Чужак (СИ)

— В чем подвох? — шепчу я прерываясь, но «Кощей» вполне меня понимает.
— Почти не в чем. Мне нужна будет от тебя услуга, и не сейчас, а лет через пять-семь, — старик опять мнется, — если доживешь, конечно.
— Какая? — шепчу. Не то, чтобы у меня были варианты. Вполне понимаю, что пока что, здесь, я вряд ли смогу защитить себя хоть от кого. И уйти пока некуда.
— Простая, и тебе особо ничем не обременительная, — снова отхлебывает чай. — Мой Род из старой аристократии, мы имели титул еще до Сопряжения. Потом, конечно, у нас в Роду были и Одаренные, и обычные люди, но к прошлому веку Магия окончательно оставила наш Род, и это стало началом конца для нас. А еще, тридцать пять лет назад мы приняли не ту сторону, — старик бросает на меня взгляд. — А, ты же вряд ли знаешь. Тридцать два года назад, Император Российский Михаил Александрович, продли Боги его дни, предпринял «освободительный», — с иронией выделяет слово Кощей, — поход. Правда, надо отдать ему должное, в ответ на интервенцию германских княжеств. Я и мои сыновья, кроме младшего, участвовали именно в ней, на стороне Германского Союза. Дело прошлое, но Германского Союза больше нет, здесь теперь Империя и ее закон. И старших сыновей у меня тоже не стало.
Первым же указом после победы, Император низложил все рода дворян Германского Союза, участвовали или не участвовали в интервенции — не важно, до сословия мещан. Так до него никто не делал, но он был в своем праве Победителя. И наши соседи утерлись. Скорее всего потому, что мощных или хотя бы умелых магов в нашей части света не особенно-то и осталось. А Российская Империя может диктовать с того времени и до сих пор свою политику с позиции сильного. Думаю Венеция, Галлия и Арагон с Кастилией даже не стали дразнить русского медведя ради такой мелочи. А да́ны наоборот, только порадовались.
Проигравшие, мы не могли уехать и начать все сначала в другом месте, — старик смотрит куда-то сквозь меня. — Но тебе это, наверное, не очень интересно? — Кощей переводит взгляд на меня.
— Интересно, — хриплю. И даже не вру ни капли. Столько нужной информации в две минуты. Не мой Мир. Что ж, это уже мной ожидалось. Несколько стран, удивительно! Как в старой истории все. Россия тут тоже есть, правда тут Империя, ну и ничего, посмотрим и на Империю. Ладно, позже.
— Хорошо, — хмыкает старик, — любознательность тебе пригодится в гимназии. Но к делу. Над бывшими германскими Родами установлен до сих пор негласный контроль. Обходят чинами в службе, контроль за перемещениями, запреты занимать государственные должности, сложнее регистрировать владения и так далее. Даже городовые у нас должны быть выходцами из центральной Империи, или их потомками. Только военная служба снимает клеймо. Но и тут, только для того, кто служит. Только личное дворянство. Есть шанс на наследственное, но он мал — подвиги редкость. У Императора служба поставлена отлично, хоть мне это и неприятно признавать. И героизм, как способ сгладить недостатки командования**, уже давно почти исчез. Так что и этот путь, положа руку на сердце, для моего Рода почти невозможен. Хотя младшенький и не теряет надежды, да… — Кощей ненадолго замолкает.
— И где в этой истории я? — хриплю, но пока не очень понимаю. Похоже, здесь в ходу сословия, и для жителей это крайне важно.
— Я не сказал? — немного удивляется старик. — По окончанию гимназии ты, как Одаренный, получаешь личное дворянство. Как не-германец, сможешь претендовать и на наследственное, но это по окончанию Академии или первого срока службы. На три поколения, правда, дальше нужно подтверждать той же службой или учебой. Но этого достаточно.
— Для чего? — опять прерываю мысли старика.
— Для меня, — Кощей будто встряхивается. — Я предлагаю тебе усыновить моих внуков. Мальчишке сейчас пять, девчонке — три. К моменту окончания тобой Академии они уже будут соображать что к чему. Родители у них есть, для тебя, кроме их статуса, ничего не поменяется. Смотреть за ними и растить их не нужно. Их отец теперь русский унтер, почти офицер, и с его стороны никаких проблем с Империей у тебя не будет. Мне нужен статус для потомков, а Имя Рода мы и сами возродить сможем.
