Камелия. Княжна соляных пустошей 1 (СИ)

Меня мужчины заметили сразу и подозрительно умолкли, а когда я приблизилась, то загадочно переглянулись, и Мирон, не делая из моего визита тайны, заявил:
– Добрый день, Мария. Рад, что вы подъехали. Товар с вами или нужно за ним проехать?
– Со мной. - Я покосилась на рыжего, который стоял слишком близко и внимательно меня разглядывал.
Мирон заметил, что я нервничаю, и решил предупредить:
  
– Пожалуйста, познакомьтесь. Мирослав. Покупатель, кровно заинтересованный в вашем товаре. Именно он готов расплатиться с вами наличными. Или вы передумали и подойдет банковский перевод?
– Наличными. - Я прищурилась сильнее и недоверчивее, на этот раз смерив рыжего уже не косым, а прямым, оценивающим взглядом. - И зачем вам тигр? Вы же сам охотник. И маг… Огня, верно?
– Верно, - доброжелательно улыбнулся мне мужчина с непривычным, но красивым именем. - Но тигра в моей коллекции ещё нет. А я… скажем так, очень сильно в этом заинтересован. Могу я взглянуть на голову?
– Конечно.
Вынув из рюкзака все до единой запчасти, я не стала мешать Мирону раскладывать их на прилавке, а Мирославу любоваться, щупать, изучать и даже нюхать, но всё равно держалась настороже. Мало ли что у него на уме?
И Мирон! Хорош! Зачем светить моим лицом перед посторонним? Это же так опасно!
– Роскошный экземпляр. Просто роскошный, - в итоге удовлетворенно поцокал Мирослав и посмотрел на меня с улыбкой. - Мария, вы сделали меня самым счастливым мужчиной на всём белом свете. Скажите, чем я могу вам помочь?
Я озадаченно сморгнула, а он торопливо добавил:
– Помимо денег.
А он шутник…
Скептично хмыкнув, качнула головой, предпочитая внимательно наблюдать за тем, как он вынимает из сумки на боку пачки новеньких пятирублевых банкнот и двигает в мою сторону. Вот только пачки не три с половиной, а четыре. Ровно две тысячи рублей.
Ну и что за грязные намеки пошли?
Пускай я выгляжу на восемнадцать, опыта в определенных делах у меня в сотни раз больше, чем у этого тела. Которое, если меня не обманывает память, ещё не лишено девственности.
– Мирослав… - Я снова посмотрела на мужчину, убедилась, что в его глазах замерло ожидание явно чего-то большего, чем “спасибо”, а затем повернула голову к Мирону. - Мы договаривались на другую сумму.
Бородач пожал плечами, а вот рыжик с подозрительной торопливостью заявил:
– Я знаю. Но эти экземпляры безупречны. Более того, я вижу, что вы не вскрывали мозг…
Вот черт! Точно! Мозг!
– Кристалл, - цыкнула с досадой.
– Кристалл, - подтвердил мою догадку рыжик. - И я чувствую, что он есть. А значит и цена такой головы намного дороже.
– И сильно намного? - прищурилась.
– Относительно. - Он хитро улыбнулся, отчего на левой щеке проявилась небольшая ямочка. - Всё зависит от цвета и размера. Нет, мы, конечно, можем сейчас до него добраться, существенно повредив целостность головы, но это резко снизит уже её стоимость. И не факт, что итоговая цена превысит ту, что я готов заплатить сейчас.
Ой, вот только не надо мне втирать всю эту заумную дичь, а? Понятно же, что он в любом случае в выигрыше. Иначе бы даже не заводил разговор о двух тысячах.
Что ж…
– Спасибо за честность, - кивнула, убирая деньги во внутренний карман рюкзака. - Было приятно с вами посотрудничать. До свидания.
И как ни в чем не бывало отправилась на выход.
Три. Два. Один…
– Мария, подождите!
Я уже почти дошла до двери и мужчины не видели моего лица, так что я позволила себе кривую усмешку, которую быстро стерла, чуть притормозила и покосилась на Мирослава, который меня уже догнал. Но вопрос задала без особой приязни:
– Да?
– Могу я пригласить вас на ужин?
– Это ещё зачем? - фыркнула, всем своим видом давая понять, что слышала предложения и поинтереснее.
– Вы мне понравились, - улыбнулся он так обезоруживающе, что возник серьезный соблазн согласиться.
