Измена. Он нашёл помоложе (СИ)

Я вновь пью кофе, чтобы выиграть себе время. Потому что внутри все болезненно вибрирует. Если начну говорить — голос точно сорвется.
— Что значит «уладил»? — спрашиваю, затаив дыхание.
— У меня есть знакомые в суде, — Николай вальяжно раскидывается в стуле и достает из кармана своего пальто пачку сигарет. — Конечно, не за спасибо, но наш развод отменили.
— Не поняла, — лепечу я. — Ты… ты…
  
— Я не собираюсь с тобой разводиться, Агата. И ничего ты с этим не сделаешь!
У меня внутри трескается душа. Медленно так на осколки рассыпается, оставляя огромную зияющую дыру. Боль грудную клетку неприятно сдавливает.
— Да как ты смеешь, — шиплю сквозь зубы. — Коля, я понимаю, что ты влиятельный человек и…
— О да, дорогая. Я влиятельный. Ты даже не представляешь насколько! — глаза моего мужа иронично блестят.
— Мудак! — громким шепотом выдаю я, не в силах уже просто сдерживаться.
— А ты что хотела? — Николай подкуривает сигарету и выпускает в чистый воздух недавно убранного дома противный запах дыма. — Чтобы я приполз на коленях и извинялся перед тобой?
Грустно улыбаюсь, опустив взгляд. Горло дерет от слез.
— Было бы не плохо услышать извинения, — глухо шепчу.
— Ну извини, Агата, — небрежно плюет Николай. — Извини, что за сорок пять лет я захотел попробовать секс с кем-то еще, кроме тебя.
Качаю головой и больно прикусываю кончик языка. Выпросила, называется, извинения. Вот, получай.
— Я просто захотел разнообразия, — хрипловато сообщает мне мой муж. — Если хочешь знать, я не собирался на ней женится и заводить с ней детей. Но когда я говорил тебе об этом, я видел в твоих глазах ревность. А это значит…
— Это значит, что ты, неблагодарная скотина, вывернул мне всю душу! В клочки меня разодрал! Опозорил, унизил, с землей сравнял мою веру в любовь. А теперь еще и отпускать не хочешь? — поднимаю взгляд на Николая.
У самой губы дрожат позорно. Не могу контролировать. Не могу. Мне слишком паршиво. Запредельно больно.
— Не перегибай, — вскинув подбородок, произносит Николай. — Разовый трах на стороне не считается за измену.
— Хочешь сказать, что ты со своей Светочкой спал только один раз? — выдыхаю резко, даже не обдумав свой вопрос.
Николай молчит. Просто смотрит мне в глаза своим тяжелым, подавляющим взглядом.
— Я никогда тебя не прощу, — говорю сухо, словно точку ставлю.
— Тогда собирай свои вещи и проваливай, Агата, — Николай безразлично машет рукой.
Вот так. Развестись мне с ним нельзя, зато можно поздним вечером из дома уйти с чемоданами. Мерзавец!
— Ты разобрался с квартирантом? Однушка свободна? — уверенно встаю из-за стола, смотрю на мужа сверху вниз.
— Нет. Решай эту проблему сама. Это же ты против совместного проживания.
— Да я лучше на улице жить буду, чем с такой свиньей, как ты!
— Пожалуйста, никто не держит.
Я кусаю щеку изнутри. Меня просто захлестывает от досады и паники.
Мне так горько и плохо… даже слезами глаза щипать начинает.
Если сейчас останусь, Коля расценит это, как слабость. Подумает, что я сдалась и вот-вот его прощу. А потом так и буду терпилой, которая согласна глазки на измены прикрыть, лишь бы Коля меня с малышами за дверь не выставил.
А если уйду, то где мне жить с малышами? В однушке?
Этот монстр не даст мне развестись с ним. Он прав. У него связи и знакомства. И деньги.
А я жалкая букашка по сравнению с ним.
Жалкая, старая, беременная букашка.
  
