Чужак (СИ)

— Нет, к сожалению, герр Коштев, — говорю, догоняя Люду.
Вхожу в хорошо освещенное помещение, с десятком железных столов на колесиках, и, скорее всего, холодильником во всю стену. Запах здесь внезапно сшибает напрочь, он довольно специфический и неприятный, но при этом даже в коридоре ничего подобного не чувствуется.
Секунду прихожу в себя. Оглядываюсь и вижу знакомого мне уже старика рядом с закрытыми простыней телами.
— На крыло больницы действительно напали четверо одетых вот в такую одежду людей, — оттопыриваю полу куртки. — у них было вот это, — высыпаю на свободный стол мелочевку бандитов, амулет сна и пару ножей.
— Мессир, прошу вас, давайте полицию вызовем, — жалобно просит Людочка.
— Подожди, Люда, сядь пока сюда, выпей вот, — подходит к маленькому шкафчику рядом с выходом, и капает девушке в стакан воды несколько капель из небольшого пузырька. Протягивает Люде и улыбается. — Девушка выпивает и почти сразу же обмякает на стуле.
Кощей тут же становится максимально серьезным, и оборачивается ко мне.
 Глава 9 
— Сколько их и как вы выбрались? В двух словах, — Коштев видит, что я хочу спросить о девушке, и, махнув рукой, тут же уточняет. — Это на четверть часа, придет в себя в хорошем настроении и с новыми силами. Местный алхимик варит. Часто нельзя, но сегодня ей нужно. И ты пару капель прими, — капает уже мне из другого пузырька. — Не беспокойся, это чуть другое, сознания не лишишься, — кивает на девушку, — да и она просто переволновалась.
Киваю и выпиваю воду с каким-то мятным привкусом. Старик терпеливо ждет.
— Четверо молодых ребят, лет по двадцать максимум, а, скорее, меньше. Двое, похоже, мертвы, двое мной связаны. В корпусе охранник, одна из ночных сиделок на втором, и ночная медсестра на моем этаже спят, остальных не видел, но, думаю, там тоже самое, — быстро отвечаю старику, — и у меня вопрос еще, герр Коштев, раз уж я здесь.
— Подожди, ситуацию с имперским вербовщиком чуть позже обсудим, — останавливает меня старик, показывая свою осведомленность. — Возьми каталку, и мне этих ребят сюда перевези. Начни с живых. Вот тебе пропуск на лифт, — дает карточку. — Как пользоваться, знаешь?
— Да, видел, — киваю, — к синему квадратику прислонить, дождаться, чтобы стал зеленым, нажать номер этажа.
— Все так. Давай, зелье будет действовать полчаса, тебе хватит, — непонятно добавляет «Кощей». Поднимает ладонь, останавливая меня от вопроса. — Сам сейчас поймешь. Давай, давай, время дорого.
Пожимаю плечами. Беру ближайший же стол на колесиках, и вывожу из мертвецкой.
По пути до лифта на первом же этаже, внезапно, тело будто обдает горячей волной, и внутри словно появляется отдельный двигатель, который прямо требует движения, и желательно бегом.
Влетаю в лифт, и с недоумением смотрю на панель. Пять кнопок, номера от минус первого, ну это понятно, что-то подвальное, до третьего этажа. Хотя я точно помню, что я был на четвертом. Пожимаю плечами, и давлю на последнюю верхнюю. Всего тридцать секунд, пока лифт едет вверх, не могу стоять, такое ощущение, что ноги сами собой бегут на месте.
Двери открываются на нужном этаже. Опять-таки, сейчас мне вот совсем не до странной нумерации. Почти подпрыгивая, бегу с тележкой к своей палате.
— Ждал меня? — в полный голос спрашиваю у дергающегося парня на полу. Похоже недавно пришел в себя, и пытается освободится, но удавка эти попытки прекрасно блокирует. — Сейчас станет полегче, — с деланным сочувствием говорю парню. Тот с ненавистью смотрит на меня.
Снимаю удавку с его шеи, и одним движением поднимаю его на каталку. Ах-ха, вот это допинг. От себя такого вот точно не ожидаю. А вот то, что тут есть такие зелья, нужно иметь в виду, а еще узнать про их доступность, на всякий случай. Ставлю себе пометку.
Все также быстро бегу с железным столом-тележкой к кабинету главврача.
— А вот и еще один, тебе в напарники, — несмешно шучу вслух, обращаясь к первому бандиту. Тот что-то мычит сквозь кляп.
 
Наверное, меня отпускает внутреннее напряжение, пусть и небольшое.
