Чужак (СИ)
— Эй, слыш, новенький, курить есть че? — обращается ко мне один из суетливых. Вообще, они вдвоем похожи друг на друга почти как братья, и, неожиданно я осознаю, еще похожи и на тех ночных. Очень какие-то типичные что-ли движения. Загодя накинутое «предчувствие» молчит, ну и мне они не так что бы интересны, хотя свой небольшой минус парни получают заранее.
— Слыш, к тебе обращаюсь, борзый что ли? — вроде даже порывается встать ближайший. Но тут открывается дверь больницы.
— Чего не в машине? — на бегу спрашивает имперец.
— Команды не было, — отвечаю.
— А молодец, — с некоторым удивлением говорит вербовщик, — давай, баул под сиденье, и занимай последнее место.
Пока вербовщик складывается на переднее пассажирское сидение, быстро устраиваюсь внутри салона. На задних местах что-то навалено, и я как раз оказываюсь рядом с дылдой.
Имперец с трудом оборачивается, зачем-то пересчитывает нас четверых, и обращается к водителю транспорта.
— Вперед.
Водитель совершенно индифферентно переключается, и мобиль бесшумно начинает разгоняться. Наверное до безумных для себя примерно двадцати километров в час.
Машина на удивление и внутри тоже очень тиха. Слышно только шорох гравия и не больше. Да и такого числа нитей, как в «Торе» Клауса, тут я не вижу. Абсолютно дубовый аппарат. С механическими датчиками. Разве то тихий.
Мои попутчики разговоров не заводят, видимо уже был прецедент, и реакция сопровождающего им не понравилась. А вот в позе вербовщика прямо-таки чувствуется ожидание вопросов. Но постепенно расслабляется и он, ну насколько возможно это в его положении. Едем неторопливо, но, похоже, такая скорость — норма. В этом я убеждаюсь, когда начинаем встречать другие автомобили. Клаус действительно гонщик.
С интересом смотрю на встреченную технику. В прошлый раз особо рассмотреть не успевал, а в городе было не до того. А вот сейчас, сразу после рассвета, мобилей на дороге встречаем прилично.
Большая часть мобилей похожа на наш кургузавр, разве что в размерах сильно побольше. Этот аппарат действительно какой-то уникум. Но по функционалу — большая часть техники разделяется на пассажирский, грузовой и очень малую долю личного транспорта. Действительно, мобилей, которые можно принять за личные мы встречаем штук пять всего. А вот пассажирских — довольно много. Хотя, это может быть оттого, что сейчас совсем раннее утро.
Личные аппараты напоминают более грубый «Тур». Да и цветами не блещут. В основном оттенки черного или серого, так что я быстро теряю интерес к этому ретро парку.
В сам город мы, кажется не едем. Выезжаем на ту же крупную трассу, по которой Клаус домчал нас за десять минут до города. Но сейчас мы едем как бы раз в шесть больше.
Город оставляем слева и уходим на объездную. Снова смотрю на довольно небольшой, но «размазанный» по площади городок. С холма, где мы сворачиваем, десяток секунд город виден, думаю, почти весь. Небольшие аккуратные серо-бежевые дома. Выделяется центр, серой громадой ратуши или храма — отсюда не разобрать. Ровные улицы центра, редкое движение, может потому, что пока рановато, и где-то с другой стороны застройки видна заходящая на посадку огромная туша дирижабля. Не удивлюсь, если нам опять как раз туда. Это было бы логично, что бы порт в таком небольшом городке был один на все виды транспорта. Логистическое плечо тогда минимально, а Люда обмолвилась что они именно уездный центр, из малых. Да и Коштев про порт упоминал в единственном числе. Так что думаю, для малого городка-центра, основным способом существования может быть как раз обслуживание транспортного узла. Это самое простое. Клаус нас туда домчал позавчера быстро, и медленно только по центральной проехал. Но сейчас, по каким-то соображениям мы едем в объезд. Так что, боюсь при нашей скорости, на другую сторону этого городка мы до обеда добираться будем, если он, конечно, планируется нашим сопровождающим.
