Вторая жизнь. Том 2 (СИ)

— Даже знаю, что именно, — рассмеялась я.
Триг с интересом присмотрелся.
— Рога у меня точно твои, старший брат, у Даарена-то они витые.
Глаза тысячника замерцали. Не знаю, почему ему так много радости принесло это известие, но ничего против точно не имела.
— Слушай, давно хотела спросить, — я отвела взгляд, остановившись на отблесках камина на полу. — Почему вы так легко мне помогаете? Я ведь, по сути, вам никто. И кровь, которая делает меня хоть каким-то вашим родственником, досталась мне совершенно случайно и реально-то мне не принадлежит от слова совсем.
  
— Это сложно объяснить тому, кто не рожден демоном, — проговорил Триг мне в макушку. — Мы чувствуем свое. Мы реагируем на тебя, как на часть семьи на физическом плане в основном из-за крови — это да. Причем не просто семьи, а именно представителя самого близкого круга. Другой вопрос, на который мне тоже, кстати, интересно получить ответ, почему ты реагируешь на нас примерно так же? Без твоей ответной реакции наша связь не закрепилась бы настолько сильно.
Я несколько смущенно хмыкнула:
— Когда только очутилась в этом мире, мне нужен был кто-то, за кого можно было бы зацепиться. Обрести хоть какую-то опору, чтобы не сойти с ума. Даарен вполне подошел на эту роль. А потом все как-то само пошло, ваше отношение друг к другу и ко мне… создалось некое ощущение семьи, в которой я тогда нуждалась.
— Удивительное сочетание, — тысячник шумно выдохнул. — Демонами в основном правят инстинкты, в первую очередь. Но не поддержи ты Даарена и не останься рядом с ним, в итоге даже собственная кровь не заставила бы его принять тебя в круг приближенных.
— А у тебя есть семья? — пока Даарен был занят своими делами, у нас появилось время поговорить.
Мы с Тригом уселись на кровать, демон пожал плечами.
— Мать живет в родовом имении Даара, экономка.
— Судя по интонации, отношения у вас не очень близкие, — осторожно оценила я.
— Моя мать редко вспоминала про меня после того, как отправила в Цитадель на обучение еще демоненком. Не знаю, почему, обычно у нас матери довольно сильно привязаны к детям, но везде есть свои исключения. Последние лет пятнадцать я с Даареном по заставам мотаюсь, дома не был. Писем тоже не получал, но Даару пишут сестра и старший брат, они говорят, что с матерью все в порядке.
— А отец?
— Понятия не имею, кто он. Мать запретила спрашивать, а после обучения в Цитадели глупо было, да и поздно. Сам, считай, уже взрослым демоном был, в отце не нуждался.
Я поддалась порыву и обняла Трига. Не понимаю, как можно было не писать сыну? Пятнадцать лет — это же просто прорва времени!
— Не грусти, моя семья — это Даар и мои сотники. Ну и Зарра, а теперь еще и ты. Мне хватит, — меня погладили по голове. Это оказалось неожиданно ценно: вроде взрослая уже, а вот так побыть ребенком в чьих-то объятиях было приятно.
— Шаман еще не разрешил. Расскажи о нем, — попросила я, устраиваясь рядом с демоном и кладя голову ему на плечо.
— Энсаадар — очень сильный шаман. Верховный в Южной Цитадели. Ты его видела на ритуале объединения цвета. И да, кстати, не удивляйся и не смущайся, — вот же внимательный, умудрился понять, что я в этот момент вспомнила, что за сцену увидела перед собой Зарра недавно. — В такой семье, как у них, жена мужа не ревнует. Если пара прошла ритуал объединения цвета, то это навсегда. Измена в принципе невозможна, чисто физически. Они как единый организм теперь, и оба это прекрасно понимают.
Я облегченно выдохнула, не хватало еще поссорить Даарена с его женой.
— А можно и без ритуала обойтись?
