Караван к Наташке. Дилогия (СИ)

— С утра этим лично займусь, Кирюша.
— Я те дам лично! — парень поднес к лицу принцессы кулак. — Мне хватило пропажи тетушки. Как я потом в глаза королю Джурии посмотрю, если с тобой что‑нибудь случится? Да и… — он посмотрел на привалившуюся к его боку тихо посапывающую Светку — так умоталась за сутки, что уснула, не дождавшись вечерних ласк — не разбудить бы разговором, — пойми еще одно обстоятельство. Вас, офицеров, допущенных к информации Создателей почти без ограничения — практически все, что я строчу каждую свободную минутку, независимо от вида знаний, достается только верхнему эшелону сангарской власти — не так уж и много. Причем наиболее ценны для меня именно молодые, не зашоренные давно устаревшими догмами люди. Вы быстрее и правильней ориентируетесь во всех наших делах, поэтому не имеете права лично рисковать собой. И самое главное… — Кирилл прервался, нежно провел ладонью по плечу девушки, обрисовал пальцем крутые дуги бровей, обвел чуть припухшие от поцелуев губы и признался: — Ты, милая, нужна мне живой и здоровой.
  
— Сам‑то вместе с братом полез в авантюру с солью, а меня ближе к баритянам не допускаешь, — все‑таки чуть обиделась девушка.
Возразить герцог не успел — услышал тихий разговор стражника на входе в личные палаты монарха во дворце. Прислушался, но разобрал только приближавшиеся быстрые мягкие шаги. Дверь приоткрылась и в опочивальню зашла стройная фигура. За секунды сбросила одежду на пол и скользнула под балдахин.
— Не спите еще? — прошептала графиня Чистопрудникова, устраиваясь на большой постели рядом с принцессой. — Второй час ночи, — она, вглядевшись, увидела под слабым светом луны спящую Светлану, чмокнула в щеку Асторию, погладила по обнаженной груди и потянулась через нее к парню.
— Вероничка! — расцвел Кирилл, прикидывая, что самое важное уже обговорили и можно, наконец‑то, предаться отдыху. Ответил на горячий поцелуй женщины, чувствуя, как его начинают гладить в разных местах четыре нежные ладони, и отдался девичьим ласкам.
 Глава 8 
  
