Пораженные (ЛП)

Она тащит меня вверх по холму обратно к зданиям, бормоча и ругаясь себе под нос. Кормящийся останавливает нас, когда мы добегаем до него.
— Какие-то проблемы? — спрашивает он.
Джина кивает, махнув рукой через плечо.
— Просто этот мудак не понял намека.
— До тех пор, пока не возникнет никаких проблем. — Он переводит взгляд на меня. — Доктор хотел увидеть тебя, как только ты закончишь со своими делами, так почему бы тебе не сходить?
  
— Я отведу ее, — быстро говорит Джина. — Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой?
Я качаю головой, желая, чтобы мое дыхание выровнялось.
— Нет, нет, все в порядке, правда. Наверное, они просто хотят еще раз проверить мое кровяное давление.
Я не рассказываю Джине ни об экстренной контрацепции, которую они заставили меня принимать, пока Сайласа там не было, ни о гинекологическом осмотре, которому меня подвергли. Поверхностные царапины, характерные для сексуального насилия. Так они сказали.
Эти слова заставляют меня немного поникнуть, когда я прокручиваю их в голове. Я заново переживаю тот момент, когда рядом не было никого, кто мог бы взять меня за руку или успокоить.
Никого, кроме Сайласа.
Джина оставляет меня у дверей клиники, говоря, что подождет снаружи, но я отмахиваюсь от нее, обещая, что со мной все будет в порядке. Я протискиваюсь внутрь, мимо кабинок, где у людей берут кровь, и захожу в комнату с синей дверью, которая открыта. Внутри сидит врач, а перед ней раскрыта папка.
— Привет, — говорю я, и она поднимает взгляд, жестом предлагая мне сесть.
— Как ты себя чувствуешь?
Я сажусь.
— Не очень. Я все еще легко устаю.
— Ну, это нормально, убедись, что продолжаешь хорошо питаться, и скажи охране, когда тебе нужно отдохнуть. — Она кое-что записывает в свое досье. — Какие-нибудь другие проблемы? ИМП или кровотечение?
— Нет. — Я стискиваю зубы, чтобы унять стук в челюсти.
Мне холодно, хотя день теплый и солнечный свет льется в окно.
— Хорошо. — Она делает еще несколько каракулей, прежде чем поднять взгляд на меня. — Я подумала, что, возможно, тебе было бы неплохо заняться физическими упражнениями, ну, знаешь, начать бегать трусцой и качать мышцы.
Я хмуро смотрю на нее.
— Что? Почему?
— Ну, когда нас что-то беспокоит после подобного, как депрессия, например, физические упражнения — отличный способ выработки эндорфинов. Не говоря уже о том, что они увеличат твой аппетит. Ты сильно похудела, это вредно для тебя.
Мне здесь многое не нравится.
— Конечно, звучит неплохо. — Я нервно шевелю пальцами, пока она делает еще несколько заметок.
Я смотрю в окно на яркое солнце, на деревья, колышущиеся на ветру, и мне кажется, что я застряла в какой-то глубокой, темной яме.
Мы проводим еще несколько элементарных проверок моего кровяного давления и температуры, и когда она, наконец, убеждается, что я не собираюсь в ближайшее время свалиться в обморок, то отправляет меня восвояси.
Когда я выхожу на улицу, Мэтт уже ждет меня.
Я складываю руки на груди и опускаю голову, полная решимости просто прорваться мимо него.
— Джульетта, пожалуйста, — настойчиво говорит он, хватая меня за руку.
Я сбрасываю с себя его руку и продолжаю идти.
— Джульетта, поговори со мной, пожалуйста.
— Я не хочу с тобой разговаривать.
Какого черта он просто не оставит меня в покое?
— Мне нечего тебе сказать
Он хватает меня, поворачивая к себе.
— Детка, пожалуйста.
Я толкаюсь ему в грудь, пытаясь вырваться из его хватки.
— Отпусти меня!
— Джульетта, прекрати, ты устраиваешь сцену! — он трясет меня, его глаза безумны. — Просто заткнись и дай мне с тобой поговорить.
— Отвали! — Я даю ему пощечину, пытаясь оттолкнуть, а затем чьи-то руки обхватывают меня, оттаскивая от него.
Я поворачиваюсь прямо к твердой груди Сайласа, глядя в его красные глаза. Он убирает прядь волос с моего лица.
— Ты в порядке? — мягко спрашивает он.