Но потом я присмотрелась к нему получше, принюхалась даже… Прищурилась, прикинула…
И спросила:
– Аристократ?
Возникла подозрительная заминка, но потом он всё-таки кивнул.
– Спасибо. Не интересует. Папа запрещает. Пока.
После чего преспокойно вышла из лавки, оседлала велосипед и покатилась в сторону ближайшего отделения банка.
***
– Однако… мда, - с нескрываемой досадой констатировал Мирослав, не торопясь догонять строптивую малышку. - Папа - это аргумент. Мирон!
– А?
– Дай ее номер.
– Не дам.
– А за деньги?
– А по морде?
– Ты мне друг?
– Я себе не враг, - хмыкнул майор. - А девочка не глупа. Сразу поймет, откуда ветер дует. Мне ее обида не нужна. Так что сам, Славик, сам.
– Мирон, я же просил… - поморщился Мирослав, до скрежета зубов не любящий, когда его имя сокращали именно так. Но в то же время не спешил обижаться на старшего товарища, который в своё время обучил его многим премудростям охоты, что впоследствии не раз и даже не два спасало ему жизнь. - Ладно, проехали. Как думаешь, аристократка?
– Определенно, - кивнул Мирон, прекрасно умеющий подмечать тысячи нюансов и складывать из них достоверную картину происходящего. - Небогата. Боится огласки, что семье доступен разлом. Руки изящные, но натруженные. Возможно, раньше семья жила в достатке, но в последние годы многое изменилось. Возможно… - выдержав многозначительную паузу и подняв палец, майор повторил: - Возможно, отца уже нет в живых и больше некому содержать и защищать семью. Поэтому так осторожна и даже груба. И в таком случае мне её опасения ещё более понятны. Поэтому что?
– Что? - Мирослав с интересом наклонил голову.
– Не дави. Не преследуй. Не жди многого.
– Пф! Тебя послушать, так мне вообще надо отступиться!
– Может и надо, - кивнул, чем искренне озадачил Тихомирова. Но тут его взгляд стал строже, голос суровее, а следующий вопрос заставил Мирослава и вовсе хорошенько задуматься: - Просто подумай сам. Что дальше? Неужели готов остепениться? Как по мне, рядом с ней на другое рассчитывать глупо. А если хорошенько подумать… То и опасно.
– Это ещё почему? - хмыкнул с недоверием.
– Девочка знает, что такое смерть. И поверь, если ты её разочаруешь, - Мирон загадочно хмыкнул в усы, - тебе не понравится.
***
Без приключений добравшись до банка, я с некоторым удивлением узнала, что ещё в четырнадцать лет отец открыл на мое имя счет, право доступа к которому имела только я, и сейчас там лежали не самые сумасшедшие, но всё равно приятные деньги. Аж три тысячи рублей.
Новость была безусловно приятной, но я всё равно присовокупила к уже имеющимся сбережениям почти все деньги, которые мне дал Мирослав, оставив себе буквально десять рублей на вкусняшки, оформила карту, честно признавшись операционистке, что понятия не имею, где предыдущая, и уже через двадцать минут, предварительно заглянув в аптеку, заходила в ближайший супермаркет, где затарилась самым разным и откровенно вредным.
Вино и шоколад, сладкие булочки и печенюхи трёх сортов, сыр и сливочное масло, а ещё пачка кофе, три десятка яиц в пластиковом контейнере, чтобы не разбить по дороге, и литр вишневого сока.
Красота!
Как же приятно осознавать, что я могу себе всё это позволить!
Домой я вернулась аккурат к ужину и пускай его ещё надо было приготовить, проблемой это не стало и я, предусмотрительно заперев дверь и открыв вино, снова побаловала себя тушеной тигрятиной, на этот раз сделав гарнир из риса с салатом из свежих овощей, и прекрасно скоротала вечер в одиночестве.
  
И никакие Мирославы мне не нужны!
Хотя иногда так хочется…
Почему-то особенно тоскливо стало, когда вино подошло к концу, но я приняла мудрое решение и, не забыв намазать веки кремом, который по заверению продавца помогает от отеков и покраснения глаз, просто легла спать.