Собирай меня по осколкам (СИ)

Первая пара шла долго, нудно и неинтересно. Нас опросили, выдали задания и отправили дальше. И вот тут, уже, будучи в коридоре, я начала замечать что-то неладное. Подглядывания, перешёптывания.
- Слушай, такое ощущение странное, - призналась Соньке.
- Ты просто очень красивая сегодня. Романенко увидит, и челюсть отвиснет, - засмеялась она. Однако чувство тревоги не отпускало. Казалось, за мной шлейфом идет что-то плохое, липкое, готовое разорвать на части. Я даже пару раз оглянулась, старалась прислушаться к голосам. Но они постоянно затихали.
А после третей пары, когда мы пошли в столовую, голоса перестали стесняться в высказываниях. Мы с Сонькой только встали в очереди за едой, как незнакомая девчонка выше на две головы и толще настолько же, развернулась и резко толкнула в плечо.
- Ты как? – спросила Соня. Я перевела ошарашенный взгляд с нее, на незнакомку и кивнула. Так агрессивно люди в универе со мной обычно себя не ведут. Да и ни с кем. У нас тут народ уже взрослый с головой.
- Привет, красотка, - я не успела повернуть голову, как чья-то мужская рука приложила к моей ягодице. Шлепнула. Меня!
- Эй! – крикнула, нет завопила. Парень залился довольной улыбкой, разглядывая меня каким-то сальным взглядом. Он был чуть выше ростом, не худой, не толстый, обычный. – Совсем что ли?
- А что нельзя? – спросил нагло брюнет.
- Разве такие, как ты не любит, когда их берут без разрешения? – послышалось откуда-то из стола. Мы с Сонькой переглянулись, затем начали искать того, кто выкрикнул реплику. Однако в толпе были лишь незнакомые лица, которые смотрели на меня… в самом деле, как на дешевую шлюху. И нет, дело явно было не в платье. Я в нем уже ходила на втором курсе, Денис тогда заливался соловьем, до чего красиво выгляжу.
- Со мной не хочешь? – крикнул кто-то.
- Групповушку еще устройте, - засмеялся дальний стол.
К горлу подкатил ком, руки задрожали. О чем они все говорят, почему так себя ведут. Я переводила взгляд от одного столика к другому и вместо слов, слышала пустой шум. Губы дернулись, будто еще немного и слезы хлынут. В одну минуту мой розовый мир перевернулся, сделался грязным болтом. Меня затягивало, нет, меня втаптывали, как однажды в школе.
В голове вновь мелькнула мысль: неужели дело рук Тимура? Неужели он… Только его поступки, говорили об обратном. Мозг настойчиво твердил – Авдеев рисковал ради меня жизнью. Не стал бы он такие вещи творить. Не совсем же отбитый. Или же…
Пока я размышляла, пока пыталась собрать единый пазл, дверь открылась, и нее вошел Ваня вместе с Алисой. А за ними следом Дэн, ребята из баскетбольной команды, Малиновская и еще пару человек. Они остановились возле центрально столика. Романенко уселся, а вот Ваня продолжал стоять, смотреть на меня.
Его рук дело, поняла я. Только зачем? Мы с ним едва знакомы. Или он так мстит за Алису, что в свое время Тим выбрал не ее, а решил быть со мной? Ну, это же какая-то глупость. Ладно! Допустим этот Ваня с мозгами не в ладах, но люди в столовой, у них голова для чего на плечах? Так легко поверили, что любая вторая девушка ш…
Я сжала руки в кулаки, глотнула воздуха и уверенной походкой направилась к столику, где стояла гоп-компания.
- Эй, девочка, номерок дашь?
- А может она чего другого дать хочет?
- Маша, ты ротиком отменно говорят, работаешь?
- Остосешь…
Это было мерзко. Слушать реплики, которые доносились с разных углов – чертовски мерзко. Наверное, когда тебя обливают помоям не настолько противно. Однако я продолжала держать спину ровной, этому меня научила школа. Гева. Ленка. Да, мне было страшно смотреть в глаза Ване и Алисе. Да, у меня сердце лихорадочно колотило в груди. Но я знала, никто не заступится за мое честное и невинное имя. Никто, кроме меня. Поэтому пасовать нельзя. Не сегодня, не сейчас.
Я остановилась в двух шагах от пункта назначения. Вздохнула и произнесла.
- Это так по-мужски, распускать сплетни о девушках. Мог бы и лицо высказать все, что накопилось.