Дорога мне особенно не запоминается. Сижу я с правой стороны авто, и все, что сейчас мне видно, это довольно ухоженный лес с редкими пустыми перекрестками. Так что слегка прикрываю глаза, и, контролируя внешнюю обстановку на всякий случай, продолжаю работать с внутренней энергией. Со стороны кажется, что я дремлю, так что меня особенно никто не тревожит.
В одну из остановок над нами бесшумно пролетает серый большой диск, видимо тоже, идущий на посадку в порт.
— Мы на таком полетим? — обращаюсь к вербовщику.
— Ха, вот ты сказал. Может тебе ещё телепорт откроем? Ты что, княжич какой? — довольно добродушно заявляет сопровождающий. Жуликоватые парни мелко смеются и перешептываются. Похоже у меня появляется кличка. Ну не самая плохая, так-то. — Железкой поедем. Больше на вашу шантрапу денег не выделено.
Удовлетворяюсь этим объяснением. Разговор сразу сходит на нет. Сопровождающий общаться особенно не рвется, ну это я и раньше понял, но и попутчики особенно разговаривать не рискуют.
Едем дальше так же молча. Через какое-то время начинают попадаться грузовые машины в большем количестве, и я вроде как «просыпаюсь». Скорее всего, мы уже относительно близко.
Так и оказывается. На нашем небольшом транспорте мы заезжаем на огороженную низковатым сетчатым забором территорию. И почти сразу же заезжаем на длинную, низкую платформу, в середине которой стоит небольшое строение, будто бы собранное из сплошного серого камня. Из того же, что и монолит платформы.
— Выгружайтесь, и барахло с заднего ряда не забывайте, — бросает нам имперец. Сам, с видимым удовольствием, вылезает из авто, и оборачивается к спешащему к нему человеку в довольно строгой форме.
Забираю баул, ставлю его на платформу, помогаю разгрузить пару упакованных тюков с заднего ряда. После чего встаю рядом и с интересом посматриваю на железку. Думаю, это именно то, что имел в виду под этим названием сопровождающий. Две бесконечных параллельных железных направляющих, прибитые огромными железными же штырями к деревянным прямоугольным брусам. Брусы положены на небольшую насыпь примерно через каждый метр. Интересное решение. Чем-то напоминает магнитку, разве что направляющая не одна, а две. Думаю и принцип транспорта будет такой же. Связанные между собой вагоны, идущие в одну и в другую сторону.
Сопровождающий демонстративно, на мой взгляд, теряет к нам интерес, чем сдуру решают воспользоваться пара жуликоватых парней.
Двое пацанов, переглянувшись, смотрят на нас с дылдой. Делают «страшные» лица, мимикой показывая, что бы мы не подавали голоса, и тут же срываются в побег. Достаточно глупая история, скрыться здесь особо негде, хотя если бы они добежали до пакгаузов, что виднеются метрах в ста, то может идея бы и могла выгореть. По-видимому, на это они и рассчитывали. Но не свезло.
Имперец спокойно оборачивается, усмехается, и к парням с его рук срываются две тонких молнии. Пацаны в судорогах валятся на землю.
— Замечательно! Повод для того, чтобы применить сдерживающие меры, вы мне дали, — спокойно подходит подёргивающимся телам. Вербовщик вытаскивает две пары наручников, пристегивает правую руку к левой другого человека, и так же поступает с ногами, разве что цепочка на ногах чуть подлиннее. — Наручники отстегну только на ночь. Как вы будете теперь жить, меня не волнует. Развлекайтесь, — усмехается имперец и не сильно пинает ближайшее тело. — Чего лежим? Встаём! Или нужно добавлять?
Я с некоторым недоумением смотрю на методы воспитания. В принципе их понимаю, но пацанам реально лет пятнадцать, может даже и меньше. Это дико. С другой стороны, со стороны, мы примерно в одной возрастной группе, ну может я чуть старше кажусь. Так что общие принципы работы с подопечными, видимо, ко мне применимы будут так же.
В то же время, подобные действия к будущим магам меня непритворно удивляют. У нас с пробужденными псионами носились как с писаной торбой, да и в больнице чувствовалось особое отношение. Здесь же, такое ощущение, что мы просто расходник. Да и статус заведения, в которое мы следуем, у меня теперь вызывает некоторый вопрос.