гримасу.
Тиаррен заметил это, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на сожаление.
— Прости, — его голос стал чуть ниже, — мне жаль, что я не выбрал место получше, где есть ванная, а не душ. Но здесь могу предложить только его.
— Хорошо, потому что я вся... грязная, — пробормотала я, подбирая правильное слов.
Он слегка наклонил голову, рассматривая меня так, будто я только что сказала что-то нелепое.
— Зато теперь ты знаешь, каково это — принадлежать мне полностью.
Я открыла рот, чтобы возразить, но Тиаррен, словно предвидя это, резко протянул руку, обхватил мой затылок и притянул к себе. Губы накрыли мои в жадном, насыщенном поцелуе.
Я не успела даже осознать происходящее, как его язык уже проник внутрь, настойчиво требуя подчинения. Горячая волна пробежала по телу, заставляя сердце пропустить удар, а пальцы сжаться на его плечах. Поцелуй был властным, грубым, и я вновь оказалась в той самой ловушке, где мой разум твердил одно, а тело хотело совершенно иного. Я застонала в его рот, забыв обо всём, кроме того, как его язык настойчиво требовал подчинения.
Когда он отстранился, я тяжело дышала. 
Я почувствовала, как он напрягся, и взгляд опустился вниз. Тиаррен снова был твёрд.
— Ты... Мы делали это всю ночь, а ты всё равно... — я не смогла закончить предложение, слишком смущённая.
Тиаррен усмехнулся, в его глазах вспыхнуло самодовольство.
— Потому что это ты, — ответил он. — Ты всегда будешь так на меня влиять, даже без того, что нас подстегивало ночью.
Я нахмурилась.
— Я не понимаю, о чём ты.
Он наклонился ко мне, прижался лбом к моему и, словно давая обещание, произнёс:
— Скоро поймёшь. А сейчас тебе лучше отправиться в душ, а я схожу за вещами и принесу завтрак, который можно уже посчитать обедом. И тогда отвезу тебя домой.
Прежде чем я успела что-то сказать, Тиаррен поднял меня на руки и понёс в ванную. Я не сопротивлялась. Мне нравилась его забота, это ощущение силы, с которой он управлялся со мной, но при этом нежность, с которой обращался. Я чувствовала себя любимой и желанной.
Когда он поставил меня перед душевой кабинкой, я невольно скользнула взглядом вниз, на его напряжённую эрекцию, и выразительно посмотрела на него.
— Ты не хочешь... — слова застряли у меня в горле, но внутренний порыв удовлетворить его был странно сильным. Я должна была сделать это. Это ощущалось естественным, правильным, словно дарить ему наслаждение — моя обязанность. Я не могла объяснить, но меня тянуло к нему с необъяснимой силой, хотелось ощутить, как он реагирует на мои прикосновения, услышать его хриплое дыхание. Однако между ног всё саднило, и мысль о том, что он снова будет во мне, пугала перспективой боли.
Он подхватил моё лицо пальцами за подбородок, заставляя посмотреть на него. Его глаза потемнели от желания.
— Хочу, но тебе больно, поэтому я не стану. Позже.
— Но... в ту ночь ты сделал мне кое-что...
— Когда лизал тебя? — без капли смущения спросил он. — Трахал своим языком?
Я вздрогнула от его грубых, бесстыдных слов, но не могла отрицать, что воспоминания о той ночи вызвали во мне жар. Я сглотнула, чувствуя, как внутри разливается странное, тягучее желание.
— Я могу попробовать вернуть услугу… — мой голос был слабым, но искренним.
Тиаррен хмыкнул, уголки его губ дрогнули в улыбке.
— Это была не услуга, котёнок, а наслаждение. Ты невероятна на вкус, и скоро я снова попробую тебя… а затем трахну твой маленький ротик.
Я ахнула, а он с хищной ухмылкой приставил палец к моим губам, ввёл внутрь. Инстинктивно, даже не осознавая, я сомкнула губы вокруг него, но в тот же момент он вытянул его наружу, цепляя мою нижнюю губу и лениво оттягивая её вниз.
— Не могу дождаться этого, но не сейчас, — его голос был низким, тёплым, обволакивающим. — У нас нет времени, или твой отец на самом деле начнёт нас искать.
К своему собственному удивлению, я издала возглас разочарования, заставив Тиаррена довольно улыбнуться. — без капли смущения спросил он.
  
— Приведи себя в порядок, пока я принесу наши вещи.
Он задержался на секунду, его взгляд лениво скользнул по моему телу, словно запоминая каждую линию, и только после этого вышел из ванной. Я осталась одна, ощущая на коже след его прикосновений, его жар, его присутствие.