 
К сожалению, Одаренных, сильно мне задолжавших, за пару десятков лет у меня не появлялось, — поджимает губы, — а другие способы вернуть статус мы уже попробовали. Эта же идея пришла мне только вчера, но она действительно имеет шансы на успех — эта область регулируется старыми законами, и Император ничего там не менял, я вчера же и проверил.
— А если я не смогу окончить Академию? — хмыкаю я, но очень глубоко про себя. Ради какой только ерунды люди не стараются свернуть горы? Но это их игрушки. Меркатор вон вообще, в минуты отдыха постоянно что-то продавал и покупал. Отдыхал он так. Чжоу — пупок свой созерцал, а Василич модельки штурмовых корветов склеивал. Что, мне и их осуждать? Вот вряд ли. Почему я об этом помню? Так, откладываю опять.
— На нет и суда нет, — почти незаметно пожимает плечами старик. — Но если мы договоримся, я оплачу обучение в гимназии и Академии. Только в последней — исходя из твоих достижений. Но это в долг, пусть и на любой обозримый срок. Так что путь я тебе облегчить постараюсь. Но ты не переживай, обученный Одаренный в деньгах не нуждается. Долг за обучение передо мной ты точно сможешь закрыть быстрее, чем лет за пять-десять, что намного меньше имперского контракта на три десятилетия. Бесплатный сыр только в мышеловке, отрок.
— Понятно, — тяну я. Хмыкаю, вспоминая свое положение, — Вообще, я согласен, где подписать?
— Хе-хе, смешно парень, — хекает и старик, — ты ж не помнишь себя, потому тут только клятва мага будет работать, и ничего другого. Повторяй за мной:
Магией своей клянусь…
— Магией своей клянусь… — повторяю за стариком. Вообще ничем не рискую. Условия вполне посильны, легко выполнимы, хоть и не все понятны. Меня практически не ограничивают, даже в моменте «погибнуть», хе-хе. Магия еще, опять же. В сказках я про это читал, но «Кощей» вполне серьезно к ней относится, как к реальности, так что повторяю. Посмотрим. Но так-то предложение даже неплохое, мне кажется. Да и старик, на удивление, не только свои интересы блюдет. А раз ему так спокойнее, то почему бы и нет?
— усыновить… — не вижу сложностей и в этом пункте, если получится врасти в это общество, то помочь потомкам человека, который ранее сам мне помог, вообще правильное дело.
— Со своей стороны, я, Вильгельм, сын Генриха, известный как Коштев, обязуюсь… — а вот это даже неожиданно, старик скрупулезно перечисляет то, что мне обещал только что. Мог бы попробовать обмануть — я бы все равно ничего не понял. Но видно — ему это важно, что хорошо.
— Я сказал! — совершенно на автомате утверждаю контракт последней фразой из клятвы Легиона. Почему-то кажется, что она будет к месту.
«Кощей» даже привстает от волнения, видно, что изменения он бы не хотел вносить, но внезапно, искрящаяся волна-изнутри словно вскипает, и будто выплескивается через руки, и встречается там с чем-то снаружи, близким, и в то же время далеким. Это я видеть могу, в отличии от старика, иначе он бы не сидел таким отрешенным. И красиво это действо невероятно.
Друг с другом встречаются две волны, насыщенные странными яркими цветами. Мгновенно тянут что-то и из Кощея, другого, более пустого как бы цвета. Перекручиваются. И мгновением спустя, разделяются на два обруча, которые падают на запястья мне и старику.
Магия, значит. Ну-ну.
«Кощей» будто просыпается и с недоверием смотрит на свою руку, на которой постепенно тускнеет вязь обруча из энергии. А вот обруч он уже видит. Ерунда какая-то. Тут вижу, тут не вижу.
— Что-то не так? — хриплю.
— Нет, все так, парень, — показывает мне запястье, с тускнеющей татуировкой, — даже больше, чем так. Я просто немного удивлен, у немага браслет проявляться не должен, потому контракт мага не совсем обычная практика, — почти неслышно шепчет. — Это требует размышления, — потом обращается ко мне. — Но все прошло отлично! Твоя магия контракт приняла. Хорошо. Люда! — внезапно громко зовет «Кощей».