Избранные романы. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Заметив меня, он протянул мне навстречу руки:
— Мой дорогой, дорогой Алек! Какое счастье вновь видеть тебя! Жаль только, что наша встреча будет такой короткой. Ох уж эти проклятые прививки! — Он посмотрел на огромные наручные часы со знаками зодиака, которые, похоже, могли служить также и компасом. — Пошли! У нас еще есть в запасе десять минут! — воскликнул он и, подтолкнув меня в сторону зала ожидания, добавил: — Я заплатил носильщикам, чтобы доставили багаж прямо в вагон.
— А ты ничуть не изменился, Алек. Ни капельки не постарел, — внимательно оглядев меня, произнес Десмонд. — Это, наверное, благодаря твоим ужасным холодным ваннам. А как ты меня находишь?
Передо мной был все тот же Десмонд, который послал торт отцу Бошану, однако я сказал:
— Ну… ты вроде изменил манеру одеваться.
— Алек, мне пришлось пройти через все круги ада, но теперь я уже совершенно другой человек, — довольно улыбнулся он.
— Ты, должно быть, добирался сюда в жуткой спешке. Позавтракать хоть успел?
— Да так, чота хазри [890] в дуврском поезде, — с нарочитой небрежностью бросил Десмонд. — Одним словом, я позавтракал. Кстати, ты получил Мэри Кассат?
— Да, Десмонд. Спасибо тебе большое. Прелестная картина.
— Я надеялся, что она понравится мисс Рэдли.
— Очень понравилась. И моей жене тоже. Это даже ее немного взбодрило. Последнее время ей что-то нездоровится.
— Сочувствую, Алек, — вздохнул Десмонд, после чего, слегка распахнув пальто, продемонстрировал мне внушительный нож в ножнах, прикрепленный к бедру.
— Десмонд, а ты, оказывается, вооружен! — удивился я.
— Дакойты [891], — лаконично ответил Десмонд. — В Мадрасе их полным-полно. Так что надо быть ко всему готовым. Жутко неудобно, натирает кожу, но я хочу привыкнуть его носить. — И после небольшой паузы Десмонд спросил: — У тебя есть для меня новости из Ирландии?
— Да, Десмонд. Последнее время мы довольно часто встречались с мадам Донован. Она продолжила наше швейцарское знакомство и, оказавшись в Лондоне, специально приехала повидаться с моей женой. Они друг другу очень понравились. Мадам Донован любезно пригласила меня в Блэкуотер порыбачить лосося. Могу доложить тебе, что она в порядке, а твоя дочь растет настоящей красавицей и умницей. И добрейший каноник держится молодцом.
— Пожалуйста, расскажи им, каким я тебе показался, — немного помолчав, произнес Десмонд с несколько драматическим надрывом в голосе. — Когда я в боевой раскраске решительно и бесстрашно иду в наступление.
Я с трудом сдержался, чтобы не улыбнуться. Вот в этом был весь Десмонд, который, похоже, никогда не повзрослеет. Ему еще здорово повезло, что в Голливуде он встретил таких замечательных людей, как Фрэнк Халтон и, естественно, отец Дэвис. Иначе эти голливудские волки просто-напросто сожрали бы его. Не сомневаюсь, в Индии у него все будет хорошо, если, конечно, найдутся подходящие поклонники его талантов. Возможно, какой-нибудь юной магарани [892] понадобится учитель для расширения кругозора. Но я отбросил эту крамольную мысль и сказал:
— Ты непременно должен рано или поздно вернуться в Ирландию.
— Обязательно, Алек. Но только тогда, когда, подобно Клайву, покорю Индию.
Теперь уже я посмотрел на свои часы, никелированные и не хуже, чем у Десмонда.
— Десмонд, как думаешь, тебе не пора? Твой поезд…
— Ах да, — сказал он, вставая. — Проводи меня до турникета, мой дорогой Алек.
Я подчинился и последовал за Десмондом, который размашисто шагал впереди, словно Каварадосси, идущий навстречу своим палачам. А потом на изумленных глазах парочки контролеров он нежно обнял меня и, расцеловав в обе щеки, направился в сторону своего вагона.
Я чувствовал, что просто обязан ему подыграть и подождать, пока поезд не скроется из виду. Но долгое ожидание меня изрядно утомило, жена была нездорова, новый роман продвигался с большим трудом, а поскольку я вышел рано и без чота хазри, то решил, что будет лучше пойти домой.
