Избранные романы. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– Вы все еще думаете о своей клинике.
Он пристально посмотрел на нее, и ее румянец стал еще гуще. Затем слегка сардонически он ответил:
– Да, сестра. Несмотря на всю нашу славу, мой хороший друг Боули еще не готов к решительным шагам. Возможно, почти готов. Но не совсем. – Он снова помолчал. – Видите ли, он упрямый парень. И он баллотируется на пост мэра в следующем месяце. Он не хочет делать того, что могло бы огорчить городских консерваторов, не хочет, чтобы его называли радикалом, обвиняли в том, что он поддерживает такого бунтаря, как я. Но я верю, да, я верю, что при удачном повороте событий он сможет все это красиво сделать. Кроме него, – лицо Прескотта посуровело, – никто другой в Манчестере этого не сделает. Меня это отчасти тревожит. Но в противном случае я умываю руки, и пусть они тут варятся в собственном соку.
Внезапно Прескотт взглянул на часы. Выражение его лица прояснилось, когда он повернулся к ней.
– Я должен идти, сестра. Не переусердствуйте тут с нашей больной. Погуляйте по здешним садам, они чудесны. И оцените здешнюю кухню. Полагаю, вы найдете, что она немного отличается от госпитальной.
Когда он уехал, Энн с задумчивым и сосредоточенным выражением лица поднялась к своей подопечной. Доктор Прескотт был так добр к ней, старшей медсестре Энн Ли, она была стольким обязана ему в своем нынешнем положении, что ее охватило непреодолимое желание помочь ему в ответ. Он отстаивал все лучшее, что было в его профессии. В том, чего он добивался, была не корысть, а служение идеалу. Она должна помочь ему, она должна использовать для этого любую возможность. Если ей это удастся, то о чем еще мечтать!
  
Глава 27
 
В течение двадцати четырех часов после прибытия Энн без проблем освоилась на новом месте, дабы полностью сосредоточиться на заботе о своей подопечной. Она чувствовала, что все идет хорошо. Миссис Боули, похоже, прониклась к ней симпатией. И это было первое, что требовалось Энн для завоевания доверия и привязанности пациентки.
В четверг в час дня, когда она уходила на часовой перерыв, что-то заставило ее остановиться на верхней площадке лестницы и посмотреть через перила вниз. Там, в холле, стоял Мэттью Боули, вернувшийся из трехдневной деловой поездки в Ливерпуль. Дворецкий Коллинз помогал Боули снять огромную автомобильную куртку, и тот с чрезвычайной быстротой засыпал Коллинза вопросами. Внезапно Боули поднял голову и увидел Энн.
Он сделал паузу в своем пулеметном допросе, чтобы крикнуть:
– Вот вы где, сестра Ли! Вы тот самый человек, который мне и нужен. Можете доложить обстановку.
Пока Энн медленно спускалась по лестнице, он снова обратился к дворецкому:
– Сестра Ли будет на обеде со мной сегодня. Подавайте сразу, Коллинз, как только я загляну к миссис Боули.
Трудно было что-либо возразить на этот своевольный каприз. Боули фактически не оставил времени на возражения. Он бросился наверх, чтобы повидать жену, и через пять минут снова спустился, потирая руки и направляясь в маленькую солнечную гостиную, где он распорядился накрыть стол на двоих.
Энн, честно говоря, предпочла бы поесть в своей комнате в одиночестве, согласно этикету своей профессии. И все же, когда она села напротив Боули, благодаря его непосредственной и добродушной откровенности вскоре почувствовала, что в его просьбе, как он выразился, хоть раз составить ему компанию нет и не может быть ничего предосудительного.
Должно быть, он заметил в ней внутреннюю борьбу, ибо довольно бесцеремонно попенял ей:
– Что вас не устраивает? Вы ведь не прислуга, верно? Вы такая же, как и все мы. И я вас спросил, верно?
Он продолжал откровенничать с набитым ртом:
– На самом деле, вы возможно, также знаете, сестра, что я с нетерпением ждал встречи с вами здесь. Это я вложил такую идею в голову Прескотта. Это я хотел, чтобы вы приехали позаботиться о миссис. – Его красноватое лицо расплылось в ухмылке. – Да, и составить мне компанию, когда у вас будет время. Хотя бы чуток.
  
