Няня для военного (СИ)

– Пингвина, – уверенно произнесла, зная, что он всё равно мне не достанется. Александр хоть и идеален, но вряд ли он попадёт так много.
– Отлично, – как ни в чём не бывало, произнёс, обращаясь к девушке. – Сколько нужно выбить банок, чтобы получить вон того пингвина?
Озвучив цифру: двадцать восемь из тридцати, начальник кивнул и взял автомат в руки. И только одно это зрелище привела меня в огромный восторг. Если раньше мужчина выглядел огромной скалой, за которой можно было спрятаться и ни о чём не переживать, то сейчас… Я была уверенна, что за ним можно было укрыться как за каменной стеной.
Первый выстрел заставляет меня чуть подпрыгнуть на месте и перевести взгляд на мишени. Одна за другой падали на пол с огромной скоростью. Я только и успевала, что улавливать падающие предметы, которые менялись так быстро, что мой взгляд летал от одной точки к другой.
Ошарашенно стояв на месте, не могла поверить в то, что вижу.
Четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать. Ни одного промаха, всё быстро и чётко, будто сейчас он был не в тире, а в настоящем бою. С таким же серьёзным лицом, со всей ответственностью подошёл к заданию, что у меня на душе снова разлилось невидимое тепло.
Когда последняя тридцатая банка упала на пол, только и могла, как и шокированная сотрудница, смотреть на это округлившимися глазами.
Автомат вернулся на место, а мужчина обернулся ко мне, улыбаясь.
– Попробуешь?
Да я бы с радостью, только вот не могу прийти в себя. Он вообще человек?
– Как? – спрашиваю, намереваясь услышать в ответ, что иногда он подрабатывал купидоном, и часто пускал стрелы в чьи-то попки.
– Состоял в стрелковой дивизии, – ответил, открывая мне ещё одну маленькую деталь из своей биографии. – Твоя очередь.
От того, что он перешёл на «ты» стушевалась. Глупо улыбнулась, а потом осознала, что он сказал.
– Нет-нет-нет! – замахала руками, надеясь, что мужчина не будет настаивать. – Я же не умею! А вдруг попаду в кого-нибудь?
А это могла сделать запросто. У меня руки не из того места растут с самого рождения, чтобы в в ладони не взяла – что-нибудь, да портила. А вдруг попаду в эту милую брюнетку? Да и стрелять я не умела, а опозориться перед начальством совершенно не хотелось.
Глава 
41
– Попробуй, – твёрдо произносит мне Генеральский таким тоном, что отказать ему было невозможно. Послушно иду, опираюсь на стойку и беру оружие в дрожащие руки. Кажется, от страха, по спине прокатилась капля пота. – Стой.
Замерла, чувствуя возле себя тепло. Чужая рука коснулась спины, вызывая по телу табун мурашек. Я когда-нибудь перестану так реагировать на этого мужчину?
– Поставь на место, – эти слова он произнёс тихо, говоря их только для меня. Даже, показалось, что немного интимно. – Облокотись на стойку.
Александр переместил своей ладонью мой корпус немного вперёд, заставляя полностью поставить руки на столик. Чёрт, надеюсь, он не посмотрит на эту короткую юбку, которую надела сегодня специально для него. Сейчас, казалось, она открывала больше, чем я хотела.
– Посмотри в прицел, – слышу уже рядом с собой и сглатываю вязкую слюну. Почему его слова звучат так соблазнительно? – Прицелься, почувствуй под пальцем курок и нажми на него, когда поймаешь свою цель.
Последние слова он почти выдыхает, наклоняясь ко мне, отчего последнее, что могу сделать – сосредоточиться. Мысли хаотично бегают в голове, и я пытаюсь переосмыслить все слова сказанные мужчиной.
Прицелившись, ощутила, что всё это время ладонь Александра так никуда и не пропала с моих лопаток.
Решившись, нажала на курок, сбивая первую банку.
Воскликнув от радости, выкинула автомат из рук и выпрямилась, отчего рука Генеральского сползла чуть ниже, на талию.
Но на это я мало обратила внимания, потому что от радости обернулась к генералу, прыгая ему на шею. Да, мне не впервой приходилось стрелять в тире, и это был первый раз, когда попала по мишени! Первый!
– Спаси-ибо, – протянула, радуясь как последний ребёнок, которому мама купила заветную игрушку.
 
