Вспомни

Март вздохнул.
— Ты вынуждаешь меня сказать, что я заберу ее с собой. А если я этого не сделаю…
— Я не настолько хорошо о тебе думаю, Винди.
— Ладно, я возьму ее к себе в случае чего. Но надеюсь, что это не понадобится. Иначе доставлю домой, на Терру, покойницу.
— Мой дом не там, умник! — Робин с вызовом задрала подбородок. — Не на этом твоем Терроре!
Кит хихикнула и подсела за крошечный столик, за которым сидела Робин.
— Я не намерена касаться всех этих чувствительных струн. И тебе, Винди, тоже не советую.
Она пристегнулась мягким поясом к креслу, чтобы ненароком не взлететь.
— Колбы подогрелись. Винди, иди сюда, садись. Я знаю, ты всегда любил запивать еду кофе. А как ты, Робин? Кофе? Чай?
— Чай, пожалуйста. — Голос Робин был на один вздох громче шепота.
— Вот. А это твой кофе, Винди. А теперь, прежде чем вы станете лопать мою фаршированную шпинатом форель, мы должны серьезно поговорить о следующем сеансе съемки. Помните, я заявила, что войду в этот проклятый мавзолей, или что там находится, одна, если вы со мной не пойдете? Я это говорила совершенно серьезно.
Март уселся за стол.
— Возможно, ты передумаешь, если дашь себе труд как следует все обмозговать. Я на это надеюсь.
Кит выглядела угрюмой, насколько это возможно для прелестной блондинки.
— Поздно. Я уже озвучила свое решение. Если ты боишься, завтра я отправлюсь одна.
Сидевшая так близко к Марту, что их локти соприкасались, Робин поднесла к губам колбу для питья, после чего аккуратно опустила на стол.
— Кто-нибудь из вас на самом деле знает, где находится это ужасное место?
В ноздри бил запах ее духов — мускусный, с оттенком корицы.
Кит отрицательно покачала головой.
— Нет, но я его найду. Мертвая леди, возможно, сумеет мне подсказать, с чего начинать поиск.
— Я назвал это захоронение Номер Девятнадцать, — сообщил Март. — Я узнал о нем не так давно, но внутрь не проникал.
— Ну, тогда мне не надо беспокоить пожилую мертвую даму — я вытяну все сведения из тебя. Так ты пойдешь со мной внутрь? Да или нет?!
— Ну, да, да! Я пойду туда с тобой. Но при одном условии.
Тут вставила свое слово Робин:
— Я бы составила компанию Кит, если б она отправлялась туда одна. А так…
— Это звучало бы лучше, — заметила Кит, — если бы ты сообщила об этом до того, как принял решение Винди. В шоу-бизнесе это называется «плохой тайминг».
Она повернулась к Марту.
— А какое там у тебя условие? Может, я на него и не соглашусь.
— Думаю, согласишься. Имеется еще одно захоронение, поменьше. В него я тоже не заглядывал, но у меня есть все основания считать, что оно опасно. Я хочу, чтобы ты сначала отправилась вместе со мной именно туда. Если я прав, ты приобретешь там некоторый опыт. Он тебе очень пригодится, когда мы будем отрабатывать Номер Девятнадцать.
— Это ты так думаешь, — заявила Робин.
Кит жестом заставила ее замолчать.
— Приобрести опыт — неплохо. А почему ты считаешь, что это захоронение менее опасно, чем Номер Девятнадцать? Потому что оно меньше?
Март пожал плечами.
— Хорошо, я согласна. Когда мы туда отправимся?
Робин произнесла:
— Хотела бы я знать, почему он вообще считает это захоронение опасным.
— Завтра, — сказал Март.
Послышался сигнал таймера духовки.
— Прекрасно, — Кит отвязала удерживающий ее пояс. — Ну что, готовы к обжираловке?
Форель была сервирована в тарелках с крышками из жаростойкого стекла. В крышках имелись крошечные лючки, которые скользили в сторону при касании вилкой. Кит показала, как ими пользоваться, воткнув в это приспособление свою вилку и вытащив ее наружу с солидной порцией рыбы и шпината. Март попытался повторить маневр, но волокна шпината сорвались и уплыли прочь до того, как он успел поднести вилку ко рту.
— Похоже, лучше пользоваться китайскими палочками для еды, — сказал он.
Робин хихикнула.
