Чужак (СИ)

Откидываюсь на подушки и морально готовлюсь.
Выжигание по разуму даже основы первого, самого грубого уровня Печати принесет мне множество крайне неприятных ощущений. Но вариантов нет, адептов-целителей точно уже не появится, чтобы снять мне боль разума — не тот мир, а контур нужен. Хотя бы дырявый, а другой на первом уровне основы и не сделать. Но и на нем проверить работают ли глифы можно. А то уже прямо совсем пора. Дальше тянуть некуда.
Глубоко вздыхаю и проваливаюсь вглубь своего внутреннего мира. И погружаюсь в сотворенную своей же Волей боль.
Выстраивание каждого штриха основы Печати на границах внутреннего мира это что-то про мазохизм, наверное. Но по другому ее сейчас и не построить. Ментал должен запомнить структурированную Волю, и поддерживать потом ее бессознательно. А такое быстро возможно только через боль. Нет, можно и другим способом, через множество одинаковых повторений — тоже должно работать. Но нет у меня на это времени. Вот совсем. Как говориться, быстро, безболезненно и надолго. Выберете любые два. Хм.
Словно горячим ножом провожу по границам внутреннего пространства в нескольких точках одновременно, создавая идентичные же узоры энергией. Пси привычно уже тянется за волей и принимает нужную форму. Вот только запечатление себя на границе с хаосом требует боли. Словно нервы тяну из тела, а потом еще и солью сверху посыпаю — пульсирующий огонь не стихает сразу. Просто переходит из острой боли в постоянную и зудящую. И локализовать ее в теле не получится — ни почесать, ни прижать — только терпеть.
Пару часов на грани с бодрствованием и боль, которая теперь будет сопровождать меня пару недель — небольшая цена за защиту. Пусть и сделаны только первые шаги, и потом это повторять будет нужно еще и еще. Но даже так — свои возможности я расширю. А когда завершу первый уровень — то и кратно. Я ж прекрасно помню, насколько более управляемым становится разум с каждым уровнем печати. Разница колоссальная. Да и построив контур, хотя бы минимальный, можно будет обращаться к внешней пси. Которая вроде вот она, возьми. Но риск того точно не стоит. Я помню. И становиться безумным оружием хаоса нет никакого желания.
После завершенного первого круга основы уровня, накидываю пародию на контур. Даже с незавершенным первым уровнем Печати, контур почти мгновенно расходится по границам внутреннего мира, отсекая возможность т-поля влиять на меня.
Облегченно выдыхаю — получается. Все таки сомневался, пока делал — доверие у меня к своим знаниям еще небольшое. Слишком их мало, и слишком они… кусками, что-ли.
Но все-таки, контур расходится, как и должен. Правда, скорее всего, все получается оттого, что в этом Мире т-поле какое-то неагрессивное, и это странно. Все таки оно едино, по-идее, для всего Универсума, нулевые же координаты. Пусть — гоню от себя эти мысли. Получилось, вот и ладно. А нормальный контур буду накидывать уже потом, очень постепенно, шаг за шагом.
Вешаю глиф «Предчувствие» на новенькую основу контура. Так то довольно бесполезный сейчас — все-таки я сейчас в больничке, да под наблюдением, так что никаких неожиданностей вроде, но вот для прокачки пси — глиф отлично подходит. Он несложный, по чуть-чуть тянет Силу, качая обмен энергий с Миром, и при этом активировать его может новичок. А я сейчас именно он и есть.
Фффух. Хорошо. Внутреннее уже можно сказать работает. Пока не понятен результат, но глифы формируются, пси спокойно их напитывает.
«Можно теперь подумать и о примерном плане на жизнь» — успеваю подумать я, и меня, почти мгновенно после напитки последнего штриха, вырубает.
Глаза открываются вроде сразу. Но за окном темень. Словно вырезают несколько часов из жизни.
Тревожно. Что ж, кажется «Предчувствие» на этой пародии на каркас все-таки держится. А еще и работает. Словно камень с души падает. Я даже не представлял себе, как переживаю, что мои наработки могут оказаться бесполезными, и глифы будут недоступными. Можно сказать, облегченно выдыхаю.
