"Фантастика 2025-151". Компиляция. Книг 1-33 (СИ)

— Что конкретно вы предлагаете? — я решил перейти к сути.
— Партнерство. Я предоставляю капитал и некоторые уникальные возможности доступа к информации. Вы — инвестиционную экспертизу. Прибыль делим пополам.
— Звучит заманчиво, — я отрезал кусочек идеально приготовленного мяса. — Но у меня есть несколько условий.
Мэдден выглядел слегка удивленным моей прямотой, но кивнул:
  
— Я слушаю.
— Во-первых, полная независимость в принятии инвестиционных решений. Никакого давления или указаний, куда вкладывать деньги.
— Разумно, — согласился он.
— Во-вторых, никаких инвестиций в откровенно нелегальные предприятия. Я не имею ничего против вашего бизнеса, мистер Мэдден, но не хочу становиться соучастником определенных видов деятельности.
Мэдден внимательно изучал меня, слегка постукивая пальцами по краю стола:
— Продолжайте.
— В-третьих, наше сотрудничество должно оставаться строго конфиденциальным. Никаких упоминаний моего имени в ваших кругах, никаких намеков на нашу связь.
— А вы не боитесь ставить условия такому человеку, как я? — в голосе Мэддена звучало скорее любопытство, чем угроза.
— Я считаю, что честность — лучшая основа для любого делового сотрудничества, — ответил я спокойно. — Особенно когда речь идет о значительных суммах.
К моему удивлению, Мэдден рассмеялся, коротко и резко.
— Мне нравится ваша дерзость, Стерлинг. Большинство людей в вашем положении согласились бы на любые условия из страха или жадности. — Он наполнил наши бокалы. — Я принимаю ваши условия, с одной оговоркой. В обмен на мою конфиденциальность я ожидаю того же. Никаких разговоров о моих делах и информации, которую я могу вам предоставить.
— Это справедливо, — кивнул я.
— Отлично, — Мэдден поднял бокал. — За наше сотрудничество.
Мы чокнулись, и я почувствовал, что только что заключил сделку с одной из самых влиятельных теневых фигур Нью-Йорка. Рискованный шаг, но потенциально очень выгодный.
Капитал Мэддена мог стать для меня серьезным ресурсом. Особенно после краха 1929 года, когда твердая наличность будет на вес золота.
— С чего начнем? — спросил Мэдден, приступая к десерту — изысканному тирамису, который незаметно подали официанты.
— Для начала определимся с суммой инвестиций, — ответил я. — И я подготовлю инвестиционную стратегию, аналогичную той, что предлагаю своим обычным клиентам, но с некоторыми адаптациями под специфику вашего положения.
— Полмиллиона для начала, — сказал Мэдден так буднично, словно речь шла о мелочи. — Если результаты будут хорошими, добавлю еще.
Я едва не поперхнулся. Полмиллиона долларов в 1928 году — это более семи миллионов в пересчете на 2024 год.
— Внушительная сумма, — заметил я как можно спокойнее. — Когда вы хотите начать?
— Деньги будут доступны с завтрашнего дня, — ответил Мэдден. — Мой бухгалтер свяжется с вами насчет деталей. Офис на Мюррей-стрит, первый этаж. Спросите мистера Кляйна. — Он улыбнулся. — Официально он представляет импортно-экспортную компанию «Atlas Trading».
— Буду там завтра после работы, — кивнул я.
— И еще один момент, Стерлинг, — Мэдден понизил голос. — У моих людей есть доступ к некоторой закрытой информации. Телеграммы, телефонные разговоры, внутренние документы компаний. Это может оказаться полезным для ваших инвестиционных решений.
Инсайдерская информация. В 1928 году законы о фондовом рынке еще очень поверхностные. SEC еще не существовала.
То, что предлагал Мэдден, сомнительно с моральной точки зрения, но вполне распространено среди крупных игроков рынка того времени.
— Я ценю доступ к дополнительным источникам данных, — уклончиво ответил я. — Но решения всегда буду принимать на основе собственного анализа.
— Конечно, — кивнул Мэдден с легкой усмешкой, словно понимая мое нежелание прямо обсуждать сомнительные методы. — А теперь, когда с делами покончено, — он поднял руку, подзывая официанта, — предлагаю насладиться великолепным десертом и, возможно, бокалом настоящего коньяка.
Следующие полчаса мы беседовали на нейтральные темы. Спорт, современное искусство, автомобили.
Мэдден оказался удивительно образованным и начитанным для человека его профессии. Он с знанием дела обсуждал последние постановки на Бродвее и новые литературные произведения. В его речи не было следа уличного жаргона или грубости, свойственной криминальным боссам из кинофильмов.
Когда с ужином было покончено, Мэдден проводил меня до выхода:
— Было приятно поговорить с человеком вашего интеллекта, Стерлинг. Я предчувствую, что наше сотрудничество будет долгим и плодотворным.
— Взаимно, мистер Мэдден, — я пожал его руку, запечатывая нашу договоренность.
У входа уже ждал автомобиль — роскошный черный Packard с водителем.
— Мой шофер доставит вас до дома, — сказал Мэдден. — До свидания, мистер Стерлинг.
— До свидания, мистер Мэдден.
Усаживаясь на мягкое кожаное сиденье автомобиля, я размышлял о том, что только что произошло. Я заключил сделку с одним из самых известных гангстеров Нью-Йорка. Сомнительный альянс с точки зрения закона и морали, но необходимый шаг с точки зрения моей стратегии.
Когда Packard тронулся с места, я еще раз взглянул на ресторан «Винченцо». Если не знать точное расположение, в темноте легко пройти мимо.
  
