Цель обнаружена

— Ну да, конечно, — пробормотал Корт, глядя на огонь. Сиду было наплевать на геноцид или на дурных правителей; это была лишь попытка воодушевить убийцу, которого он считал миролюбивым паинькой.
Русский улыбнулся.
— Было бы славно, если бы вы доверяли мне, но наши отношения завязались совсем недавно. Доверие приходит со временем. Между тем, вы можете сами разобраться в этом вопросе, провести собственное исследование. Мои люди устроят вас в одной из лучших гостиниц. Вечером вы сможете просмотреть материалы, которые я подготовил для вас, узнать главных игроков, их связи и интересы, изучить карты. Приезжайте сюда завтра утром и дайте ответ. Я уверен, что вы примете верное решение, а потом мы сразу же начнем подготовку к операции, в соответствии с вашими запросами.
Корт медленно кивнул.
— А ваши люди? — спросил он. — Следует ли мне предположить, что им приказано оставаться рядом со мной?
Григорий Сидоренко улыбнулся, но его взгляд остался серьезным.
— Да, вы можете на это рассчитывать. Петербург — довольно опасное место для непосвященных. Они будут присматривать за вами, — тут он приподнял брови с озорной улыбкой. — Сегодня вам предстоит много работы, но я могу обеспечить вас приятной собеседницей. После работы бывает приятно… немного расслабиться.
— Вы имеете в виду проститутку?
— Эскортницу высшего класса.
Корт сгорбил плечи. Теперь еще и это.
— Сид, не присылайте ко мне женщину.
— Как пожелаете, мистер Грэй. Я лишь подумал, что это улучшит ваше настроение.
Он сказал охранникам что-то по-русски и рассмеялся вместе с ними. Корт не понял ни слова.
— До завтра, — сказал Сид и махнул рукой на прощание.
  
Глава 8
 
Джентри пообедал в русском ресторане, где не было ни одного другого клиента. Он сидел в глубине зала, а охранники наблюдали за входом и заворачивали любых посетителей, пока официанты сидели в углу и угрюмо курили, но не жаловались. После трапезы его отвели в гостиницу «Коринтия» на Невском проспекте. Лимузин причалил к разгрузочной площадке, и пятеро людей Сида провели американца через служебный вход. Служебный лифт поднял их на двенадцатый этаж, где они прошли в угловой номер по длинному, ярко освещенному коридору. Корта проводили в апартаменты и сказали, что охранники всю ночь будут находиться в соседнем номере. Они разбудят его в семь утра для завтрака, а потом отвезут к Сиду, чтобы он дал ответ на предложение.
Молодой человек с гладко выбритой головой тихо затворил дверь.
Для полулюкса номер выглядел слишком роскошно: здесь явно поработали люди Сидоренко. Просторная зона отдыха примыкала к узкому балкону. Телефон отсутствовал. Коридор из гостиной вел в большую спальню, — опять таки, без телефона, — соединенную с ванной комнатой в современном стиле. В тумбочках Корт обнаружил богатый набор туалетных принадлежностей, которого хватило бы на футбольную команду для подготовки к вечеринке в злачных местах города. На кровати лежала единственная смена одежды: шелковый спортивный костюм черного цвета с широкими красными лампасами и золотой буквой V под велюровым воротником. Такой наряд сочли бы пошлым в любой стране мира, кроме тех, что раньше находились за «железным занавесом».
В гостиной он увидел толстую кипу бумаг, книг и буклетов, открытых и помеченных фломастером для его удобства. Вероятно, их поместили сюда по приказу Сида, чтобы Корт мог проверить все, что русский криминальный босс говорил о Судане, русских, китайцах и об «Участке 12А» в дарфурской пустыне.
Корт проигнорировал домашнее задание. Вместо этого он вышел на балкон и посмотрел на проспект, забитый уличным транспортом. Он провел там около минуты, разглядывая окружающие здания и щурясь от уличных огней. Потом вернулся в ванную. Взял банку крема для бритья и салфетку из махровой ткани и сунул в карманы пиджака перед тем, как выйти на балкон. Ловко перекинув через ограду сначала одну, потом другую ногу, он скользнул вниз по декоративному водостоку, прикрепленному к стене рядом с балконом. Поравнявшись с одиннадцатым этажом, он дважды качнулся, чтобы набрать инерцию движения, и выбросил ноги вперед. Когда он приземлился на пол нижнего балкона, то сразу же понял, что этот номер занят. Горел свет, и повсюду валялась одежда, но жильцов не было видно. Корт предположил, что они ушли обедать. Дверь балкона была заперта, поэтому он быстро встряхнул банку с кремом, нажал на фиксатор и выдавил слой пены на стекло оконной двери рядом с ручкой. Когда банка опустела, на окне образовалась густая пенистая масса размером с обеденную тарелку. Он обернул руку махровой салфеткой и нанес короткий удар по намазанному стеклу, пробив дыру величиной с кулак. Раздался треск, но не громкий звон битого стекла, так как пена смягчила удар и заглушила звук, упавшего на пол стекла. Корт бросил салфетку в комнату, повернул ручку изнутри и открыл дверь.
 
