Френдзона (ЛП)
Мои губы вздрагивают. За моей спиной Роландо наклоняется ближе.
- Мужик... Это какой-то впечатляюще хреновый танец.
Я оглядываюсь на него через плечо, а затем хватаю пиво Айви и делаю огромный глоток. Опуская стакан на стол, я встаю.
- Джентльмены, мужчина должен сделать то, что он должен, - глубоко вдыхая, я направляюсь на танцпол спасать свою девочку.
Грей - ужасный танцор. Я бы не поверила ему, если бы не увидела все воочию. Когда он присоединяется ко мне на танцполе, я счастливо визжу. Но потом он начинает двигаться. И это не очень хорошо.
Его так трясет, словно парня хватил некий детский приступ ярости. Все настолько плохо, что маленький круг людей вокруг нас с Анной становится еще шире. И это неудивительно, у Грея очень длинные конечности. Анна, которая до этого типа улыбалась, когда я с ней танцевала, сейчас смотрит на Грея широко открытыми шокированными глазами. Ее взгляд скользит от меня к тому зрелищу, что он устроил, а затем на ее лице растягивается широкая ослепительная усмешка, словно его безумие веселит ее.
Опять же, парень старается изо всех сил, и в итоге я тоже не могу удержаться от улыбки в ответ на его энтузиазм. Учитывая его прекрасную координацию на поле, я ожидала, что Грей будет неплох и в танцах, но мы не можем быть хороши во всем.
Мы танцуем втроем еще одну песню. Бит пульсирует вокруг нас, и к концу композиции все ребята оказываются вместе с нами. Даже Дрю притягивает Анну поближе, и они как бы обнимаются и раскачиваются вместе. Остальные ребята присоединяются ко мне и Грею, формируя стену вокруг нас. Они танцуют лучше Грейсона, но, кажется, не находят ничего постыдного в представлении своего собрата. Как и положено хорошим друзьям, они просто кивают ему с различными вариантами веселья на лицах и затем танцуют.
И знаете, это весело. Роландо пытается научить меня нескольким движениям, располагая руки на моих бедрах и ведя меня в танце, но мне трудно не отставать от него. Грей пододвигается ближе, занимая место передо мной и его безумные движения прекращаются, переходя в нечто сродни движениям Роландо.
Вместе, они приближаются ко мне сзади и спереди, контролируя наш танец. Мы не настолько близко друг к другу, чтобы наши тела терлись друг о друга, но и этого достаточно, чтобы я смеялась и начала задыхаться. Все ребята танцуют со мной, каждый из них показывает мне различные движения. Но я всегда заканчиваю танцевать с Греем, который движется лучше, чем в начале, но ему явно не удается довести до совершенства свою технику. Думаю, может быть он слишком сильно старается, потому что я замечаю проблески успехов в этой области.
Когда песня заканчивается, Грей наклоняется ближе, и я ощущаю чистый запах пота, исходящий от его кожи.
- Сейчас ты не хочешь присесть?
- Ни за что, - восклицаю я в ответ, пока начинается новая песня. - Я люблю танцевать!
Он кривится - бедный парень, вероятно, ненавидит танцевать, зная, что делает это столь хреново, но затем он пододвигается ко мне ближе.
- Значит, так мы и сделаем.
И так мы танцуем, прерываясь лишь на то, чтобы выпить пива. В результате, ночь превращается в размытое пятно, со смеющимся и танцующим со мной Греем в самом ее центре. И это блестяще.
Глава 7
Моя жизнь основана на моделях поведения. Так было всегда и, вероятно, так будет и в будущем. Сейчас у меня новая модель: футбол, обучение, Мак, сон. И я правда не хочу, чтобы это изменилось.
Когда я не занимаюсь и не на тренировке, то разыскиваю Мак и направляюсь туда, где она в этот момент. Сейчас рядом с ней я чувствую себя, словно дома. Мне нравится тишина и тот факт, что не нужно орать словно какой-то идиот, чтобы она смыла воду в чертовом туалете или не оставляла свое белье, разбросанным по дивану, как это делают другие мои друзья парни. Но в основном мы просто тусуемся вместе с ней, пока Фиона не заявляется домой, всегда усмехаясь мне так, словно знает что-то, чего не знаю я, к тому же она называет меня "горой сексуального мяса в виде мужчины."