— Эти вилки особые, они лучше палочек, — заверила Кит. — Видишь, рычажок на передней части рукоятки? Нащупал? Потяни, и вон тот металлический язычок зажмет набранную порцию, чтобы она не сорвалась. Ослабь рычажок, когда эта штука будет у тебя во рту, и лопай на здоровье, Робин, будь добра, собери эти плавающие в воздухе хлопья. Сделай что-нибудь полезное по хозяйству.
 
— Конечно.
Форель была превосходна. Март проглотил еще один кусочек, потом спросил Кит:
— Ты когда-нибудь слышала о тугах?
Кит прожевала очередной кусок.
— Это что-то вроде воров-душителей, Винди?
— Близко, но не вполне. Была такая секта в индуизме, члены которой назывались тугами и, поклоняясь богине смерти, приносили ей человеческие жертвы.
— И чего это во всем нас, женщин, обвиняют? — пробормотала Робин.
— Как правило, туги душили своих жертв, но, похоже, при случае могли и кинжалом заколоть. Смерть этих жертв они посвящали своей богине, а имущество несчастных присваивали, чтобы покрыть расходы на проведение подобных операций. Британцы пару веков назад стерли эту секту с лица Земли.
— А зачем ты нам все это рассказываешь, Винди? — спросила Кит.
— Да вот, похоже на то, что эта секта вновь возродилась в новой, модернизированной и вестернизированной форме. И я не вам, то есть тебе и Сью, это рассказываю, а только тебе.
В течение нескольких мгновений Кит выглядела слегка ошеломленной.
— Вестернизированной? Стало быть, они не поклоняются той богине? Но что это означает?
— Компьютеры, застрахованные от взлома линии электронных коммуникаций, и хопперы. Это для начала. А еще, например, огнестрельное оружие. Яды. Ты бывала когда-нибудь на бойне?
— На бойне?! Нет, и не испытываю никакого желания там побывать.
— А придется, — вздохнул Март. — По крайней мере, я так думаю. Ты сказала, что пойдешь внутрь вот этого Номера Тринадцать вместе со мной, если я пойду в Номер Девятнадцать вместе с тобой. Что-то в этом роде.
— Это просто восхитительно! — провозгласила Робин, вдыхая аромат рыбы, насаженной на вилку. — Тебе кто-нибудь уже говорил, что ты классно готовишь эту штуку? Действительно, можно пальчики проглотить. Ты бы доела свою порцию, пока она не остыла.
Кит машинально принялась за еду.
— Пища кажется не такой вкусной, когда человек напуган.
— Очень жаль, но я действительно напуган перспективой твоего визита в Номер Тринадцать. Кстати, о страхе. Я почему тебя о бойне спрашивал… Если бы ты побывала на современном предприятии такого рода, то знала бы — там все так устроено, что животным совершенно не страшно. Страх делает их беспокойными, шумными и трудно управляемыми, поэтому все такие моменты там исключены. Коровы медленно движутся на широкой ленте транспортера, которая совершенно не вибрирует и не издает никакого шума. Лента приносит их к узкому, крутому скату, но к этому времени они уже привыкают к скатам. Этот же кажется совершенно не страшным. Но когда лента достигает дна и начинает подъем, животное уже мертво.
— Ты совсем не ешь, — заметила Кит.
— А я думал, у тебя будут еще вопросы. — Март подцепил на вилку очередную порцию форели и принялся с аппетитом ее поглощать. Приготовлено было действительно восхитительно. Упругое и в то же время нежное мясо свежевыловленной форели, молодые побеги шпината. Обычный лук, лук-шалот, сливки и что-то еще. Нет, мысленно поправил он сам себя, несколько разных видов этого «чего-то еще».
— Что ж, тогда спрошу я, — заговорила Робин. — Ты говорил нам, что не заходил туда…
Видя, что Март намерен игнорировать слова Робин, Кит спросила:
— Это правда, Винди? Ты не заходил внутрь?
— Верно.
— Тогда откуда ты знаешь, что меня там ждет участь коров на бойне и что я так же, как они, не буду испытывать страха до самого конца?
— Потому что другие его не испытывали. Когда я еще находился в поясе астероидов, я перехватил информационный трафик компании, направлявшейся сюда. По крайней мере, я думаю, что они сюда направлялись. Им не было страшно. Они ничего не боялись. Когда у первого из них внезапно оборвался инфопоток, остальные просто пытались докричаться до него. Последняя из них думала, что у нее всего-навсего вышел из строя коммуникатор. Спустя минуту и ее трафик оборвался.