Френдзона (ЛП)

Они перемещают меня назад, обступая вокруг. Комнату наполняет бормотание, глядящие на меня лица.
- Папа, - говорю я. - Прости.
Я хочу сказать ему, что беременна, но не думаю, что сейчас это еще так.
Кто-то звонит доктору, и все, что я могу сказать, так это:
- Не говорите Грею. Только не сейчас. Обещайте мне не говорить ему пока.
Рука Фи такая теплая и сильная поверх моей.
  
- Все в порядке, Айви. Все будет в порядке.
Но я знаю, это ложь.
Глава 33
Идет последняя четверть игры, 3-й даун и 10 ярдов, осталась всего минута, и моя кровь мчится по венам. Я ощущаю резкий металлический запах. Переполненный стадион шумит вокруг меня, глухой звук гула соединяется со звоном в ушах. Каждый следующий дюйм дается мне с болью, мои суставы пульсируют. Колено разбито. Пот заливает глаза. Но я не променял бы это ни на что другое. Все мое тело живет и движется, стремясь к одной цели - выиграть эту гребаную игру. Еще один тачдаун, и выигрыш у нас в кармане.
Я снова бросаюсь к толпе игроков, и лайнмен противников врезается в меня плечом, пробегая мимо и одновременно с тем дразня:
- Я тебя на землю повалю, киска.
- Я люблю киски, - говорю я, поворачиваясь к нему и продолжая бежать задом наперед, широко раскинув руки. - Но твоя киска немножко воняет. Сходи помойся.
Мистер Неюморной указывает на меня пальцем.
- Тебе пиздец.
- Сперва поймай меня. Ты скорее попробуешь на вкус мои шиповки. - На этих словах я трусцой бегу к своим ребятам, игнорируя то, что кричит мне вслед этот идиот.
- Прошу, скажи, что я только что пустил пыль в глаза этому засранцу номер девяносто два, - говорю я Келу, пока мы собираемся всем составом команды.
 В ответ из-за решетки шлема, проглядывается усмехающееся лицо нашего квотербэка.
- Забавно слышать это от тебя, Грейсон. Пришло время стать Греем Призраком.
Грей Призрак. Потому что остановить меня невозможно, как и поймать призрака. Так что прозвище очень подходящее и звучит просто здорово.
- Вот именно Грей Призрак, Человек-Скала, - говорю я Келу, тоже давая ему прозвище. Потому что, черт его побери, если этот парень сегодня не заслужит данное звание.
Он просто кивает.
- Давайте уже выиграем эту игру, ребята.
Кел похлопывает нас по плечам, и я широко улыбаюсь. Для меня это простая игра, с множеством замысловатых хитростей в исполнении моих коллег по команде, в надежде сбить с толку противника. Мое тело вибрирует от ожидания.
На линии стоит мистер Неюморной и глядит на нас.
- Ты готов сразиться со мной, блондинчик?
Я тоже ставлю ногу на линию, приседая достаточно низко для того, чтобы он подумал, будто я собираюсь дать ему пинок.
- А теперь я заблокирую твою задницу, - говорю я ему очень милым и дружественным тоном голоса. - Но ты не думай, словно я хочу достать до твоей киски, ладно?
Тупые проигрывают очень жестко. И обычно их повалить можно довольно легко. Этот парень почти трясется от ярости.
- Я размажу твое милое личико.
Я посылаю ему воздушный поцелуй, делая вид, что все мое внимание сосредоточено на нем, тогда как на самом деле я глубоко и напряженно дышу, вбирая по максимуму кислорода и насыщая им кровоток, перемещаю вес на подъем стопы и готовлюсь атаковать. Моя кровь густая, словно стрела, которая готова вот-вот вылететь из арбалета.
Голос Кела раздается над гулом фанатов.
- Вперед!
Мир сливается в движении. Думая, что я собираюсь его блокировать, лайнмен противников делает шаг влево, агрессивно рыча. А я ступаю вправо. Он бросается прямо мимо меня, тогда как я ныряю вниз и свободно пересекаю линию, так что мои парни могут последовать за мной. Кровь несется по венам, все звуки вокруг смешаны: возгласы, удары тел друг о друга и звук моих бегущих ног. Еще десять ярдов, я бросаюсь вправо, резко меняю стратегию, разворачиваю корпус к Келу, и мяч летит прямо мне в руки.
