Босс для Алёнушки (СИ)
- Дядя дулак, - сердито комментирует она и принимается тщательно вытирать свое игрушечное яблоко бумажной салфеткой.
И не поспоришь ведь. Устами ребенка...
Хмыкнув при этой мысли, я устремляюсь в прихожую.
Надо поскорее выпроводить бывшего, потому что его предложение если что-то и всколыхнуло в моей душе, то исключительно по ностальгичной инерции былых чувств. Но сейчас их давно уже нет, жизнь расставила всё по своим местам. И без розовых очков страстной влюбленности я отчетливо вижу, что Красавин - ужасный вариант и в качестве мужа для меня, и в качестве - особенно! - отца для Алисы. Потому что в мире есть такие инфантильные мужчины - обаятельные, эгоистичные, наглые, эдакие «вечные мальчишки», которые способны в семейной жизни стать лишь обузой и лишним напрягом для погрязшей в бытовухе женщины. Таким мужчинам нужна персональная «мамочка», а вовсе не жена.
И Красавин - один из них.
- Лёш, насчёт твоего предложения... - начинаю я, входя в прихожую, но договорить мысль не успеваю. Потому что Красавин ловко дёргает меня за руку к себе в угол и набрасывается с поцелуями так, как будто мы с ним и не расставались несколько лет назад.
В ласках мой бывший знал толк и делал это со вкусом. Раньше я всегда балдела от его мастерства и с наивной влюбленностью считала, что круче него никто не умеет. Но сейчас... совершенно непроизвольно... я вдруг вспоминаю поцелуй Боярова в «Горной сказке»...
И понимаю, что Красавин ему и в подметки не годится.
Стыд, досада и почему-то даже лёгкая брезгливость - вот и все, что внушает мне эта ситуация. А ещё присутствует тоска. Тихая внутренняя тоска по умелым насмешливым губам, которые так горячо клеймили меня своим поцелуем совсем недавно...
Эх, Бояров, ну почему ты появился в моей голове в такой момент? Почему всем своим воспоминанием заставляешь сравнивать тебя с тем, в кого я когда-то была влюблена?
Совсем расстроившись, пытаюсь вывернуться, но силы слишком неравные. А толкаться в тесной прихожей, привлекая внимание дочки, очень не хочется. Но и стоять-терпеть не хочу - бесит.
- Пусти! - шиплю рассерженной кошкой, отвернув голову в сторону до упора, пока Красавин настойчиво водит языком по моим скулам и влажно дышит в ухо.
- Да ладно тебе, детка, - не соглашается он. - Позволь себе немного романтики, а? И тебе же так нравилось, я всё помню!
- Значит, разонравилось!
Выразительный кашель позади нас заставляет Красавина наконец-то выпустить меня. На пороге прихожей стоит Ванька на костылях и презрительно разглядывает моего бывшего, которого всегда терпеть не мог. А на меня совсем не смотрит, как будто злится за что-то.
- Сорян, Лёха, - ехидно заявляет он. - Я тут в туалет хочу заскочить-пожурчать, ты ведь не против? Романтика романтикой, а мой зов природы важнее.
Глава 19. Под крышей у босса
После Ванькиного вторжения Красавин закругляет свой визит в рекордные сроки. Так-то понять его можно - какой опытный бабник продолжит обольщать женщину, когда за дверью туалета справляет свою малую нужду ее младший брат?
- Ладно, ты сейчас спешишь на работу, не буду тебе мешать, - говорит бывший с плохо скрытым недовольством. - Но нам надо обязательно ещё встретиться. В спокойной обстановке и свободном пространстве, а не в этой вашей... - он морщится, окидывая взглядом сумрачную узкую прихожую, - ...коробке из-под обуви. Можем в клуб один сходить...
- Мне некогда по клубам разгуливать, - морщусь я.
- Это не такой клуб, где одни танцы, а «СуРок». Там вполне культурно можно днём посидеть в баре-ресторане на втором этаже. Я тебе позвоню вечером...
Я шумно вздыхаю, собираясь предложить просто пересечься на прогулке где-нибудь в парке, но тут под шум сливного бачка из туалета выходит Ванька. Словно невзначай он ставит ножку одного из костылей на ботинок только что обувшегося Красавина и переносит на него весь свой подростковый вес.
- У-уййй..! - шипит сквозь зубы бывший. - Ты смотри, куда подпорки свои ставишь! Слепой, что ли?