Глава 10
Мы как раз заканчивали свой традиционный воскресный ланч: зеленый салат и твердый сыр «Грюйер» на хрустящих хлебцах, фрукты и кофе, — приготовленный на скорую руку после посещения церкви и сервированный на застекленной террасе, из окна которой открывался потрясающий вид на склоны Дент-дю-Миди вдалеке и Женевское озеро внизу. На прозрачно-голубом небе сияло солнце, холодный ветер гнул тонкие ветви деревьев. И я уже в который раз подумал о том, как нам повезло пять лет назад найти это чудесное место: удобный одноэтажный дом с садом, засаженным сортовыми кустами и деревьями. В свое время мадам Донован, узнав о продаже дома, соблазнила нас переехать в Швейцарию.
— Еще чашечку? — спросила Нэн. — Хозяин, вам просто необходимо выпить еще кофе, а то вы сейчас заснете.
— Успокойся, дитя. Ты же знаешь, что я обещал подрезать азалии. Если я этого не сделаю, то в будущем году они не зацветут.
— Я как раз собиралась вам сказать, что уже подрезала их. Но пионы требуют прополки.
— Ну вот, я уже настроился на азалии, а ты оставила меня без работы.
— Ой, смотрите, какая хорошенькая синичка сидит на кормушке!
— Твоя хорошенькая синичка склюет всю мою вишню. Вот дурашка! А твой жирный черный дрозд, мистер Пиквик, с которым ты так носишься, портит газон.
Неожиданно раздался звонок в дверь.
— Проклятье!
— Я открою, — сказала Нэн. — У Джины сегодня выходной.
— Даже и не вздумай! Это, наверное, опять кто-то хочет посмотреть на наш сад. Не отвечай, и они сами уйдут.
Но в дверь позвонили еще раз, уже более настойчиво.
— Ничего не поделаешь. Придется открыть, — вздохнула Нэн и поспешила в холл.
Я услышал, что она с кем-то беседует в дверях, но слов разобрать не смог. Вскоре Нэн вернулась, вид у нее был встревоженный.
— Хозяин, — неуверенно начала она, — там какой-то странный маленький человек, весь в черном и с косматой седой бородой. Хочет вас видеть. Похоже, священник. Какой-то отец Кивер.
— Кивер? — Я живо вскочил со стула и бросился к двери. — А может быть, Сибер?
Так оно и было! Я в любом случае узнал бы его. Причем не только по описанию отца Сибера в письмах Десмонда, но и по фотографиям, вложенным в его забавные письма с просьбой о денежной субсидии.
— Пожалуйста, входите, отец, — произнес я, протягивая ему руку. — Какая приятная неожиданность!
— Да-да, обязательно войду, — улыбнулся он. — Но чтобы вы не слишком сильно переживали, сразу скажу, что я ненадолго. Я был в Кельне, навещал брата, но специально сделал крюк, чтобы на обратном пути заехать к вам.
— Вы просто обязаны погостить у нас.
— Нет-нет, доктор, не могу. Мой самолет вылетает из Женевы в шесть тридцать. Но если вы угостите меня кофе, я не откажусь.
Нэн тут же налила ему чашку кофе, которую он принял с улыбкой.
— Мисс Рэдли, если не ошибаюсь? Наслышан, наслышан о вас от Десмонда. Похоже, вы его недолюбливаете. Это правда?
— Не его лично. А всякие там поклоны и расшаркивания, которые он так любит.
— Ну, от этого его отучить невозможно, — рассмеялся отец Сибер. — Последнее время вы что-нибудь о нем слышали?
— Нет, вот уже целую вечность от него ни слуху ни духу.
— Тогда сейчас услышите. Но сперва я хочу узнать, как вы поживаете. Вы оба здоровы?
— А разве наш цветущий вид вам ни о чем не говорит?
— Конечно говорит. А как ваша бедная жена?
— Физически она чувствует себя хорошо. Но… не более того. Она уже не узнаёт ни меня, ни детей. Хотя вполне счастлива. А так как ей запрещено жить дома, то она живет в прелестном загородном коттедже, где за ней ухаживают две сиделки и наблюдает опытный врач. Лучшее лечебное заведение для больных в таком состоянии.
— Боже мой! Боже мой! Какое несчастье! — вздохнул он и добавил: — И наверное, стоит такое удовольствие целое состояние?