Он вошел в номер, проверил одежду на полу и в чемоданах и был разочарован, когда не нашел ничего подходящего для себя. Разочарован, но не удивлен. Ничто в его жизни не давалось легко, и ему редко удавалось осуществить любой замысел без помех. Он вышел из номера и направился по коридору к лестнице. Спустившись на четыре пролета, он прошел по другому коридору к следующей лестничной площадке и вышел в вестибюль. Там нашел дверь для служебного персонала, которая вела в прачечную. Никто не обратил внимания, когда он вошел туда.
Через полчаса после выхода на балкон на двенадцатом этаже Джентри, одетый в свежий костюм, вошел в крошечный пансион, расположенный в четверти мили от Невского проспекта. В этой непримечательной гостинице он останавливался в 2003 году с Заком Хайтауэром, командиром «лихого отряда», когда они ожидали набега на грузовое судно, нагруженное оружием для Саддама. Тогда, как и сейчас, это была неприглядная дыра, но место было тихое и уединенное, в конце глухого переулка, где можно было видеть всех, кто входит и выходит.
Он заплатил пожилой даме двадцать евро за одну ночь в пансионе. Она попросила паспорт, но он только пожал плечами и достал еще две бумажки по двадцать евро. Она пожала плечами в ответ и взяла деньги. Он попросил комнату на втором этаже с видом на улицу, и она повела его по узкой лестнице мимо общего туалета, вдоль коридора с дощатым полом, поскрипывавшим под ногами. Она открыла дверь ключом, отвернулась и зашаркала назад, не сказав ни слова.
Корт предпочел провести ночь здесь, а не сидеть взаперти в роскошном номере на Невском проспекте, в окружении бритоголовых бандитов. Ему хотелось рухнуть на кровать и поразмыслить о своих возможностях. Можно удрать и раствориться в безвестности, а можно продолжить работу с Сидоренко и даже вернуться в свой номер вовремя, чтобы просмотреть его документы и сделать кое-какие выводы.
Корт вошел в полутемную комнату и включил свет. Ничего не произошло. Вот дерьмо. Он раздраженно вздохнул и ощупью двинулся вперед, руководствуясь слабым уличным освещением, пробивавшимся из-за виниловых занавесок. Он обошел маленькую двуспальную кровать, раздвинул занавески и повернулся, чтобы осмотреть комнату.
Пятеро человек стояли лицом к нему. Неподвижные, как статуи, они расположились вдоль стен, но все находились не более чем в двух метрах от Серого Человека.
Реакция «сражайся или беги» сработала моментально, и Корт атаковал. Он низко пригнулся и напал на мужчину в правом дальнем углу. Врезался в здоровяка, когда его сцепленные руки с силой опустились на голову Корта. Сила столкновения прижала их к стене. Корт лягнул назад левой ногой, чтобы попасть в пах тому, кто бросился на него сзади. Попал во внутреннюю часть бедра — болезненный удар, но не выводящий из строя. Когда он резко выбросил правую руку вверх для апперкота открытой рукой, чтобы избавиться от противника, взявшего его в борцовский захват, кто-то в прыжке нанес ему сильный удар справа. Корт успел ударить первого противника в лицо, а потом его развернуло, и он упал на кровать, где еще двое схватили его за ноги в попытке удержать на месте.