- Ух, горячо, - засмеялся Ваня. Подошел ко мне, слишком близко, отчего я вдруг почувствовала себя уязвимой. В огромной столовой, где, наверное, сидело человек сто или двести, повисла тишина. Напряженная, острая, беспощадная. Она резала мои нервные клетки, раздирала кожу и пыталась сломать остатки стержня. Но я держалась.
 
- Вань, - подал голос Денис, явно планируя что-то сказать.
- Скажи девочка, - Ваня наклонился, опыляя своим горячим дыханием мои губы. Его пальцы потянулись к моему лицу. – Ты и в койке такая дерзкая? Может, на коленки встанешь, поработаешь ротиком?
Я хотела дать ему пощечину, хотела сделать шаг назад, но не успела. Кто-то схватил за плечо Ваню, резко дернул на себя и со всей дури врезал по лицу, ровно в челюсть. Алиса отскочила, ребята из баскетбольной команды поднялись из-за стола, вместе с ними и Денис, который до этого молча наблюдал за зрелищем. Я перевела взгляд с Вани и только сейчас заметила… Тимура. Его кулак пришелся еще и еще по другу или бывшему другу. А на третий раз он замахнулся и замер, вглядываясь в лицо Вани.
- Тим, ты что творишь? – завопила Алиса.
- Тим, эй, друг, - кто-то схватил его за локоть и постарался оттащить. Авдеев лишь на секунду сморщился, и тут я поняла – ему больно. Раны еще свежие. Однако для других он бесстрашный, не имеющий границ парень.
- Тим? – произнес с хрипом Ваня. В зале до сих пор стояла гробовая тишина. – Это ты?
- Совсем поехал, дерьмо ты конченное? – прорычал Тимур, припечатав тяжелым взглядом. Я опустила голову, ощущая как глаза, наполняются слезами. Начала моргать часто, но не помогало. Все вдруг всплыло, старые раны саднили, кровоточили. Опять эта проклятая зажигалка и голос Гевы. Ненавижу эти воспоминания.
- Что? – Ваня кое-как поднялся, но между ними с Авдеевым стояли парни. – Это ты поехал, Тим. Я тут за тебя горло деру. Ты глянь на эту дрянь, ходит здесь…
- Заткнись! – крикнул стальным голосом Тимур. По спине у меня аж мурашки пробежались от его интонации. Ледяная, острая, словно удар молнии. Я подняла голову, и впервые задумалась: он меня защищает? Он ударил своего друга из-за меня? Ему не все равно? С глаз скатилась слеза, но я поспешила ее убрать. Не хватало еще прослыть слабачкой.
- Три года назад она тебе… - заговорила Алиса.
- Может, ты еще в кровать к нам залезешь, Серебрянская?
- К вам? – спросила она, брезгливо поглядывая в мою сторону. Так будто в этой фразе уловила какой-то скрытый подтекст.
- А ты, Вань, еще хоть…
- Ты что бьешь морду своему другу из-за этой бабы? – завопила Алиса. Да так громко и противно, что народ поморщился.
- Алис, ты чего? – вмешалась Инга, пытаясь усадить Серебрянскую. Однако та ждала ответа от Тимура. Черт. Я, кажется, тоже его ждала. Долго ждала. Глупый орган изнывал в трех словах, изнывал в желании быть нужным Авдееву.
- Тим! – повторила Алиса. Ее вопль разлетелся на весь зал.
- Ты серьезно еще не поняла? – губы Тима растянулись в насмешливой высокомерной улыбке. – Гарвард не пошел тебе на пользу, детка.
- Эй, - Авдеев вдруг развернулся. Казалось, он посмотрел на каждого студента в этой столовой, на всех, кроме меня. Взгляд его был тяжелым, убийствам и бескомпромиссным. Таким нельзя говорить нет или идти против. – Все, что вы знаете – это бред одного дебила, который когда-то был мне другом. Лучше бы у вас случилась внезапная амнезия, иначе придется каждому испортить фейс. И да! – Тим вдруг подошел ко мне, снял парку и накинул на мои плечи. Затем обернулся снова к Ване и добавил: - Еще раз вякнешь в сторону моей девушки, я тебе морду сломаю окончательно. Три года назад и сейчас она была и остается ТОЛЬКО моей. Заруби себе это на носу.
- Маша твоя девушка? – спросила парень из баскетбольной команды.
- Да, моя, какие-то проблемы? – сквозь зубы произнес Тим. По скулам его бегали желваки, а одну рука до сих пор сжималась в кулаке.
- Н-нет, я просто… Эй! Что застыли?- Пошли, Маш, - сказал Авдеев. Взял меня за руку, скрестив наши пальцы в надежный замок. И мы пошли, под взгляды и разговоры всех вокруг. С глаз у меня побежали слезы, однако губ коснулась улыбка.