— Ох! Вот понимаю, что ничего плохого мы не делали, но все равно какое‑то жутко стыдное ощущение, — она передернула плечиками как в ознобе.
— Влипли, — согласился с женой Затонов.
— А я ничего такого в… процессе не говорила? — пристыженным шепотом спросила Сюзанна.
— Думаешь, я в это время старался запомнить твои слова? — весело и тоже чуть виновато хмыкнул подполковник. — Впрочем, можно проверить, — он вывел на монитор таблицу с файлами записи камер видеонаблюдения, нашел нужный и запустил изображение получасовой давности.
Картинка была темная, но сеть подлунной базы услужливо нормализовала изображение, увеличив его яркость и раскрасив в яркие натуральные цвета, как будто все происходило днем под светом полуденного солнца. Женщина увлеченно и чуть ли не яростно двигалась туда и обратно в позе наездницы. Крепкие мужские руки удерживали ее за роскошные бедра и помогали взлетать и резко опускаться обратно. Большие полушария грудей слаженно колыхались, демонстрируя, несмотря на размер, отменную упругость. Из уст разгоряченной страстью Сюзанны во весь голос неслись блаженно–восторженные стоны, но слов, тем более нецензурных, в этот раз слышно не было.
Павел, с явным интересом полюбовавшись изображением — никогда раньше не задумывался, как все это может выглядеть со стороны — скосил взгляд на тоже заинтересованную Сюзанну. Почти полностью обнаженная — скомканная простынка прикрывала только верх соблазнительных бедер — жена была еще более прекрасна и соблазнительна, чем на мониторе. На самом краю картинки в проеме приоткрывшейся двери апартаментов появилось любопытное личико Патриции. В доли секунды оценив ситуацию, девчонка, призывно махнув назад рукой, мол, дуйте за мной, проскользнула за высокую спинку бокового дивана, что стоял метрах в пяти от постели родителей. Через пару секунд там же оказались все пятеро братьев. Ничуть не удивленные, видимо что‑то такое они и ожидали, дети наблюдали за бурными ласками родителей. Мишка перевел взгляд с матери на сестру, опять посмотрел на постель и положил ладошку на маленькую попку стоящей рядом Патриции. Сестра, не отрывая взора от действа на большой кровати, прижалась к мальчишке бедром и сама запустила руку куда‑то вниз. С другой стороны на девочку по–хозяйски положил ладошку Габриель. Так дети и простояли, скрываясь в ночной темноте за спинкой дивана и наблюдая за родителями. Потом, когда в голос закричавшая Сюзанна без сил рухнула на грудь мужа, братья с сестрой осторожно покинули апартаменты. Но кравшийся последним Джастин слишком резко прикрыл дверь. Ее хлопок и привлек внимание Затонова, не преминувшего поделиться информацией о вероятном подглядывании с женой.
— Н–да, — крякнул подполковник, — у них же ночное зрение — без всякой компьютерной обработки достаточно четко все видели.
— Включи камеру в спальне детей, — сухим встревоженным голосом вдруг потребовала Сюзанна. — Боюсь что… — она не закончила.
Павел задумчиво посмотрел на встревоженную жену и беспрекословно выполнил требование. Женщина после пары секунд просмотра тут же запретно махнула рукой, не желая видеть такое — Патриция, копируя мать, восторженно прыгала на Теодоре. Рядом лежал часто дышащий Мишка, уже получивший свою порцию удовольствия. Остальные мальчишки, массируя свои маленькие члены, дожидались своей очереди.
— Ужас! — выкрикнула Сюзанна, вперившись взглядом в появившееся изображение узкого серпа ночной Наташки — смотреть в глаза мужа сейчас было никак нельзя. Потом уже почти спокойно добавила: — Вот разумом понимаю, что для суперов наши нормы морали совершенно не подходят — другая физиология и, как следствие, отличная от земного человечества нравственность, но здесь, — она приложила ладонь чуть ниже левой груди, — все равно больно.
— Что хуже всего — запрещать что‑либо уже поздно. Запретный плод, как известно, еще более сладок. Что теперь с этим делать? — не представляю, — обескуражено протянул Затонов.
— Что‑что, немедленно отправлять на Наташку! — воскликнула жена. — Пусть там трахаются как кролики с другими модификантами, но хоть греха инцеста не будет. У тебя к чудесам все готово? — уже деловым тоном спросила она.
— Давно, — расстроено протянул подполковник. Он предполагал, что придется долго готовить Сюзанну к расставанию с детьми, а тут вон как повернулось. В глазах предательски повлажнело — Павел даже сейчас не мог представить их жизнь без малышей, ставшими за эти годы такими близкими.
 *** 
  
— Вот чего этот гад ждет? — в очередной раз спросил Мишка у брата.
Войска Лоусвилла уже третий день стояли лагерем ввиду Сталегорска и ничего не предпринимали.
— Плохой погоды? — в раздумье заявил Правящий герцог, через огромную подзорную трубу на специальной подставке разглядывающий противника. — Кровь из носа, но нужен достаточно высокопоставленный язык, знающий планы злыдня. Ну, ведь не просто так он привел сюда армию, значит, на что‑то рассчитывает.
— Твоя леди Астория вместе с графиней Астаховой обещали добыть, но пока не получается, — посетовал старший герцог.
— Я им запретил лично участвовать в вылазке — слишком много знают, — сообщил Кирилл.
— Признайся честно, что просто любишь обеих, хотя Гражина нынче чужая жена.
— Люблю? — задумчиво протянул младший брат. — Не знаю… Слишком все это сложно. Но вот терять никого из них действительно не желаю. Ты‑то сам, братец, как будто, пошлешь своих девчонок рисковать? — Кирилл посмотрел на немного смутившегося Мишку, тоже бывшего не в меру популярным среди сангарских женщин, и вновь вернулся к наблюдению за лагерем противника. — А за Гражинку, по большому счету, я даже рад. Граф человек умный, и вместе, надеюсь, они будут счастливы.