Вот и все, что нужно. Еще один взрыв энергии переполняет мое тело. Разворачиваюсь и бросаюсь через поле, оставляя лайнмена противников следовать за мной по пятам. Боковым зрением вижу, как ко мне движется сейфти. Но они не знают того, что известно мне. Сейчас все дело в руках законов физики. Скорость, масса, импульс.
Лайнмен оборачивает руку вокруг моего корпуса, пытаясь повалить меня на землю. Но я больше и сильнее. Удерживая мяч низко и крепко, я приседаю, опуская свой центр тяжести. Я тяну парня команды противников следом за собой, основной вес его тела сталкивается с моей спиной, по факту лишь увеличивая мой импульс. И когда до нас добегает сейфти, он уже ничего не может поделать, так как для парня его размеров наш с лайменом вес неподъёмен.
В данный момент вес этих парней играет против них, утягивая наземь. В результате я вырываюсь. Один, два, три шага вдоль боковой линии, и я снова лечу, на максимальной скорости к 10-ти ярдовой очковой зоне. Шум топающих ног раздается у меня за спиной. Горячее дыхание ударяет в затылок.
Но к черту эти звуки. Я бегу на полную силу. Мои легкие горят, мышцы молят о передышке, но я не останавливаюсь. Слева ко мне мчится еще один сейфти.
Продолжая бежать, я тянусь назад и хватаю его за ворот футболки. Мы чуть ли не падаем на землю, находясь всего в паре метров от 10-ти очковой зоны. В результате, парень валится на меня, я отпрыгиваю, моя нога задевает его шлем.
Я валюсь, мяч крепко прижат к моему телу, голова повернута почти на 180 градусов. Но я не выпускаю из виду маленький оранжевый конус. Он прямо передо мной. Нужно просто подбросить мяч.
Пыхтя, я переворачиваюсь, падая плашмя так, что мое тело вытягивается, а руки могут двигаться, удерживая мяч крепко. Сверху на меня валятся, похрюкивая, другие парни.
Наши тела ударяются о траву, сотрясаясь до мозга костей. Перед глазами мелькают звезды. Но я уже сделал то, что был должен. Тачдаун. Раздается звук свистка, и руки рефери поднимаются вверх. Рев толпы проносится над полем.
Выигрыш главного матча года несравним ни с чем другим. Шум фанатов оглушителен. Рев посылает вибрации по всему моему телу, вызывая звон в ушах. Летит конфетти, и энергия восьмидесяти тысячной толпы кричащих зрителей накрывает поле волной, даря мне неистовое возбуждение и заряд сил. Я словно под кайфом, схватываюсь с земли, прыгая и крича по дороге к своим парням.
Моя команда прыгает и ликует вместе со мной. Сильные руки похлопывают по спине, подкладкам формы и голове. Я взмахиваю кулаком в воздухе. Мы, на хрен, это сделали. Черт возьми, мы выиграли. Мы вышли в национальный чемпионат. Моя кожа покалывает от распирающего чувства гордости.
Хаос - вот как можно назвать сейчас состояние на поле. Я едва понимаю, как даю интервью. Знаю лишь, что сказал стандартные заученные фразы о том, как благодарен своей команде, как счастлив выиграть, и о необходимости усердной работы для игры в национальном чемпионате. Все это правда, но мое внимание сейчас рассеяно.
Вокруг меня снуют коллеги по команде, тренеры и другой персонал. Конфетти застряло в волосах, а большие куски разноцветной бумаги щекочут шею, забившись под ворот формы. Я прохожу мимо друзей и доброжелателей. Айви. Где Айви? Мне нужно увидеть ее так же сильно, как сделать следующий вдох.
В море снующих лиц я замечаю Дрю, направляющегося мне навстречу. Я еще раз радостно восклицаю и бросаюсь к нему бегом.
- Черт побери, мужик, - кричу я счастливо, подбегая. - Мы сделали это! Ты можешь в это поверить? - Я разделяю с ним медвежьи объятия, отрывая ноги друга от пола.
  
Дрю сдавленно смеется, и я отпускаю его, чтобы парень мог вдохнуть. Его улыбка широко расплылась по лицу, но при этом кажется странной и фальшивой.
- Вы задали им жару, Грей-Грей.
Он смолкает. Дерьмо, он расстроен, что не играл с нами на сей раз? Я чувствую себя мудаком. Проводя руками по влажным волосам, я пытаюсь придумать, что же сказать, может, что Дрю скоро сможет снова играть вместе с нами. Его нога быстро заживает. Но друг делает шаг вперед, его выражение лица вдруг становится напряженным.