— Да, да. Вы меня найдете, ходите под кем-то, и вообще я труп. Слышал уже, — хмыкаю, — вот от него как раз, — киваю на спящего Шныря. — Лень мне вас на отдельных тележках катать. Оба поедете вместе, на одной кровати, как близкие родственники.
Также, одним движением, гружу спящее тело на первого бандита, тот мычит что-то протестующее. Сразу же перетягиваю оба тела кожаными ремнями.
— Ну да, неудобно, но это ненадолго совсем, — опять хихикаю. Что-то мне весело не к месту. — Пару минут потерпишь. Погнали!
Быстро закатываю в лифт тележку. Бандит пытается извиваться, но небольшая затрещина быстро приводит его в чувство.
— Я же сказал, ненадолго. Помолчи! — я внезапно словно зависаю перед четырьмя кнопками. Сделать выбор неожиданно становится тяжело. Вообще, появляется ощущение, что у меня два разума. Один веселый, но довольно тормознутый, а второй все понимающий, но влияния на ситуацию не оказывающий. — Эники, беники, ели вареники… — начинаю считалкой выбирать между минус первым и нулевым этажом. Вторым разумом понимаю что ерунда какая-то, но почему-то сейчас мне это безразлично, — … клац! — нажимаю на нулевой.
— О! Сюда мне и нужно! — выбегаю с тележкой на улицу.
Минута, и я вкатываюсь в мертвецкую.
— Кощей! Принимай подарки! — смеюсь во весь голос я. — Один спит, а второй всю дорогу пообщаться хотел!
— Эк тебя развезло-то, — бормочит под нос себе старик. И, чуть громче, уже мне. — Остальных вези! Вон новую тележку возьми! — принимает от меня железный стол на колесиках с бандитами. — А с вами я хочу пообщаться, молодые люди…
Я тут же разворачиваюсь, и убегаю с новой телегой в свой корпус. Взглядом успеваю мазнуть по Людочке — девушка еще спит.
Въезжаю в лифт и жму кнопку подъема. На несколько секунд тело будто замирает в раздумьях, и я успеваю воспользоваться паузой. Делаю быстрый глубокий вдох и выдох, чтобы попробовать обратиться к себе внутреннему. И это получается, да даже проще чем обычно.
Сразу бросается в глаза разбалансировка энергии. Внутрянка будто бьет потоком, чуть ли не раза в пару раз быстрее обычного безопасного течения, словно где-то открыли напор, и так же вырывается в Мир везде, где только может, правда и может пока мало, но давление нарастает.
При этом контроля перестает хватать, управлять таким потоком с каждой секундой становится все сложнее, и вместо того, чтобы приносить пси в контур, внутрянка ее оттуда скорее вымывает. И чем дальше — тем больше. Пси уже сейчас тратится из невеликих запасов. Контур трещит, но пока держит этот нестабильный поток. Всполохами видны небольшие прорывы, но вообще, внутренний мир энергию пока держит и рваться не собирается. Но время… И что-то мне уже подсказывает, что его-то у меня у меня, внезапно, остается не так уж и много.
Тут же снимаю «скрыт». Совсем про него забыл, а сейчас толку от него нет. И тут же снимаю глиф «Предчувствия».
Сразу же образуется свободная порция пси, что не включена в этот дикий поток. Сбрасываю ее напрямую в контур, и этим захватываю вниманием весь периметр. пока слабо, но с этого уже можно начинать. Быстро прохожу полный круг, по чуть-чуть увеличивая осознание Силы. Потом еще круг, и еще. Поток внутренней энергии становится все более осознаваемым.
Держа двойственное осознание себя, и не позволяя вернуться «себе-веселому-недоумку», сажусь на пол прямо в лифте. Лишние мысли — прочь! Концентрируюсь на круге контура и на основе первого уровня печати. Волей смешиваю контролируемую пси с внутренней энергией и провожу по незаконченному уровню. Топорно конечно, большая часть просто сгорает или вырывается в Мир, но с таким напором даже такой вариант дает резкий прилив пси. Его тоже в контроль, и так по кругу. Шаг за шагом, контроль возвращается, и понемногу даже переходит на бессознательный уровень.
Так-то тело радо само поддерживать на автомате правильное течение энергии. И нужно-то всего лишь триста-четыреста раз осознанно прогнать энергию, чувствуя ее плотность и скорость, чтобы тело привыкло. Да и с химией, подстегивающей скорость течения внутрянки, я вроде бы знаком. Но вот только совсем на другом уровне развития. Это можно применять когда упираешься в стену развития, или когда нужно кровь из носу выйти на бой, тогда да. А вот на том уровне, где мое тело находится сейчас — это прямо-таки очень нежелательная вещь, и шансов на откат проделанной работы как моей, так и местного целителя, я сейчас получаю предостаточно.