Френдзона (ЛП)
Вытирая лицо рукой, я сердито смотрю на него в ответ. Он улыбается, но выражение лица все еще остается серьезным. Слегка я толкаю его локтем в бок.
- Спасибо. Что пришел.
- Мужик, знаешь, ты не обязан это говорить.
Я знаю. Он мне как брат, и я хотел бы, чтобы он был им, вместо моих настоящих братьев отморозков.
В этот момент мои мысли сходятся к семье, которую я покинул, и к тому, что потерял. Быстро моргая, я прижимаю кулаки к своим губам. Нуждаясь в том, чтобы отыскать того единственного человека, которого хочу видеть в роли моей семьи. Айви.
И прямо сейчас я осознаю, что она здесь. Что это она нашла меня первой.
Глава 26
Я чувствую ее еще до того, как вижу. Мне приходится постараться, чтобы поднять голову и повернуться к ней лицом. Но в конце концов я так и делаю. Она заслужила этого и даже больше.
Айви стоит в дверном проходе, ее выражение лица пустое, приглушенный свет потолочных дежурных ламп освещает ее стройное тело. Ее лицо такое бледное и бесцветное. Лишь красные пятна обрамляют ее глаза и нос. Она плакала. Что-то внутри меня нарастает. Потребность, страх, вина, желание, отвращение к самому себе. Я не могу пошевелиться. Хочу извиниться перед ней, но вместо этого сижу примороженный к месту.
Ее мрачный взгляд мечется к Дрю, который как раз встает на ноги. Он кивает ей, и я знаю, что это Дрю сообщил Айви о моем местонахождении. Еще раз сжимая мое плечо, он уходит, оставляя нас с Айви наедине.
- Айви, я... - но способность говорить подводит меня.
Айви делает шаг вперед, протягивая мне ладонь.
- Иди сюда.
Я даю ей свою руку и встаю. Она не отпускает мою ладонь, но и не произносит больше ни слова. Словно зомби, я следую за ней, сжимая ее руку в своей. Она игнорирует меня, что-то набирая на своем телефоне, отправляя смс, один бог ведает кому. Я не спрашиваю ни о чем, потому что сейчас должен в первую очередь извиниться. Я знаю это. Стыд держит мой рот на замке. Мы не говорим, пока Айви ведет машину, куда я с трудом запихнул свое огромное тело. Пассажирское сидение ее розового авто все такое же тесное.
Мы добираемся до ее дома, где холодно и темно. Айви ведет меня в спальню Фи, и я останавливаюсь на полпути, смущаясь.
- Фи нет дома, - говорит она, таща меня вперед. - А у нее есть ванная.
Комната погружена в сумрак. Единственная лампа отбрасывает тусклый свет на стены, образуя размытые тени. Мы проходим в ванную комнату. Кто-то уже набрал воду и оставил включенным свет.
- Я попросила Фи помочь мне, прежде чем она уйдет, - голос Айви тише шепота. Я ожидал от нее злости или по крайней мере обвинений. Но она просто разворачивается и стягивает мою потную футболку через голову.
А я стою здесь, позволяя ей раздеть меня, наблюдая за ее действиями. Она так чертовски красива. Я знаю каждую черту и впадинку на ее лице лучше, чем на собственном, но каждый раз, как я смотрю на нее, все равно вижу что-то новое.
- Забирайся, - говорит она, не глядя на меня и поворачиваясь к ванной.
И так как готов сделать что угодно ради нее, я забираюсь. Вода горячая и успокаивающая. Я не хочу, чтобы меня успокаивали; ее доброта убивает меня. Я наклоняюсь вперед, прижимая основания ладоней к глазам.
Она забирается в ванну за мной, и я распахиваю веки. Я даже не заметил, когда она разделась, но сейчас шелковистая кожа ее ног скользит по моей, пока Айви притягивает меня в свои объятия. Вода омывает мне спину, когда Айви начинает мыть ее.
Это такое простое действие, но оно почему-то производит на меня странный эффект. С каждым поглаживанием ее руки, частичка угодливого, ноющего, больного чувства покидает меня, и я так благодарен ей за это, что мое зрение затуманивает.
- Скажи что-то, - шепчу я сквозь ком в горле.
- Что-то, - повторяет она также тихо. Ее сильные пальцы массируют мне голову, и под моими веками начинают вспыхивать яркие огоньки.
