Запретная любовь (СИ)

— Спрашиваю ещё раз. — зло бросил я — Каким образом один человек смог пройти все уровни защиты и угнать чёртов катер?!
Дежурившее звено угрюмо наблюдало за мной. Ответы ищут мои помощники и штатный дознаватель. Но сейчас я требовал того же от солдат чёртового крейсера.
— Лейтенант?
— Командор Нокс! У капитана Мориса была записка от вашего имени. Он показал вызов в ваш кабинет и приказ на срочный вылет.
— И вы не удосужились проверить этот приказ?
— На документе стояла ваша синтетическая подпись и виза «секретно». Обратиться к помощникам мы не имели права, а уточнить подлинность у вас лично не могли. Доступ не разрешил искин.
Я остановился, запрокинул голову и досчитал до шести. Какие же тупицы! Просто уму непостижимо!
— Лейтенант, сколько раз на вашей памяти я давал секретные поручения кому-то, кто не числился в моей личной охране?
Он нахмурился, поискал ответ в своей голове и выдал феноменальное:
— Всё когда-то бывает впервые.
Я сделал быстрый, плавный шаг к нему. Уставился прямо в глаза и пронаблюдал, как его зрачки расширяются от страха. А потом заметил капельку пота, скользившую по виску.
— Три наряда вне очереди, лейтенант! — отчеканил и развернулся на каблуках.
Китель давил на шею, но мне приходилось носить его, а не удобный штурмовой комбинезон. Статус, что его! На ходу ослабил одну из пуговиц. Кровь клокотала в голове, бешенство заряжало меня адреналином, но приходилось строго держать себя в руках.
Хоть и хотелось стереть в порошок этих недоумков! Секретный приказ! Надо же! Интересно, какое, по их мнению, поручение я мог дать этому скользкому типу? Сгонять в ближайший супермаркет и прикупить мне энергетических батончиков?
Моя личная гвардия насчитывала двадцать высококлассных специалистов широкого профиля. Каждый из них стоил пятидесяти обычных солдат. И каждому я с лёгкостью доверю любую операцию, как доверяю свою личную безопасность. Но секретное поручение я дал капитану Морису, сотруднику посольства с низшим уровнем доступа на корабле!?
Мои чеканные шаги служили предупреждением всем, кто их слышал. Обитатели крейсера разбегались и прятались в соседних коридорах, не желая сталкиваться со мной. И правильно делали!
В рубке шла напряжённая работа. Джель развесил перед собой виртокна и напряженно вглядывался в них по очереди. Заметив что-то понятное ему одному, он принимался стучать по клавиатуре, добывая новую информацию.
— Где Николай?
— Он с командой обследует терминал вылета, через который Морис покинул крейсер.
— Зачем? Искин не может сформировать отчёт?
— Нет, камеры и замки разбиты. Вылет осуществлялся механически.
— Как это?
Джель пожал плечами.
— Закоратил провода, закольцевал искин вручную, так, чтобы он считал, что этого терминала вообще нет. Это возможно. Крейсер специально сделан на модульном принципе. К примеру, если по какой-то причине отключится силовое поле, и в нас врежется метеорит, то мы сможем изолировать пострадавший отсек.
Kf_n62ym
— И откуда такие знания у психолога при посольстве?
— Понятия не имею! — фыркнул Джель. — Это же не я брал его на работу! Нужно поговорить с его наставником и непосредственным руководителем.
— А лучше поймать его самого и допросить. — намекнул я.
— Боюсь, сделать это будет не просто. Мы не знаем, куда он направился и зачем сбежал.
Мы оба прекрасно догадывались, куда он мог направиться. К отступникам, больше не к кому. Закрыть пространство Марса и контролировать всех и вся невозможно. А при любой политике найдутся недовольные. И на Марсе их всегда хватало.
Вот такие индивиды покупали катера или, скорее всего, воровали их и отправлялись в космическое путешествие. Совет и правительства колоний считали, что они ищут верную смерть, но я думал по-другому. Очевидно, они создали свой анклав. А при нём имелся чёрный рынок. Обрывки данных долетали к нам с захваченных кораблей отступников.
— Основная защита сконцентрирована на внешнем воздействии, пробить её изнутри гораздо легче, чем снаружи. Этим и воспользовался Морис. Мы подлатаем отсек, заново настроим искин. Это займёт примерно десять солов.
 