Глава 15
 
Оракул
 
Четверг начался для меня в половине пятого утра. Я проснулся до звонка будильника, чувствуя необычайную бодрость, несмотря на предыдущий насыщенный день и поздний ужин с Мэдденом.
Тихо поднявшись с кровати, я достал из комода хлопковые брюки свободного покроя, простую белую футболку и теннисные туфли. Экипировка для бега в 1928 году была весьма примитивной по сравнению с высокотехнологичной одеждой и обувью в будущем времени.
На кухне я быстро выпил стакан воды и съел половину яблока. Затем тихо спустился по лестнице, стараясь не разбудить других жильцов. На улице меня встретил прохладный утренний воздух, еще не успевший прогреться июньским солнцем.
Я начал с легкой пробежки трусцой по направлению к Центральному парку. Улицы практически пусты, если не считать редких доставщиков молока, булочников и уборщиков. Многие из них с недоумением оглядывались на меня, молодого человека, бегущего без видимой причины.
— Эй, парень, за тобой кто-то гонится? — крикнул мне пожилой дворник, подметавший тротуар перед маленькой бакалейной лавкой.
— Нет, сэр, просто утренняя пробежка, — ответил я на бегу.
— Чудные нынче пошли молодые люди, — покачал он головой, возвращаясь к своему занятию.
В двадцать первом веке бегуны были неотъемлемой частью городского пейзажа. В 1928-м человек, бегущий трусцой по улицам, вызывал недоумение или беспокойство.
Физические упражнения в эту эпоху пока еще удел профессиональных спортсменов. Или они проводились в специальных залах. Идея о том, что обычные люди могут бегать для поддержания здоровья, еще не прижилась.
Достигнув парка, я увеличил темп. Легкие наполнились свежим воздухом, свободным от смога и выхлопных газов современного мегаполиса. Бег всегда помогал мне думать, структурировать мысли, просчитывать варианты.
Сегодня мой разум был занят анализом вчерашних успехов и планированием следующих шагов. Утренний успех с акциями Baldwin, привлечение Милнера с его миллионами, предложение о работе от Прескотта, соглашение с Мэдденом. Все складывалось даже лучше, чем я ожидал.
К тому же сегодня предстояла встреча с Фуллертоном, владельцем сети универмагов, который уже выписал мне чек на две тысячи долларов за квартальные консультации.
  
Завершив круг по парку, я повернул обратно к квартире. Солнце уже поднималось над горизонтом, окрашивая крыши зданий в розоватые тона. На обратном пути встретил еще больше удивленных взглядов.
Молодая девушка, выгуливающая маленькую собачку, буквально застыла с открытым ртом, когда я пробегал мимо. Пожилая леди в строгом платье с кружевным воротничком даже перекрестилась, словно увидела нечто непристойное.