Академия (СИ)

Подойдя к деревянной стойке с мечами, он взял пару из них, один бросил мне, себе оставив второй.
— Начнем? — спросил он. Я быстро кивнул: с тренировочным мечом я чувствовал себя намного увереннее. Да и получалось у меня здесь намного лучше.
— Силу не применяем, — напомнил учитель. — Чисто продемонстрируй степень владения клинком.
— Хорошо, — кивнул я и почти сразу нанес удар, целясь по кисти руки. Не обязательно нанести сразу смертельную рану, если враг силен, попытайся лишить его возможности сражаться: разрежь сухожилия, подсеки ногу, бей туда, где твой клинок не ожидают.
  
Уроки старого мастера не прошли даром, фехтовать я любил и умел. Вот только мой противник оказался на голову выше меня, и удары он парировал кончиком клинка, постоянно маневрируя, не контратакуя. Стремясь его достать, я уже испробовал весь свой арсенал приемов, пот катился по лбу, застилая глаза, дыхание сбилось, а я только лишь раз смог задеть мастера по плечу, и то скорее случайно. А когда мой очередной удар снова провалился в воздух, меня просто хлопнули деревяшкой по лбу.
— Достаточно, — старый казак удовлетворенно качнул головой. — Основами техники рукопашного и клинкового боя владеешь на должном уровне. Давай зачетку.
— А можно у вас будет потом позаниматься? — уточнил я, протягивая синюю книжицу.
— А зачем? — удивленно спросил тренер, расписываясь в зачетке и ставя личную печать. — Твое оружие — это не руки и даже не клинок, — он кивнул головой на тренировочный меч. — Твое оружие — это мех. А вне его что с руками, что с клинком против серьезных тварей ты все равно и секунды не продержишься. И если уж такое случилось, что ты оказался вне кабины шагохода, ты в первую очередь должен надеяться не на сильные руки, а на крепкие ноги. И сделать все, чтобы тебя не сожрали твари. Новую железяку, если что, тебя на заводе снова отштампуют, а вот нового пилота подготовить… Это гораздо тяжелее, сложнее и дольше. — Он протянул мне зачетку. — Так что береги себя и, если придет такой момент, вспомни о моих словах и глупо не геройствуй.
— А зачем тогда это все? — я недоуменно указал на тренировочный зал.
— А здесь мы учим не только драться, но в первую очередь воспитываем боевой дух, чтобы вчерашние девочки и мальчики, еще только недавно вышивавшие крестиком и игравшие в солдатики, не падали в обморок при виде тварей, а шли вперед, вступали в схватку, пытаясь не только защитить свою жизнь или товарища, но и убить тварь, которая ее хочет забрать. И моя задача — взрастить этот дух и укрепить его. А все это, — он махнул рукой в сторону деревянных мечей в стойках, — дело второе, если не третье. Но с этим у тебя и так в порядке, так что не буду отнимать у тебя время. У тебя его и так не слишком много.
Последняя фраза меня насторожила, но, ничего больше не сказав, я вышел из зала. И лишь на выходе, обернувшись, спросил:
— А что у вас за стиль боя?
— Казачий спас, — ответил мастер, убирая мечи назад в стойку, и я прикрыл за собой дверь.
* * *
— Ну что? — капитан Горохов, ожидавший меня возле входа в зал, протянул руку и почти выдернул зачетку из рук. Быстро пробежался по заполненным в ней страницам. — Сдал! — Он довольно улыбнулся, увидев печать и подпись учителя по рукопашному бою. — За него я больше всего опасался: просто так ставить зачет он не хотел, сказал: сначала должен посмотреть тебя в деле.
— Так, дальше у тебя полевая медицина и основы алхимии, — продолжил он. — Здесь никаких поблажек: ходишь, запоминаешь и учишь. Потом монстроведение — тут тоже будешь заниматься на всю катушку, о дополнительных занятиях я уже договорился. А также основы развития дара. На все три предмета у тебя будет восемь дней. За это время как раз твоего будущего меха в порядок приведут — мне в мастерской клятвенно обещали.
Чуть задумавшись, он достал небольшую книжицу и, вырвав листок, быстро что-то в нем записал.
— Отдашь Софье Андреевне, она у тебя алхимию будет вести. Она выдаст тебе пилюли, «Ментор» называются, усиливающие способность к обучению и запоминанию. На монстроведении они тебе понадобятся.
— А это что за предмет такой? — тихо уточнил я. Голова немного шла кругом от всех происходящих вокруг событий. Я, может, и не все запомнил, но такого предмета в расписании точно не было.
