Папа, где ты был? (СИ)

В трубке раздаются короткие гудки.
Я ошеломленно оглядываюсь на детей.
— Мам, это мы что теперь, бомжи? — усевшись на один из пакетов, с опаской уточняет Катя.
— До завтрашнего дня точно, — киваю растерянно. — Придется нам с тобой, Катя, переночевать в больнице.
— Это все я виноват! — угрюмо сообщает Ваня.
Я подавляю вздох.
— Ты-то здесь причем, солнце мое?
— Когда я задувал свечи на торте, то загадал желание! — вспыхивает Ваня. — Я хотел, чтобы вы с Катей сегодня ночевали у нас. Кто ж знал, что вас из квартиры выселят?
  
— Что ты, Вань! Твоей вины нет. Это все моя война со свекровью и бывшим мужем. Я сама виновата. Мне стоило заставить Славу оформить официально наш уговор насчет дачи и квартиры. А теперь поздно. В любом случае, до утра в квартиру нам не попасть.
— Эх… ночевать в твоей больнице — такое себе удовольствие, — вздыхает Катя.
У Вани звонит телефон.
— О, это папа! — радуется он. — Пап, алло!.. Пап, тебя отпустили?.. Да забудь ты про мой день рождения, у нас появились проблемы посерьезнее! Какие? Приезжай домой к тете Лене и узнаешь… да, мы тут… Будем ждать.
— Папа едет! — оживляется Ваня. — Надеюсь, он будет не против, если вы у нас переночуете. Вы же… не против?
— Шутишь? — Катя подскакивает на мешке. — Да я даже мечтать о таком не могла! Тем более, завтра выходной! Устроим пижамную вечеринку?
— Дай пять!
Этим двоим уже не грустно. Их ладони соединяются в хлопке, и они с энтузиазмом начинают планировать пижамную вечеринку у Олега дома. Рассуждают, какой фильм можно будет посмотреть и где заказать поп корн в девять часов вечера.
Я обхватываю плечи руками и подхожу к засаленному подъездному окну. Детям весело, а вот у меня в душе жуткий раздрай.
Надо будет завтра утром сходить к нашему штатному юристу и посоветоваться. Я уверена — если даже пойду на уступки и заберу заявление об угоне машины, свекровь и ее сыночек найдут способ напакостить. Поэтому будет лучше, если я посоветуюсь с профессионалом.
Через десять минут на лестнице слышатся мужские шаги. Вскоре на горизонте появляется Олег.
Катя и Ваня немедленно несутся ему навстречу.
— Папа, ты свободен?
— Дядя Олег! Ура, вас отпустили!
Дети виснут на нем с обеих сторон. Они так рады его видеть, как будто он супергерой из фильма, а не чудаковатый хирург из неотложки.
— А что с твоим отцом? — с тревогой посматриваю на него я.
Губы Тихонова расплываются в довольной улыбке.
— А папу отправили в КПЗ до приезда его личного адвоката. Думаю, ему будет полезно посидеть в тихом месте без мобильника и подумать о своем поведении.
Я вздыхаю.
— Надо же… а мне понравилось похищение. Он так галантно за мной ухаживал, подливал лимонад в мой бокал, а потом подарил самый чудесный купальник из всех, что я видела. М-м-м! Я почувствовала себя Золушкой, которая внезапно превратилась в принцессу.
— Ладно, не расстраивайся. Сходим в аквапарк на следующие выходные. Подурачимся, — обещает Тихонов. И тут изумленно осматривается. — Так. Стоп. А что это вы делаете на лестничной клетке?
Я развожу руками.
— Нас с Катей выселили. Квартиру опечатали. Теперь попасть внутрь я смогу только через суд. Так решила моя бывшая свекровь.
Тихонов озадаченно потирает лоб.
— Куропаткина, скажи, почему каждый раз, когда я думаю, что хуже уже быть не может, ты умудряешься пробивать дно снова и снова?
— Не смешно, Олег. Боюсь, нам с Катей придется ночевать в больнице.
— Мам, нет! — отчаянно протестует дочь.
— Какая больница? — фыркает Тихонов. — Давайте, собирайте пакеты. Поехали к нам.
— Пижамная вечеринка? — переглядываются дети.
— Отличная идея! Только попкорн по дороге купим, — Олег с легкостью соглашается на план детей.
— Олег, это… нехорошо как-то… — я нервничаю.
— Ночевать с ребенком в больнице — вот что нехорошо, Леночка! — отмахивается Тихонов и берет в руки два самых увесистых мешка с вещами. — Лучше скажи, у тебя есть пижама в клеточку для пижамной вечеринки?
— Нет, конечно! Откуда?
— У меня есть две. Так и быть, я тебе одну одолжу. Ту, что с оленем. Только чур, смотрим ужастик, — Он весело толкает меня в бок и уверенно тащит пакеты вниз.
— Эй, молодежь, что стоим? Берем вещи и грузим в багажник моей машины. Сначала выгуляем Лютика, а там разберемся, — оборачивается к детям.
И я понимаю, что это только мне Олег кажется странным. Дети от него без ума.
— Конечно, разберемся! Главное, чтобы в супермаркете у дома был карамельный попкорн! — подхватывает оптимизм отца Ваня.
Они с Катей бодро подхватывают по мешку поменьше и устремляются вслед за предводителем.
А мне не остается ничего другого, как смириться с пижамой-оленем от Олега Григорьевича Тихонова и фильмом ужасов на ночь. Хотя, после дня, полного идиотских приключений, ужастиком меня не напугать.
  