Энн не знала, что ответить на такие сомнительные признания. Чувствуя страшную неловкость, она сказала:
– Спасибо, что вы дали мне такой шанс. Что так верите в меня. Я постараюсь оправдать ваше доброе отношение ко мне.
– Правильно, сестра. – Он одобрительно кивнул. – Я знаю, что так и будет.
Он с огромным удовольствием продолжал говорить и есть. Как и большинство людей, которые добились успеха собственными силами, он вскоре пустился в историю своей жизни. Боули начинал как фабричный рабочий, а теперь был чуть ли не миллионером. И как он ныне наслаждается своим богатством – своим прекрасным домом, своими машинами, своей коллекцией произведений искусства, то есть всем своим добром и престижем, который оно ему давало. К тому же он собирался стать мэром Манчестера!
Он немного размяк, когда стал рассказывать о своей семье. На больную жену жалоб не было, но вот сын вступил в неудачный брак и потерпел крах. Кого Боули обожал, так это свою племянницу Роуз, тринадцатилетнюю девочку. Он отдал ее в лучшую школу Англии – Роуз, как с гордостью заявил он, «получала образование среди знати». Он заставил Энн посмотреть несколько фотографий своей любимицы.
Боули, видимо, так и продолжал бы разглагольствовать о Роуз, о себе, о жизни в целом. Но часы на каминной полке теперь показывали два часа, и Энн это отметила. Воспользовавшись паузой в разговоре, она тихо сказала:
– Мне пора вернуться к моей пациентке, мистер Боули. Мой перерыв закончился.
– Не спешите, моя дорогая, – ответил он. – С хозяйкой ничего не случится за какие-то лишние пять минут.
Но Энн, улыбаясь, покачала головой:
– Мне действительно пора идти, мистер Боули. Я должна делать свою работу. Вы были бы невысокого мнения обо мне, если бы я пренебрегла этим. – И она встала из-за стола.
Похоже, этого он от нее не ожидал, однако тут же скрыл свои эмоции. Боули тяжело поднялся и похлопал ее по руке:
– Это верно, моя дорогая. Долг превыше удовольствий. Это всегда было моим девизом, и мне за это хорошо платили. – Он от души рассмеялся. – Тогда бегом вперед. Передайте хозяйке сердечный привет. Скоро увидимся. Будьте как дома. Коллинз о вас позаботится. И не забывайте: если вам что-то понадобится, стоит только сказать.
  
Глава 28
 
Две недели пролетели быстро. Но, к горькому разочарованию Энн, несмотря на все ее усилия, заметного улучшения в состоянии миссис Боули не наступило. Поначалу ее подопечная вела себя так, что Энн надеялась на скорое, впечатляющее излечение. Но в последние дни миссис Боули стала странно молчаливой и угрюмой. Энн перепробовала все, чтобы взбодрить ее, но чем больше она старалась, тем хуже был результат. Энн внезапно поднимала глаза и ловила на себе странный сверлящий взгляд миссис Боули. Это было неприятно и необъяснимо.
Энн все острее воспринимала эту ситуацию, потому что ей очень хотелось оправдать доверие и отплатить за проявленную к ней доброту. Впервые в жизни она столкнулась с таким прекрасным обхождением – ей было неловко за те знаки внимания, которые ей оказывали. Когда она возвращалась в свою комнату, там ее ждали свежие цветы, или блюдо с персиками из оранжереи, или кисти винограда, или же коробка шоколадных конфет. Она не раз пеняла Коллинзу за эти чрезмерные подношения, но дворецкий, смуглый и угрюмый мужчина, бесстрастно глядя на нее, просто повторял, что таков приказ.
Чтобы избавиться от угрызений совести, она угощала деликатесами своих подруг, когда в свободное время приходила в «Хеппертон». Никогда еще дом медсестер не знал таких королевских пирушек.
Однажды утром, ближе к концу второй недели, когда она возвращалась из подсобных помещений с кувшином ячменной воды, которую приготовила для миссис Боули, Энн встретила самого Мэтта. Он торопился на какую-то встречу в связи с предстоящими выборами мэра, но остановился перед ней со своей дружелюбной улыбкой.