Александр промолчал, и сначала я не поняла почему. И только потом опомнилась, округлив глаза. Очень и очень неловкая ситуация.
Аккуратно убрав руки, которые всё это время находились на его шее, завела их за спину, переминаясь с ноги на ногу.
– Извиняюсь, – буркнула, чувствуя, как щёки краснеют с каждой секундой всё больше и больше.
Но всё-таки, попала же!
– Ничего, у вас осталось двадцать девять выстрелов, – ну вот, Генеральский опять перешёл на это «вы». Кончилась вся идиллия и я, свесив нос, подошла к автомату, тратя оставшиеся попытки. Восемь попаданий из тридцати. На первое время сойдёт.
Когда мы уходили с тира, девушка вручила мне моего пингвина, которого приняла с огромной радостью. Зарылась в него носом, крепко-крепко обнимая.
Его мне выиграл Александр Николаевич, мой начальник. Вот именно, Разумовская, что он – босс. Поэтому всё, что тебе остаётся – идти и обнимать плюшевую игрушку, выигранную им для тебя. Не намеренно, но разве это важно?
Встретившись у батутного центра с Машей и детьми, малышня сразу же накинулась на моего пингвинёнка. Сжала его ещё крепче, начиная изворачиваться от маленьких ручек, которые так и хотели потискать мою прелесть.  Не отдам. Моё.
Выглядело это, конечно, в шуточной форме, но мне всё равно не хотелось давать кому-либо лапать его. Остановив кое-как чертят, невольно посмотрела на Машу.
Девушка пристально смотрела за игрушкой в моих руках, а затем подняла взгляд на моё лицо, отчего мы глянули друг другу в глаза. И честно, настрой бывшей жены Генеральского мне не понравился.
Казалось, что ныне спокойное море вскоре разбушуется, топя маленькие одинокие лодки, погружая их на морское дно. И в одной из них была я, одна маленькая человечишка, которой никогда на помощь не придёт огромный галеон, спасая от бушующего шторма.
Глава 
42
Почти сразу же после батутов мы поехали домой. Маша распрощалась с нами ещё в торговом центре, поцеловав детей в щёки и обняв напоследок меня. Вроде ничего дурного она не сказала и не сделала, но осадок после встречи остался.
Приехав домой, разобрали все покупки, и Александр нас покинул, не объясняя на то причины. А мелкие засранцы тем времени захотели сделать мне новую пакость, на которую, к сожалению, я попалась.
Села своей задницей на шоколадный торт. Да ладно бы на юбку, но в этот момент я не особо заморачивалась, поэтому весь удар пришёлся на мои белые трусишки. Как же смеялись эти паршивцы! У меня до сих пор этот противный смех в ушах.
Но зато! Потом они весело убирали с дивана расплющенное лакомство и при этом плакались, что я не должна была заставлять их делать это. Ага, как же. Труд сделал из обезьяны человека, может и из них что-то выйдет.
Когда время приблизилось к обеду, схватив двух шалопаев за шкирки, потащила на кухню. Если опоздаем, папаня нам задаст жару в виде пятнадцати кругов на зарядке. Сегодня мне уже влетело с утра, когда я опоздала на пять минут.
Зайдя на кухню, запах еды сразу же вскружил голову, и я плюхнулась на стул, намереваясь хорошенько поесть. Несмотря на съеденную шаурму у Ашота, я всё равно уже проголодалась. Аппетит у меня был хороший, поэтому не представляла, как можно есть три раза в день.
Как только Ираида наложила еду в тарелки, зашёл Генеральский, разговаривая с кем-то по телефону. Говорил спокойно, тихо, иногда делая паузы и слушая собеседника. Но на разговоре был не сосредоточен, потому что успел щёлкнуть Ритку по носу и сесть во главе стола, поворачиваясь к поварихе.
 
Показал ей жестом сделать ему чай, а затем посмотрел на стол, мимолётно одаривая меня своим взглядом.
Беседа продлилась недолго, и когда разговор закончился, Александр убрал телефон в карман брюк, начиная трапезу.
– Пап, – начал Андрей посреди обеда, и я чуть не выронила вилку из рук, потому что Андрей фактически сейчас меня подставлял. Кто должен учить ребёнка, что нельзя говорить за столом, если отец занят? Правильно, няня! И всё равно, что я тут всего почти неделю. – А давай вечером мультики посмотрим?