Глава 42. Олег Тихонов
 
Выдав Елене Прекрасной мою пижаму в клетку с оленем на груди и полотенца, чтобы она могла спокойно принять душ, мы с детьми ведем на вечернюю прогулку Лютика, а заодно отправляемся на поиски попкорна для нашей пижамной вечеринки.
К счастью, продуктовый магазин у дома открыт.
Привязав Лютика у входа, мы заходим внутрь.
Ваня и Катя порхают по тесному помещению, как юркие птички. Они просматривают пачки, и им удается найти попкорн, который можно сделать в микроволновой печи.
Катя задерживается у морозилки с мороженым и пиццей.
— Дядя Олег, а давайте мороженое купим? Мама любит мороженое, — поясняет с хитрой улыбкой.
Я с интересом заглядываю в холодильник через стекло.
— И какое мороженое любит мама? — уточняю озадачено.
— С грецким орехом и кленовым сиропом, конечно!
— Отлично, купим две пачки. Думаю, хватит на всех, — принимаю решение и достаю из холодильника две коробки мороженого.
Когда мы возвращаемся, в столовой готово угощение.
Оказывается, Елена Прекрасная успела принять душ, переодеться в мою пижаму, а еще она умудрилась вытряхнуть содержимое моего холодильника. Получилось весьма неплохо — гора сэндвичей с курицей, нарезанные ломтиками яблоки, бананы, апельсины и вишневый лимонад.
— А вот и мороженое! — сообщаю торжественно и достаю из пакета контейнеры.
— Ух, ты, мое любимое, — вспыхивает радостью взгляд Куропаткиной.
Я выкладываю на стол попкорн и мысленно ликую. Ведь очаровательная улыбка на лице Леночки стоит намного дороже, чем само мороженое.
— Ну, что, устроим вечеринку? — посматриваю на детей.
— Я первая в ванную комнату! — выпаливает Катя.
— Не парься, у нас их две, — я ей подмигиваю. — Так, дети, стройся и за мной, я выдам вам полотенца и пижамы. Можете занимать ванные комнаты, а мы с Леной пока подберем для вас фильм в домашнем кинотеатре.
Я веду Катю и Ваню к большому гардеробу. Выдаю им полотенца, и они несутся в две ванных комнаты.
Я же возвращаюсь в столовую. Лютик требовательно урчит у пустой миски.
— Прости, брат, сейчас исправлюсь, — обещаю ему.
Достаю пачку сухого корма и наполняю миску.
— А знаешь, мне даже нравится наше маленькое приключение, — подает голос Куропаткина.
Я прячу пакет с кормом в шкаф и поднимаю глаза.
Она стоит у окна с бокалом лимонада и улыбается. Моя пижама в клетку ей, конечно, великовата, но как она ей идет! Даже олень на груди кажется вовсе не дурацким с этими увесистыми рогами.
Ее глаза, так похожие на глаза моей мамы, светятся особым теплом, и я понимаю — Куропаткина в моей пижаме — это оно. То самое, настоящее. То, что не купишь ни за какие деньги.
Я выпрямляюсь и медленно подхожу к рабочей зоне. Наполняю второй бокал лимонадом и приближаюсь к окну. Никак не могу отвести глаз от Куропаткиной. Ловлю себя на том, что волнуюсь.
  
Приподнимаю бокал.
— Значит, за наше маленькое приключение? — произношу тост.
Она кивает: