Френдзона (ЛП)

Ее голос - теплый мед на моей коже.
- Позволь мне позаботиться о тебе сперва.
У меня был секс столько раз, что я даже не хочу об этом думать. Девушки отсасывали мне и делали все возможное, пытаясь впечатлить. Но заботиться обо мне? Они целовали все мое тело, словно пытались подарить некий непередаваемый опыт. Но никогда. Никто не был похож на Айви.
Мои руки немного дрожат, когда я касаюсь ее волос, убирая их с лица.
  
- Эй, - шепчу я. - Повернись так, чтобы я тоже мог о тебе позаботиться. - Я знаю. Мне хочется ощутить ее вкус, потерять себя в ее удовольствии.
Но она качает головой, ее руки скользят по моим бокам.
- Не сейчас. Это для тебя.
Глянцевые каштановые волосы касаются моей кожи, вызывая мурашки. Горло напрягается, когда я гляжу вниз, вбирая образ ее блестящей кожи, этих длинных стройных ног и того, как покачиваются ее груди, когда Айви движется. Такая офигенно красивая. Ком в моем горле дорастает до размера шишки, и я напряженно сглатываю, прерывисто втягивая воздух.
- Мак.
От звука моего голоса она поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Я быстро моргаю, и мое сердце ударяется о ребра. А она улыбается, изгибая эти мягкие розовые губы, а затем нежно целует мой бок. И я чувствую это до кончиков пальцев ног.
Очевидно, Айви пытается мучить меня. Ее шаловливый язычок проводит линию к моим бедрам, вдоль моего пресса, целуя меня везде, но только не там, где я этого хочу. Мой член поднимается, пытаясь привлечь ее внимание, умоляя о прикосновении. И наконец, она лениво облизывает кончик моей эрекции, и я почти глотаю свой язык.
Она делала это и прежде, но сейчас, после столь длительных поцелуев, я так сильно напряжен и чувствителен к каждому прикосновению. Потому, когда она всасывает меня в свой рот, я стону так громко, что этот звук звучит как мольба, мои глаза закрываются, а жар разливается по коже.
Руки опускаются на ее затылок. И я удерживая ее на месте, медленно толкаясь в ее рот и выскальзывая наружу. Она издает гудящий звук, посылая вибрацию прямо к моим яйцам. Мой захват становится сильнее.
- Так охуенно, сладкая. Вот так. Боже, вот так.
Айви сжимает мою длину и сосет, а затем она втягивает мой член до самого основания. Когда она отстраняется, ее влажные пальцы тянутся к моим бедрам, раздвигая их. Я позволяю ей это сделать, мои мышцы вздрагивают под ее руками. Она ласкает мои яйца, мой зад, все время пока сосет и лижет член, медленно и уверенно атакуя.
- Я люблю твой ротик. - Вид того, как ее розовые губки сжимают мой член - самая сексуальная вещь, которую я лицезрел. И я почти не замечаю, как ее пальцы скользят мимо моих яиц. Почти. Пока ее пальчик не начинает кружить вокруг того самого места, которое никто не трогал.
Моя задница сжимается, но я не двигаюсь. Не могу. Ее смелость выбивает меня из седла. Кровь шумит в ушах. Я наполовину сосредоточен на ее теплом влажном ротике, а наполовину - на движениях ее пальца. Это немного извращенно, и черт меня дери, если от этого мой член не становится еще тверже.
Она ласкает меня, легонько прикасаясь. И это так приятно. Слишком хорошо. С тихим стоном она всасывает меня глубже и затем погружает палец в мой анус. Мне не следует позволять ей это делать. Это слишком.
- Мак? Я не знаю... Ах... О, черт возьми. - Ее палец двигается внутрь, и странное вторжение в мое тело бросает тело в огонь. - Иисусе, блядь...
Моя грудь вздымается, когда стараюсь оставаться в неподвижном положении. Боже, как же хочется толкнуться бедрами навстречу ее пальцу. Потому что это так пошло, столь офигенно эротично и приятно, что я стискиваю зубы, оказываясь так близко к оргазму, что могу ощутить, как он волной сжимает мои яйца. И затем она касается того места, и мое дыхание замирает, возможно, как и сердце.
- Ох, блядь, Мак. - Я толкаюсь в ее рот, ерзая на ее пальце. Отчего ощущения становятся еще интенсивнее. И она принимает меня. Меня, того, кто всегда все контролирует. Она любит меня своим ртом и трахает пальцем. И это так интенсивно, что я не думаю, просто задыхаюсь и двигаюсь вместе с ней, словно от этого зависит моя жизнь.