За окном почти ничего не видно, так что время — часа два ночи, не больше, еще и облачно. Тихо сажусь на кровати. Проверяю — глиф не развеялся после срабатывания, хорошо. Пси восстановилось, и кажется, ее хватит даже на два применения чего-нибудь из моего крайне небогатого арсенала. Выдыхаю, все пока довольно неплохо идет.
 
Ладно, раз работает один глиф, то простая ментальная техника должна работать тоже. Оборачиваю себя «скрытом». Отличная же вещь из «сна» о юности. Столько раз повторенная тогда — сейчас она получается почти без усилий. Разве что пси резко проседает.
Ффух, отток слегка превышает приток, но на пару часов, кажется, хватит. Чувство опасности слегка уменьшается, но всё ещё остаётся довольно высоким. Плотным таким. Темно, внимание встречных из-за «скрыта» должно немного рассеиваться, главное ничего вырывающегося из образа не надеть. Невидимкой меня это не делает, но секунда-другая задержки реакции у нападающего может быть полезна.
Оглядываю палату. Тихо скольжу к вешалке и одеваю халат — что более естественно в больнице, чем врачебный халат? Вот и я думаю, что, скажем, пижама или одеяло будет менее нормальной одеждой, пусть и ночью.
Ощущение угрозы снова становится чуть более отчетливым. Похоже, все-таки от человека, иначе бы не было ощущения движения.
Быстро сооружаю из подушки и одеяла «куклу» на кровати и накрываю ее покрывалом. Со стороны — словно сплю, отвернувшись к окну. Замираю сбоку от двери. На пальцах левой руки мысленно создаю глиф «Ужаса». Получается мгновенно, словно я создавал его в этом теле множество раз. Будто знак ждет применения. Оставляю пока это. Не сейчас.
Так-то от «Ужаса» тоже польза сомнительна, но если знак сработает, десятка секунд мне хватит, чтобы оглушить визитера или сбежать.
Ждать приходится совсем недолго и дверь аккуратно начинает открываться.
В палату тихо, крадучись, входит довольно молодой, судя по комплекции, парень, в мешковатой темно-серой одежде. Меня не замечает. То ли потому что я нахожусь почти со спины и практически не двигаюсь, то ли потому, что техника всё-таки работает.
Парень что-то тихо тянет из рукава. Судя по положению рук — удавку. Становится как-то по-особенному интересно.
Слежу за ним краем глаза.
— Кошак! — шипит. — Кошак драный, просыпайся, где наши деньги? — бросается на мою куклу парень.
В ту же секунду я напитываю «Ужас» и запускаю его с левой.
И сразу же все идет не так. Глиф не принимает в себя достаточно пси. Замирает где-то на краю пальцев. Моя магия волной выплескивается через руку и смешивается с тонким контуром глифа, унося символ в фигуру парня. Всё это происходит в одну секунду, и я даже не успеваю удивиться. А вот реакция крадущегося парня вызывает оторопь.
Сначала он замирает, как по идее и должно быть. А потом, выгнувшись пару раз, падает на кровать.
Я даже застываю на несколько мгновений. Но всё происходит тихо и если сейчас никто второй не зайдёт, то даже и не заметно. Пару секунд жду. Но никто так и не открывает снова дверь. Отлично.
Чувство опасности чуть уменьшается, но не исчезает. Оно становится примерно таким же, как и тогда, когда я проснулся. Значит, посетитель не один, и теперь вряд ли халат остается хорошим отвлекающим фактором.
Быстро подрываюсь к парню. Пульса нет. Из ушей, глаз и носа видны короткие чёрные дорожки крови. Но сейчас мне это безразлично. Быстро снимаю с него куртку и тёмную шапку. А вот штаны у нас похожие — такие же серые, неброские. Так что сойдут и мои. Споро обшариваю труп. Кроме удавки, у парня оказывается охотничий нож, которым очевидно часто пользовались, да пара монет. Ещё что-то на шее, но пока мне не до того. Оттаскиваю тело в уголок за дверью, чтоб если кто зайдет, сразу же на тело не наткнулся бы. Чуть приоткрываю створку. Аккуратно выглядываю в маленькую щель. Вроде никого.
Тихо выхожу за дверь.
Из ординаторской доносится сдавленная ругань. Оглядываю коридор и, практически не скрываясь, бегу туда. Застаю такого же «серого» парня, который удерживает бьющуюся Людочку на столе, одной рукой перекрывая ей рот, а второй заламывая руку.