Путь попаданки. Книга 1 (СИ)

— Но его сиятельство дал мне указания.
Ох, лучше она о нём не вспоминала.
Я отшвырнула веер на стол и встала.
— Его здесь нет. И он не выше меня, гранда. Помните об этом. Зовите Идалию, и все вон!
Ох, нелегко быть королевой.
Мне сразу захотелось извиниться перед Фабией, глаза которой наполнились словами, а на усталх застыли слова извинения.
— Не сейчас. Потом принеси мне виноградный сок. Хватит с меня вина!
  
В комнату вошла Идалия. С видом не горничной, но женщины, готовой служить. Не бескорыстно, но с пользой для всех.
На ней было тёмно-вишневое закрытое платье, и она в нём совсем не походила на нищенку. Разве что на небогатую вдову.
— Я увидела ваш зов, гранда. Рада служить. Приказывайте.
Чуть склонила голову.
— Есть первое небольшое поручение, Идалия. Вот и посмотрим, как ты с ним справишься.
  
Глава 36
 
— Мне надо, чтобы ты проникла в стан герцога незамеченной и отдала записку моей молочной сестре Ирен. Узнаешь её по ножу за поясом. Она светловолоса и косит на один глаз. Она передаст тебе духи, которые ты принесёшь ко мне сегодня же. Справишься?
— Зачем вам духи?
— А тебе не всё равно? — ответила я вопросом на вопрос.
Наверное, я устала, потому что раздражалась по любому поводу. Сказывалась усталость от ноши на плечах, и это совсем была не королевская мантия.
Мой путь затянулся, не было видно уже не только ни конца ему ни края, но и стало непонятно, в какую сторону идти, чтобы доставить Бланку живой к мужу. Ещё пару дней назад я бы ни за что не согласилась ехать к фаворитке, почитая её за главную злую силу, но сейчас не была ни в чём уверена.
— Скажи, — произнесла я, посмотрев Идалии в глаза. — Это ведь правда, что маг, создающий воспоминание, не может его подделать?
Цыганка кивнула.
— Тогда я даю тебе верное поручение.
— Хочу убедиться, что не зря буду рисковать жизнью. Я слышала о тёмном герцоге, что он не щадит шпионов.
Идалия говорила со мной не как с королевой, но как с предводителем. Которому не зазорно и задать мучивший вопрос.
— Мне нужны духи, потому что в них заключена моя удача. Они созданы специально для меня мастером Паскуалем. И хочу дать знать Ирен, чтобы следовала за мной. Так понятнее?
— Стягиваете сторонников, — кивнула Идалия. — Давайте записку.
Я подошла к комоду, окунула перо в чернильницу и быстро набросала Ирен несколько слов. Предложила следить за герцогом и быть готовой к побегу, когда дам знак. Жалко, что у меня не было обратной связи.
Но хоть так!
Идалия свернула мою записку в трубочку и сунула в рукав, под повязку, которую носила на правом запястье. Из красной ткани, вероятно, от сглаза. В институте мы не изучали ритуалы цыган Португалии, да и здесь они могли отличаться от тех, что приняты в реальном мире.
«Реальном? — усмехнулся внутренний голос. — Какой мир реальнее: тот, что остался за плечами, или тот, что способен убить тебя?»
Чтобы меньше бояться, я предпочитала думать, что убить могут Бланку, не меня.
Ещё одно заблуждение, с которым следовало расстаться. Ощущение опасности уже дышало в затылок, я больше не могла прятаться за иллюзиями.
— Герцог приставил ко мне служанку, думаю, это она устроила пожар. Будь с ней осторожна.
Наскоро описала внешность Деузы: ничем не примечательна, таких сотни в любом маленьком городке, а в большом — тысячи.
Умолчала об одном: уж не фаворитка ли приставила её, чтобы следить за мной и герцогом.
— Я вернусь через пару часов, гранда.
— Тогда мы пообедаем и поедем в монастырь Урсулиток. Мне надо будет встретиться с графиней Марией. Той самой. В чьих руках сердце моего мужа. Так говорят.
Я не могла смотреть в лицо Идалии. Мне казалось, она всё понимает и знает, не хуже меня. Если бы рядом была верная Ирен!
— Позвольте, скажу, гранда. Я редко даю советы, но раскинула перед приходом сюда карты — они сказали, что вы хотите помочь моему младшему братцу. Я тоже, значит, нашим повозкам по пути, а если нападут на караван, то и вам, и мне проку от недомолвок не будет.