— Это мы так называем «Основы разновидностей поведения и боевые характеристики иномировых существ», — ответил капитан Горохов. — Предмет для тебя нужный и полезный. Вы его все полгода должны были проходить, но тебе придется все запоминать в ускоренном порядке. Поэтому я и попросил тебе выдать «Ментор»: нет у тебя столько времени.
— А куда мы так торопимся? — уточнил я, убирая листок.
— На полигон, Вань, на полигон, — капитан Горохов при этих словах так зловеще улыбнулся, что я невольно вздрогнул. — Будем из тебя пилота тяжелого меха готовить в ускоренном порядке. Вот я тебя от всякой ненужной мути и освободил. Так что давай ноги в руки и вперед — грызть гранит науки, пока зубы еще есть. Мне надо под тебя еще звено подбирать.
— А можно предложение? — подал голос я, едва услышав последнюю фразу.
— Ну, — капитан Горохов заинтересованно посмотрел на меня.
— Я там в казарме познакомился с двумя обязанными лицами. — Язык не поворачивался Вику с Давидом кандальниками называть. — Тоже только прибыли. Лещинская и Эритави. У Давида новенький «Вулкан» — идеально закрывает с помощью огнемета все ближние подступы, плюс огненный дар. У Вики «Саранча» — идеальный разведчик и застрельщик, и характер, что самое главное, боевой.
Горохов что-то прикинул в уме.
— Ну, в принципе, можно: один ближник, второй провокатор, выводящий тварей под удар. Хм… Они твои друзья? — он внимательно глянул на меня.
— Скорее, знакомые, — ответил я. — Познакомились пару дней назад.
— Что ж, на полигоне посмотрим, может, и будет толк, — задумчиво протянул капитан, явно прикидывая все «за» и «против».
— А пока, Соболев, марш в учебный класс! Солнце еще высоко, а курсант даже не уставший.
* * *
Зачет по полевой медицине я сдал сразу: папа меня и так всему, что нужно, научил — и как рану обработать, и как повязку наложить, и как разрез зашить, если нужно. Ничего в этом сложного нет. Достаточно было продемонстрировать свои навыки: наложить жгут, не забыв написать бумажку с указанием времени и даты, показать как будешь действовать случае сильной кровопотери, что и в каком порядке будешь применять — и этого оказалось достаточно для сдачи зачета. Все равно никто не ожидает, что пилот меха сможет заменить доктора на поле боя. А так — забинтовать раненого товарища до прибытия санитара, чтобы тот смог дотянуть до госпиталя и не истек кровью по дороге к нему, — и пойдет.
А вот занятия по алхимии оказались гораздо более углубленными и интересными. Допустимые дозы приема усилителей, какие из них сочетаются друг с другом, а какие ни в коем случае даже смешивать нельзя. А уж что преподаватель думала про китайские препараты — цензурно даже описать нельзя. При одном их упоминании милая интеллигентная женщина превращалась в фурию и огнедышащего дракона в одном лице, готовая лично испепелять все эти подпольные лаборатории вместе с их хозяевами. Жалко вот только, что лицензированные усилители достать почти невозможно, даже на черном рынке, их в воинских частях для пилотов не хватает не то, что на продажу. А вот китайские разноцветные пилюльки с выдавленными на них зверьками при желании купить можно. И даже зная всю опасность их применения, засорения организма токсинами, возможные повреждения внутренних органов, от своих избавляться я не планировал. В бою надо выжить, а о последствиях для здоровья можно подумать и потом. Тут главное — жизнь сохранить. Кстати, завтрашнее занятие как раз и будет связано с очисткой организма от последствий искусственной стимуляции. Для меня это будет весьма полезно.
  
Что ж, с учебой все более-менее ясно. Осталось главное — решить, где взять деньги. При всем добром отношении преподавателей ко мне, никто из них мне тяжелый мех не купит. Даже если они всей академией скинутся. У того же Горохова оклад сто двадцать рублей и семья из пяти человек. Сомневаюсь, что у него к концу месяца лишняя десятка остается, не то что тысячи. Так же, я думаю, и у остальных. Еще у кого-то попробовать взять в долг? У кого? Из всех немногочисленных людей, что я знаю в городе, такие деньги могут быть только у Епифанова. И что — я заявлюсь к нему домой: «Здрасьте, мы ехали с вами в одном поезде. Одолжите, пожалуйста, тысяч тридцать, мне на мех не хватает, а я потом, когда-нибудь, обязательно постараюсь вам отдать»? Даже не смешно.