Глава 16
 
— Знаешь что, Коля, — говорю я, а у самой голос дрожит. — Я на ночь глядя никуда не пойду! Это и мой дом тоже.
— Отлично! Значит, продолжим жить вместе! — скалится и руками разводит.
Чувствую, как слезы стоят в глазах. И сказать мне ему больше нечего. И козырей в моем рукаве нет, чтобы его выгнать. Не полицию же мне вызывать.
Он прав. Это и его дом, и мой.
Но так же нельзя.
Он специально меня клюет и унижает.
Он делает все, чтобы я страдала!
Я не хочу жить с ним вместе, но разве выбор есть? Гордость собрать и уехать в отель временно… или к дочерям младшим.
Девочки будут в шоке от того, что Николай все же выставил меня. А Даша со Златой вместо поддержки только позлорадствуют, мол предупреждали, что так и будет.
Делаю глубокий вдох, медленно и шумно выдыхаю.
Нет, я точно сейчас никуда не пойду.
Складываю руки под грудью и на Колю свысока смотрю. Он жадно затягивается сигаретой и выпускает сизую струйку дыма в воздух. От запаха меня подташнивает.
— Не кури в доме, — строго требую я.
— Что хочу, то и буду делать, — фыркает Николай в ответ.
— Я найду способ с тобой развестись, понял? Обязательно!
— Угрожаешь? — улыбается, насмешливо сощурив свои наглые глаза.
Как же клокочет все внутри. Меня изнутри пожирает собственная обида и боль. Врагу не пожелаешь на моем месте оказаться.
Двадцать три года… вера в любовь, поддержка, семейные ценности… А он, оказывается, на «разнообразие» все это готов променять. Просто в унитаз спустить наши отношения.
— Да, Коля. Считай, что я тебе угрожаю! — рявкаю так, что уши закладывает.
Мой ненавистный муж тихо и высокомерно смеется, а я просто разворачиваюсь и ухожу на второй этаж.
Я все решу. Завтра.
Позвоню квартиранту, пусть освобождает однушку.
У меня выбора нет.
Мне придется бежать.
Из собственного дома придется уйти! Из уютного гнездышка, которое я строила, выбирала мебель, обои, плитку в ванной. Даже дверные ручки! Все до мелочей — моя кропотливая работа. Уют в нашем доме создал не дизайнер, а я сама!
А теперь мне придется сдаться?
Горло сдавливают невыносимо горькие рыдания.
Этот монстр Коля просто выбора мне не оставляет.
Уничтожает меня.
Размазывает.
Разламывает.
Прохожу в комнату, где раньше Злата жила. Запираюсь тут же.
Встаю перед зеркалом и смотрю на свое отражение. Свет приглушен, на полу и стене играют тени ветвей дерева.
Я попала в капкан. И просвета, кажется, не будет. Кто бы мог подумать, что после сорока лет на меня со всех сторон могут посыпаться жизненные испытания? Выдержать бы теперь, выстоять.
Ложусь на кровать и отворачиваюсь к стене. Глаза закрываю и разрешаю себе, наконец, заплакать. Пусть Коле отольются мои слезы! Пусть он чем-нибудь заболеет! Пусть бизнес его рухнет! Пусть ему будет еще хуже, чем мне сейчас!
Так нельзя, но я не могу сдержаться.
Я хочу, чтобы он страдал. Пусть жизнь его накажет!
Засыпаю я поздно. Страшные мысли все терзают и терзают меня. Полноценным сном это назвать нельзя. Я ворочаюсь, постоянно просыпаюсь. Болезненная поверхностная дремота, которая не несет за собой чувства бодрости.
Я просыпаюсь, и ощущаю себя разбитым корытом.
Сегодня у меня две вечерние пары в институте. Возможно, успею еще поспать…
Выхожу в коридор. Колины чемоданы так и стоят в пролете. Он их не убрал. Надеется, что я стану раскладывать его вещи по местам?
Улыбаюсь от отчаяния и спускаюсь на первый этаж.
На кухне недопитый кофе и хлебные крошки. Видимо, Коля завтракал перед работой и за собой не убрал.
И я убирать не буду.
Я не его прислуга.
Если он думал, что вернется домой и я тут же возьмусь его обслуживать по полной — хрен ему! Даже не притронусь.
Неторопливо нарезаю зеленый салатик из овощей на завтрак. Заправляю маслом и иду в гостиную с тарелкой в руках, чтобы там спокойно поесть. В кухне сигаретами пахнет, невыносимо просто. И освежитель воздуха не помогает.
Только усаживаюсь на диван перед телевизором, как в дверь стучат.
Я мельком бросаю взгляд на часы. Половина девятого. Поджимаю губы и оставляю свой завтрак на кофейном столике.
  
Кого принесло в такую рань?
Смотрю в глазок — за дверью девушка. На вид ей около тридцати, одета в красное модное пальто, губы в тон накрашены. И ресницы огромные просто, чуть ли не до самых бровей.