- Не-а, - лениво отвечает братишка. - Всего лишь временный инвалид с перебитой ногой. Плюсневую поломал. Вот жиза, да?
- Убери свою железяку, мелкий!
- Уже убрал, Леха, ты чего? - Ванька холодно и как-то непривычно по-взрослому кривит рот в усмешке. - Не повезло с болевым порогом? Сочувствую. Девчачий он у тебя какой-то.
- Да я тебе щас... - дёргается обозленный Красавин, и я немедленно вмешиваюсь:
- Лёш, перестань! Иди давай, позже созвонимся... А ты, Вань, топай лучше на кухню, а то Лисёнок там опять куролесить без присмотра начнет.
После ухода незваного гостя братишка куксится все те полчаса, пока я собираюсь на работу. Зыркает на меня исподлобья и выразительно сопит.
В конце концов я не выдерживаю и резко поворачиваюсь к нему.
- Если тебе есть что сказать, то говори! А то можно подумать, что от Лёшки у тебя гайморит образовался.
- Угу, - бубнит под нос Ванька и сердито бросает: - Ты что, решила снова связаться с этим недоумком?
- С чего ты так решил?
- С чего, с чего... Слышал, как он на кухне и в прихожей к тебе подкатывал, вот и подумал! А то у вас, девчонок, один ветер в голове. И вообще вы живёте по системе флюгера - кто понастойчивей приударит, на того и согласитесь. Если он не урод распоследний с бородавками и прыщами, конечно.
- Ой, да ладно тебе, - фыркаю я. - Даже и не думала соглашаться на его предложение. Отец Алисе, конечно, не помешал бы, но уж точно не такой, как он.
- Тогла ладно, - Ванька заметно расслабляется и даже начинает ерничать: - Если тебе мужик в доме нужен, то лучше на босса своего внимание обрати. Интересный он перец, богатый, щедрый и прикольный. Одобряю!
- Ну раз одобряешь, тогда непременно затащу его к нам в дом, пригодится, - отвечаю в тон братцу и веду уже полностью экипированную Алису на выход.
В выходной день добраться до работы легче лёгкого. Троллейбусы пустые, утром людей везде мало - и на улицах в том числе. Словом, всё идёт как по маслу. Даже воскресный охранник сам выскакивает навстречу с протянутыми ключами, когда мы с Алисой поднимаемся по ступенькам рекламно-издательского агентства.
- Алёна Игоревна! Это от кабинета Василия Андреевича, - поясняет он в ответ на мой вопросительный взгляд. - Он звонил недавно, велел оказать вам любое содействие. И сказал, чтобы вы ждали его в кабинете без стеснения.
- Понятно, - киваю я и забираю ключи. - Спасибо.
- Может, вам доставку пиццы с напитками организовать, если вы проголодались? - не унимается заботливый охранник. М-да, знатно его Бояров промотивировал.
- Да, было бы здорово, - охотно соглашаюсь я. - Через пару часиков примерно, если вас не затруднит.
- Конечно, Алёна Игоревна. Всё будет.
Подобострастная предупредительность охранника всё больше озадачивает меня и смущает. Почему он так воодушевленно обслуживает нас с Алисой? Доставка еды вообще не входит в его обязанности! Такое впечатление, будто босс ему крупную премию пообещал, если я останусь довольна. Хотя это, конечно, уже феерические домыслы из области фантазий...
- Мама, пойдем! - нетерпеливо дёргает меня за руку малышка, которой надоело топтаться на месте.
В лифте она порывается нажать на все кнопки подряд, потому что они подсвечиваются красивыми зелёными и красными огоньками, и это очаровывает ее с первого же взгляда. Ещё бы! Ведь до этого момента она видела только допотопный раздолбанный лифт нашего подъезда. И там кнопки были неинтересными - грязно-пластиковыми, полувдавленными или даже совсем отвратительно прожженными. Мне еле-еле удается отвлечь ее от этого шаловливого порыва, и на самом верхнем этаже я вытягиваю дочку наружу с чувством большого облегчения.
Сразу чувствуется, что сегодня выходной. Если не считать охранника, здание абсолютно безлюдное, и без секретарши Ниночки приемная выглядит мистически пустой.
Дверь заветного кабинета я открываю ключом с чувством лёгкого святотатства. Понятия не имею, откуда оно взялось, но меня преследует ощущение самозванки, которая без разрешения вторгается туда, где ей не место.