— Хорошо, работайте.
— А что дальше? Продолжим готовиться к экспедиции? — настороженно спросил Андерсон.
— Нет, пустая трата времени. У меня есть план получше.
  
Глава 11
 
Дик с радостью согласился на предложение странного типа в блестящем комбинезоне. Ещё бы! Он хотел выручить четыре тысячи кредитов, столько требовалось, чтобы отбить затраты на меня. А тут десять тысяч предлагают!
Черты лица покупателя неуловимо напоминали женские. Тонкий нос, пухлые губы, широко посаженные глаза. Красивое лицо, но от него неуловимо веяло жутью. Я поёжилась. Поискала взглядом других покупателей, но все молчали. Видимо, хорошо знали этого мужчину и не собирались спорить с ним.
Дик и незнакомец ударили по рукам. Их комы соприкоснулись и кредиты перекочевали к работорговцу.
— Она дикая и с подчинением у неё плохо, но умелое воспитание сотворит чудо! — сказал Дик.
Мои щеки вспыхнули от этих слов. Какое право он имеет говорить обо мне как о животном?! Намёк на физическое насилие такой явный, что все свидетели сделки улыбаются, а мне с новой силой хочется вцепиться в глотку работорговца!
— Как ты смеешь учить меня, как мне обращаться с моей рабыней? — капризно произносит покупатель и вокруг становиться тихо.
— Прошу прощения! — тут же извиняется продавец.
Сделка совершена и Дик решает, что ему лучше вернуться на корабль. Я провожаю его взглядом. С одной стороны, он для меня монстр, похитивший меня, поработивший! А с другой — мостик в мою прошлую жизнь.
На меня надевают силовые кандалы. Идти в них тяжело. Прежний свободный и непринуждённый шаг невозможен. Теперь я понимаю, почему так странно шёл тот мужчина в общем зале. На нём тоже были кандалы!
Странный мужчина делает знак рукой, приказывая мне идти за ним. Он словно крейсер, своим силовым полем, в открытом космосе прокладывающий путь катерам, сквозь усеянное опасными метеоритами пространство. Мужчины расступаются, давая нам широкую дорогу.
Приноровиться к шагу непросто, но через несколько шагов получается кое-как подстроиться к оковам. Я ненавижу их и рабовладельца, нацепившего кандалы на меня тоже! Но сопротивляться сейчас — значит упустить такую возможность в будущем.
Для начала нужно подготовиться, узнать, с кем я имею дело и тогда уже действовать! Мы выходим из отсека, с другой стороны. Там стоят капсулы с автопилотом. Рабовладелец сажает меня в одну из них, садится сам и прикладывает браслет к терминалу.
— Арена. Северный вход.
Эти слова мне ни о чём не говорят, но мы движемся прочь от шлюзов, а значит, точка назначение не корабль. Неужели мы останемся здесь?
Капсула представляет собой комфортабельное средство передвижение. Наша имеет два удобных сидения. Мужчина сидит по правую руку от меня и «копается» в своём коме.
А до меня только сейчас доходит, что он отдал за меня десять тысяч кредитов! Не знаю, какая ценность у денег здесь или на Марсе, но по алчно блестящим глазам Дика я поняла — это огромные деньги.
Мужчина на первый взгляд кажется холодным и отстранённым. Он не обращает на меня внимание и со стороны кажется, что ему на меня плевать, но я не обманываюсь таким подчёркнутым игнорированием. Зачем-то же он меня купил! Причём за большие деньги.
И от такого показательного пренебрежения становиться ещё больше не по себе!
Мы летим в нескольких сантиметрах от поверхности внутренних коридоров станции, обгоняя тех, кто идёт пешком. Люди расступаются перед нами и глазеют. Открытый верх позволяет всем встречным рассмотреть мои растрёпанные волосы, кровь в уголке губ и испуганные прозрачные глаза.WS1PMAqy
Я слышу восторженные голоса, в них предвкушение и радость, но мне непонятна такая реакция. Какой-то богач купил себе девушку для забавы. И что с того? Это так удивительно? Эти люди ни разу не видели женщину? Внутри чувствуется несогласие с этими выводами. Дело явно в другом. Только вот в чём?