Ох уж эта Идалия! Любила говорить загадками. Намекала, что наши интересы совпадают, значит, я могу ей доверять, что ей сказать на это? Выбора у меня всё равно нет.
— Говори без предусловий!
Я снова принялась медленно ходить по комнате, «выписывать кружева», как любила говорить моя мама. Так мне было спокойнее.
— Я предлагаю сказать о ваших планах тёмному герцогу.
Если бы Идалия предложила перерезать мне по-быстрому горло, чтоб не мучилась сама и других не изматывала, наверное, я бы удивилась меньше. Но она как ни в чём не бывало продолжила:
— Не о визите в монастырь, конечно. Просто что вы взяли меня в услужение и желаете получить его одобрение. Мужчины любят думать, что последнее слово остаётся за ними. И герцог будет думать, что вы ему доверяете, ждёте его одобрения. И, возможно, захочет переманить меня на свою сторону, если действует против вас.
— Он не так прост, чтобы начать вербовать тебя в шпионки с порога.
— Всё возможно, гранда, — кивнула Идалия.
Я невольно вспомнила его лицо. Волевое, со сжатыми губами, обозначенными высокими скулами. И тьмой в синих глазах, которая хотела меня сожрать. Пока сдерживалась, пока раздумывала, будто желала узнать, кто я на самом деле.
Я была уверена, что заинтересовала герцога. Но понимала, что если стану на пути его долга, то он смахнёт меня с доски жизни, пусть и с лёгким сожалением!
С чего это я взяла, что он сможет помочь мне вернуться домой? Только потому, что он тёмный маг?
— Ладно, может, ты и права. Герцог всё равно узнает о твоём визите, лучше сделать его явным. Но возвращайся после полудня. Не позже. Сегодня вечером я ужинаю с графиней Ридегейрой, негоже заставлять её светлость ждать. Держу пари, что ей не терпится со мной познакомиться.
Идалия выскользнула из дома и вскоре исчезла так же незаметно, как появилась.
До обеда я гуляла по подворью в обществе двух служанок, одна из которых держала надо мной кружевной зонтик от солнца. Ага, а нас учили, что такие зонты появились у дам в восемнадцатом веке! Вероятно, магия, которой пропитан мир книги, наложила свой отпечаток.
Ну что, я не возражала. Если бы это не вызвало подозрений, то принялась бы расспрашивать служанок об их жизни и обо всём, происходящем вокруг. Хотя вокруг ничего странного не происходило.
Людей в подворье было немного. Несколько слуг носили туда-сюда то чаны с бельём, то какие-то припасы. Скотины и вовсе не было, из чего я сделала вывод, что здесь постоянно не жили. Какой-то перевалочный пункт, по типу склада. Наскоро облагородили только дом, в котором я жила.
Значит, герцог не собирался держать меня долго.
Мыслями я всё возвращалась к нему. Может, рассказать ему правду? Не про то, что я из другого мира, в дом для умалишённых мне не хотелось. Но о письме Марии Тавора, например. Что бы он сказал: изобразил неведение или принялся уверять, что это часть его плана?
И почему мне так хочется, чтобы герцог был на моей стороне? Вероятно, потому, что иных защитников у меня нет.
Что он вообще сейчас делает? Как ищет виновника в поджоге? Или делает вид?
Чтобы отделаться от мыслей о герцоге, а они меня уже начинали беспокоить, я принялась за обедом расспрашивать Фабиу о короле.
Она обрадовалась, что я больше не спрашиваю о её муже и почему его так долго нет. И перестала отрицать, что видела короля воочию.
— Его величество очень видный мужчина. Проницателен и вспыльчив временами, имеет твёрдую, тяжёлую руку, но такова его ноша.
  
Самодур, то есть. И параноик. Прекрасно.
А я надеялась, что Энрике Первый не повторяет характер Педро Жестокого — своего исторического прототипа. Ладно, мне -тоо что?! Лишь бы живой добраться, а там Бланка покорится судьбе.
Я всё ещё продолжала надеяться, что нас поменяют местами. Цеплялась за эту мысль с отчаянием утопающего.