Когда Фи назвала меня так впервые, Мак сильно покраснела. Это было мило.
Но сейчас мы одни, валяемся на диване, поедая пиццу и просматривая студенческий матч игры в хоккей. Моя кровожадная Мак одобрительно кричит в ответ на происходящее по ТВ, когда какой-то парень по имени Логан размазывает другого игрока по борту.
Приступ зависти атакует меня. Должно быть, прикольно вот так летать по льду. Но я не выдерживаю и фыркаю, когда Мак восклицает "Отличный обманный маневр!" и размахивает своей пиццей будто хоккейной клюшкой.
Глядя на это, мне в голову приходит мысль, что всего месяц назад я бы высмеял свою же задницу, если бы кто-то сказал мне, что я предпочту остаться дома без перспектив на секс тому, чтобы пойти и перепехнуться с какой-то девчонкой.
Однако дела обстоят так, что сейчас я хочу всего лишь сидеть здесь с Мак, закинув руку на ее хрупкие плечи и прижимая ее тело ближе к моему боку. Ну и еще у меня есть безумное желание провести пальцем вдоль ее ровного носика, а затем обвести сердцеобразную линию ее верхней губы. Ее губы и правда похожи на бутон розы. Я слышал это выражение ранее, но не знал, что оно означает до сегодняшнего дня. Губы Мак идеальны, насыщенно розовые и полные, даже в расслабленном состоянии кажется, что она посылает вам воздушный поцелуй. И это немного сводит меня с ума.
А еще то, как она морщит нос каждый раз, когда смеется. А это бывает довольно часто.
Все это раздражает меня. Что, блин, со мной не так? Неужели я настолько озабоченный, что не могу просто дружить с девушкой, не испытывая желания попробовать что-то сверх? Я хочу, чтобы эта дружба сработала, хочу быть кем-то большим, чем парнем ведомым желаниями своего члена.
Раздражаясь на собственную реакцию, я откидываюсь на диване и скрещиваю руки на груди.
- У тебя есть какие-то видео-игры?
Мак бросает корку от пиццы поверх коробки - и я хватаю ее, не желая, чтобы такая хорошая корочка пропадала даром. Она ухмыляется в ответ на это, но не комментирует, просто отвечает на мой вопрос.
- Неа. Видео-игры - реально не мое.
- Да ну. Ты небось избегаешь их, потому что остойно играешь, - я так не думаю, мне просто весело ее провоцировать.
Как и ожидалось, Мак садится ровнее и сердито смотрит.
- Я отлично играю в видео-игры. Но только тогда, когда сама решаю в них сыграть.
- Когда сама решаешь в них сыграть? - смеюсь я. - Ты так формально говоришь, что сам твой тон свидетельствует об ошибочности заявления, юный джедай.
Она разворачивается на месте так, что ее колени упираются в мое бедро.
- Ты называешь меня лгуньей? - румянец окрашивает ее щеки, а темные глаза девушки светятся.
Боже, как же она красива. Настолько красива, что это вызывает боль в моем сердце. Я хочу притянуть ее к себе на колени, усадить и целовать этот маленький сексуальный рот, пока не буду в состоянии даже пошевелить своими губами. Поскольку я не могу этого сделать, то одариваю ее лучшим из своих высокомерных взглядов.
- Здесь нечего стыдиться. У тебя просто нет необходимых конкурентоспособных рефлексов.
- У меня рефлексы кошки.
Я фыркаю, понимая, что сейчас развеселил самого себя.
- Если ты имеешь в виду Гарфилда, тогда ладно.
Диванная подушка летит мне в лицо. Я отбиваюсь и оказываюсь с Айви нос к носу. В ее глазах горит вызов.
- Лучше беги, Грейсон, потому что через пять секунд ты окажешься зажат в углу и будешь просить пощады.
Черт, да, пожалуйста. Заставь меня тебя умолять. Возьми мой твердый член и оттрахай его, пока я не начну кричать. Потому, осознавая всю серьезность опасности, что грозит мне во время борьбы с Мак, я спрыгиваю с дивана и отступаю, словно все это для меня шутка.
- Валяй, Маккензи.