Я киваю, прижимаясь лбом к его груди, и все мое тело обмякает от облегчения.
— Я просто хотела уйти из клиники, и он… Он никак не оставит меня в покое.
— Тебе были даны инструкции, ублюдок. — Тон Сайласа жесткий, авторитетный. — Тебе было достаточно ясно сказано держаться от нее подальше.
— Я просто хочу попытаться объяснить…
— Я сказал, — вмешивается Сайлас, обнимая меня за плечи, — тебе следует держаться от нее подальше. Ты не смотришь на нее, не разговариваешь с ней и уж точно, черт возьми, не прикасаешься к ней. Я ясно выразился?
— Мне просто нужно поговорить с ней, черт возьми! — теперь Мэтт кричит, и я вздрагиваю.
— Ладно, можешь пойти остыть. — Сайлас зовет охранника поблизости и приказывает им увести Мэтта.
Я не слушаю, куда они его ведут. Мне все равно. Пока он вдали от меня, я счастлива. Я прижимаюсь носом к Сайласу и пытаюсь успокоить дыхание, сосредоточившись на его запахе. От него пахнет свежестью и чистотой, как будто он только что принял душ. От него немного пахнет одеколоном, древесным и мускусным. Мне это нравится, это успокаивает. Я закрываю глаза и сосредотачиваюсь на нем и его тепле.
Через несколько минут я понимаю, что все стихло, криков и протестов Мэтта больше не слышно. Я поднимаю голову, глядя прямо в глаза Сайласу. Он улыбается мне сверху вниз, когда его рука все еще обнимает меня за плечи.
— Теперь он ушел.
— Спасибо. Это действительно потрясло меня. Он… он не оставлял меня в покое. Продолжал говорить, что ему нужно объясниться.
— Тебе больше не нужно его слушать. — Сайлас поднимает брови. — Прости, что я не присматривал за тобой получше. Но ему не разрешат приближаться к тебе. Я позабочусь о том, чтобы его увезли навсегда.
— Спасибо. — Я тихо смеюсь. — Я удивлена, что никто не отчитал тебя за то, что ты так ко мне прикасаешься.
— Я думаю, они все знают, что в данный момент тебе нужен дополнительный уход. — Он проводит пальцем по моей челюсти. — Мы просто хотим, чтобы с тобой все было в порядке.
— Доктор сказал, что мне следует заняться спортом, ну, ты знаешь, для моего психического здоровья, — говорю я, шмыгая носом.
— Хорошая идея. Я могу взять тебя с собой в спортзал, если хочешь.
— Хочешь быть моим личным тренером? — спрашиваю я с легкой улыбкой.
— Конечно, все, что тебе нужно, поможет. — Он нежно целует меня в лоб. — Ну же, давай отвезем тебя обратно в общежитие. Тебе нужно отдохнуть.
ГЛАВА 19
САЙЛАС
Начинает темнеть, когда я направляюсь к импровизированной камере предварительного заключения, в которой содержится бывший парень Джульетты. Он разглагольствовал и бесновался несколько часов, прежде чем, наконец, заткнулся. Какое-то время он был спокоен, поэтому было сочтено безопасным выпустить его.
Я вызвался сделать это добровольно.
Я открываю дверь, распахиваю ее и обнаруживаю его сидящим на кровати в дальнем конце пустой комнаты.
— Добрый вечер. — Я скрещиваю руки на груди, прислоняясь к дверному косяку. — Как у нас дела сегодня вечером?
— Как раз вовремя, черт возьми! — рычит он, поднимаясь на ноги. — Поверить не могу, что ты оставил меня здесь на весь день!
— Просто хотел дать тебе шанс успокоиться.
Он направляется ко мне, свирепо глядя, когда я не убираюсь с его пути.
— Так я могу идти?
— Я подумал, мы с тобой могли бы немного прогуляться, поболтать. — Я дружелюбно улыбаюсь ему.
Ну, насколько могу. Уверен, что это выглядит как оскал. Но похер.
— Какого черта я должен хотеть с тобой разговаривать? — говорит он, фыркая.
Я оглядываюсь по сторонам, затем заговорщически наклоняюсь ближе.
— Я знаю о том, что произошло с Брауном.
  
Его брови взлетают вверх.
— О чем, черт возьми, ты говоришь?
— Все в порядке. — Я подмигиваю ему. — Я нашел запись, я знаю, что произошло. Браун был не слишком осторожен, но я тебя прикрыл.
На его лице появляются морщинки, он мгновение обдумывает то, что я говорю, прежде чем расслабляется.