Мои руки выскальзывают из ее волос, шлепаясь на кровать, когда я выгибаю спину, погружаясь в ее рот так, что все мое тело напрягается. Удовольствие поглощает меня. Я кончаю так сильно, что комната плывет перед глазами.
И она просто принимает это, выпивая меня, продолжая сосать член и продлевая мое удовольствие.
- Боже, сладкая, обещай мне, что в один день ты выйдешь за меня. Я обязан иметь все это до конца наших дней. Всегда. Всегда. Блядь.
Она отпускает меня, убирая руки. И моя кожа покрывается мурашками. Я ощущаю себя странно опустошенным, все мое тело чувствительно во всех тех местах, о которых я не желаю думать. А Мак медленно целует мой живот, пока я все еще бормочу под нос.
- Повтори это на следующее Рождество. На мой день рождения. - Ее язык скользит в мой пупок. И я фыркаю, а мои бедра дергаются. - Во все выходные. Во время отпуска. Удивляй меня так посреди ночи... - Мак облизывает мои соски, и я дрожу, а мой голос становится хриплым. - И дважды по вторникам.
Ее темные глаза так ярко светятся, когда она смотрит на меня.
- Только по вторникам?
- Дважды по вторникам. И по одному разу во все другие дни? - Я приподнимаю голову, глядя на нее с надеждой, и она хрипло смеется, что само по себе так сексуально, что я сжимаю свои бедра и сдавленно произношу: - Просто, чтобы ты знала, давай оставим это особое веселье в секрете...
Румянец покрывает мои щеки. Иисусе, я не могу поверить, что она это сделала. И как же офигенно это было. Я недооценил свою девочку.
Губы Мак изгибаются в серьезном выражении, когда она забирается на меня и наклоняется, нежно целуя.
- Твои секреты со мной в безопасности, большой мальчик.
Она на вкус как я сам, а ее губы припухли и стали красными. Я хочу большего. Моя рука скользит к ее шее, удерживая ее на месте так, чтобы я мог углубить наш поцелуй, сплетаясь с ней языками. Легкая пульсация пронизывает мой член, словно послешоковый эффект. Святые черти.
- Несомненно, дважды по вторникам, Мак.
Грей плюхается на кровать вместе со мной, отчего матрас подскакивает. Он одет лишь в пару спортивных штанов, которые низко висят на его бедрах.
- Проверим добычу?
Добычей является большая спортивная сумка, которую я поднимаю, она полностью наполнена лакомствами и несколькими подарками для Грея и его коллег по команде от спонсоров.
- Папа обычно привозил домой из своих путешествий мыло и футболки. - Я вытягиваю коробку из качественного пластика, в которой спрятаны смарт часы, за которые простые смертные готовы умереть. - Ничего на подобие этого трофея.
Грей шевелит бровями.
- Очень мило, хах? Думаю, вот это ваучер стоимостью годового запаса стейков.
- Удивлена, что ты не плачешь.
- Ну, я мог бы пролить одну или две слезы. - Грей поднимает подол моей футболки и опускает голову на мое голое бедро. Фыркая от удовольствия, он гладит мою ногу, выражая свои эмоции, его тело расслаблено и спокойно. Сделайте мужчине минет и немного удивите его, поиграв с его задницей, и он практически мурлычет. В этом вероятно кроится урок, вот только я настолько же сильно чувствительна. Грею стоит лишь уверенно посмотреть на меня, и я готова предложить ему что угодно.
- Айви?
  
- А? О, гляди, беспроводные наушники. Я хотела такие.
- Они твои. - Его рука нежно и уверенно движется вдоль моей голени. - Когда я рассказывал Дрю о твоей беременности, то осознал, что я не боюсь. Сама идея завести ребенка с тобой в некотором роде кажется превосходной.
Мое сердце увеличивается в груди.
Очевидно, он ощущает, что я напряглась, так как его хватка на моей голени становится ощутимее.
- Я не пытаюсь на тебя надавить, - говорит он. - Но ты спрашивала меня как-то, чего бы я хотел. - Кровать скрипит, когда он приподнимается на одном локте. Голубые глаза Грея серьезные и почти застенчивые. - Я хочу этого с тобой.