Я быстро моргаю, желая успокоиться.
- Почему ты не орешь на меня?
Ее движения замирают, а предплечья опускаются на мою спину.
- Тебе так было бы легче, верно? Если бы я орала и очистила тем самым твою совесть.
Я кривлюсь, потому что она права.
Айви вздыхает и начинает снова меня мыть, сейчас более агрессивно работая руками, намыливая мои подмышки.
- Я хотела закричать на тебя во все горло. Когда я не смогла тебя найти, то и правда злилась, - ее движения становятся медленнее, и я почти слетаю с катушек, когда пальцы Айви пробегают по моему соску, а губы касаются области между моими лопатками, пока девушка вздыхает. - Но ты казался... Тебе было больно, Грей. А когда больно тебе, то и мне больно. Так что нет, я не стану сейчас на тебя кричать. Никогда не хочу стать тем, кто пинает тебя, когда ты упал.
Эта девушка. Дрожащий выдох срывается с моих уст, и я хватаю ее тонкую ручку, поднося ее ко рту и удерживая на месте.
- Мне так жаль, Айви. Мне пиздец как жаль, что я сбежал тогда, оставив тебя, - она права - знать, что я причинил ей боль, гораздо мучительнее.
Айви не произносит ни слова, но тянется и включает душ. И когда она омывает мое тело, ее действия снова становятся расчетливыми и продуманными. Я в шутку хлопаю ее по запястью, и вода брызгает по всей комнате. А затем не давая мне шанса сказать хоть слово, она выбирается из ванной, вся такая стройная и мокрая.
- Айви...
- Я расстроена, - она хватает халат и заворачивается в него перед тем, как повернуться ко мне лицом. - Ладно? Я не хочу орать, но... - ее глаза становятся остекленевшими, а лицо кривится в отвращении. - Ты причинил мне боль, Грей.
Боже, разочарование в ее голосе разрывает мое сердце на куски. Вода расплескивается на пол, когда я поднимаюсь.
- Знаю, сладкая, и мне...
Но она уже выходит из ванной комнаты. Я выскакиваю из ванной, оборачиваю вокруг бедер полотенце и иду следом.
- Айви.
В ванной она наконец-то поворачивается ко мне лицом, ее глаза метают молнии.
- Я понимаю, почему ты слетел с катушек. Рак груди, твоя мама. Я понимаю, Грей. Правда. Но ты просто сбежал от меня, словно я больна чумой. Ты был мне нужен... - она прерывисто вдыхает. - Больше, чем осознаешь это. Мне нужно было поговорить с тобой. Ты обещал...
Два шага, и она в моих объятиях. Не останавливаясь, я беру ее на руки, выношу в коридор и направляюсь в ее спальню, останавливаясь только тогда, когда мы оказываемся у ее постели. Она замирает, когда я усаживаю ее себе на колени. Но это не останавливает меня от поцелуя. В губы, щеки, везде, куда могу дотянуться.
- Прости, Айви. Я запаниковал, и если бы мог вернуть время обратно, то изменил бы все.
Она дрожит, когда ее тело опирается на мое, но так и не прижимается.
- Ты сбежал от меня.
Мои пальцы зарываются в ее волосы, и я крепче держу ее, встречаясь взглядом с ее глазами.
- Я сбежал от самого себя. Черт. Айви, ты права. Я облажался. С тех пор, как моя мама... Я не хотел ни о чем заботиться. Живи день за днем, наслаждайся моментом, не погрязни ни в чем слишком глубоко. Но забавно то, Айви, что влюбиться в тебя было легче простого. Лучшее время моей жизни.
- Тогда почему...
- Тебя легко любить, но это все еще пугает меня до чертиков, - наши лбы соприкасаются, и я закрываю глаза. - Я почувствовал то уплотнение, и возникло такое чувство, что моя мама снова умирает. Это чувство накрыло меня. Я не могу тебя потерять. Не тебя. Так что да, я запаниковал. Потому что я... Если ты...
Ужас снова накатывает на меня. Я не знаю, что с этим делать. Ничто не пугает меня на поле. Ни сто с лишним килограммовый лайнмен, ни возможность получить сильный удар, от которого могла бы сломаться моя шея. Но это? Я борюсь сделать следующий вдох.
Но тут ее ладонь не прикасается к моей щеке. Ее темные глаза встречаются с моими, и все, о чем я могу думать - это о доме.