— Конечно, — кивнул демон. — Далеко не все пары настолько уверены в себе, что идут на такой ритуал. Да и обязательно это только для некоторых цветов. Для Предводителей, Смотрителя и еще нескольких. Остальные просто получают брачные метки, основные татуировки демонесс меняют цвет, и все. Без объединения жизней. А по поводу самого Энсаадара… понимаешь, у нас с шаманами мало кто общается, это крайне замкнутые демоны. По сути, это ведь те, кто мог бы претендовать на белый цвет. У них и татуировки белые, но, в отличие от Правителя, только на ладонях. Когда демон достигает подобного уровня владения нашей магией, остальные шаманы проводят особый ритуал, чтобы понять, сможет ли он стать сильнее современного Правителя в свое время. Того, кто проходит этот тест, объявляют одним из преемников. Правда, их редко набирается больше двух, одного-то не всегда находят вовремя, чтобы подготовить. Да и смертность при подготовке к такому цвету высока. Остальным предлагается место шамана. Это почетная, но очень одинокая должность, шаманы редко обзаводятся семьей. Тех, кто соглашается, передают на обучение. А отказникам блокируют часть магии и наносят багровые татуировки. Шаманы в общем — это как отдельная каста. Через них течет магия, но, чтобы быть проводником, надо быть пустым. Они такое впечатление и производят: опустошения. А Энсаадар больше всех отдал, чтобы получить наибольший доступ к тени.
— Тени? — непонимающе нахмурилась я.
— Так мы называем нашу магию. Ты, может быть, видела, что от наших тел перед переходом как будто отделяется тень.
— Так вот чем является та дымка, — догадалась я.
— О, значит, зрение у тебя было правильным.
— Но магию других рас я толком не вижу.
— Зато никто не видит нашу в самом начале перехода. А ты видишь. Для представителей всех других рас наши перевоплощения происходят внезапно, хотя любой из демонов все это видит заранее.
— Триг, а как вы оказались тогда вообще в том зале, где мне пришлось перейти в третью ипостась? — задала давно волнующий вопрос.
— А мы даже отпраздновать ритуал толком не успели, когда пришло известие, что сработала одна из моих сигнальных цепей. Все эти дела со смертью Лира, появлением и исчезновением диких, с тем порталом — это все переплеталось в один клубок. Поэтому мы взяли пересобранный личный отряд Даара и рванули по наводке. Увидеть тебя там, да еще и в таком виде, мы не планировали. Я сначала и не понял даже, что это ты, а вот Даарен каким-то образом сразу почувствовал, приказал тебя не трогать.
Я бы хотела вот так просидеть и проговорить с ним хоть всю ночь, но тут в дверь постучали, заглянула Зарра, кивнула нам. Триг помог мне подняться, хотел взять на руки, но я покачала головой: после их чудодейственной мази ноги слушались меня гораздо лучше, и я могла идти сама. В итоге так мы и стали спускаться к уже знакомому мне залу: Даарен и Зарра впереди, Триг со мной позади.
— Триг, а скажи, только честно, я сильно страшно смотрюсь в глазах обычного демона? — не выдержала я.
Демон хохотнул, но ответил:
— Если прикрыть рога, то очень даже неплохо, на мой взгляд.
Что ж, уже что-то. Я пыталась придумать, что бы еще такого спросить, но зарождающийся страх не давал мыслям собраться. Ведь сейчас все будет зависеть от того, что скажет шаман. Вдруг он решит тут же на месте меня убить? Каждый шаг, приближающий меня к Энсаадару, вызывал во мне все больше страха. Живот скрутило холодом, кажется, даже зубы от волнения застучали.
— Перестань трястись, ничего страшного не произойдет, — шепнул мне Триг, приобнимая за плечи.
— Ты уверен? — выдавила кое-как.
— Абсолютно.
— А я нет!
Триг только покачал головой, но что-то еще сказать мне не успел, мы вошли в зал. На этот раз он был освещен очень ярко, никого, кроме нас, в нем не было. Кроме нас и сгорбленного старика в серых одеждах, уже стоящего на возвышении.
— Идущие на смерть приветствуют тебя, — шепот вырвался у меня непроизвольно.
  
Триг недоуменно глянул, но вдруг отступил, открывая меня взгляду белесых глаз. Я замерла, страшась даже вдохнуть лишний раз.
— Подойди, — прошелестел невыразительный голос. Сморщенное лицо не было закрыто капюшоном, шаман пристально смотрел на меня, но в его глазах никаких эмоций не отображалось.
Я нерешительно посмотрела на Даарена, тот уверенно кивнул. Пришлось сделать несколько шагов и оказаться перед шаманом. Энсаадар протянул как будто высохшую руку ко мне и вдруг резким движением сдернул сжимаемый мною плащ. Мгновенно стало холодно, кожа покрылась мурашками, я рефлекторно обняла себя за плечи, не зная, что делать дальше. Вот честное слово, собакой быть проще!